Оригинал материала
Бунт против бережливости
Политических последствий, опять-таки как обычно в последнее время, манифестации не имели. Правительства стран ЕС, попавших в долговой кризис, пока заняли по отношению к протестующим позицию «а Васька слушает да ест». То есть демонстрации против мер бюджетной экономии проходят, но сами меры, несмотря на это, принимаются. Казалось бы, это грозит правящим партиям крупными потерями на ближайших выборах. Но, похоже, ситуация сложнее: так, на недавних выборах в Галисии, политически довольно важном регионе Испании, Народная партия испанского премьера Мариано Рахоя одержала убедительную победу. Очевидно, что бунт против правительственной бережливости – не всеобщий, изрядная часть населения считает бюджетные «усушки и утруски» неприятными, но неизбежными. На видео – Мадрид:
Текст скопирван
width px height px
The URL has been copied to your clipboard
No media source currently available
0:00 0:01:01 Скачать медиафайлПроблема с еврокризисом, однако, в другом. А именно – в том, что этот большой кризис (по прогнозам Еврокомиссии, экономика ЕС вырастет в этом году всего на 0,1%) складывается из нескольких меньших. А вот лечат эти неодинаковые болезни одними и теми же пилюлями. Скажем, в Ирландии речь идет о классическом «пузыре» на рынке недвижимости, где банки раздавали слишком многочисленные и слабо гарантированные ипотечные кредиты. Нечто подобное произошло и в Испании, в результате ирландская и испанская банковская системы оказались под ударом. Немного иная история – с Грецией и Португалией. Там в последние 20 лет раздули социальное государство, что в сочетании с откровенными подтасовками в статистике привело к тому, что в госбюджете окончательно перестали сходиться концы с концами. Наконец, Италия на самом деле в кризисе уже с начала «нулевых», когда темпы роста ее экономики стали заметно отставать от средних по Евросоюзу, масштабы государственных расходов росли, а размеры теневой экономики достигли, по некоторым оценкам, 17% итальянского ВВП. При этом, скажем, по безработице у итальянцев всё не так уж страшно – 8,5% даже в кризисном 2011 году. Испания и Греция, где сейчас без работы около четверти трудоспособного населения, могут по-черному завидовать жителям апеннинского «сапога».
Итак, кризисы – разные, общества – тоже. Так, в Испании и Греции под ударом оказалась прежде всего молодежь, среди которой доля безработных приближается к половине. Именно они составляют большинство тамошних демонстрантов. В Италии же самая сложная задача – сокращение огромного госаппарата с его многочисленными льготами и соцпакетами. Меня очень «порадовала» одна из привилегий депутатов парламента Италии (их, кстати, в обеих палатах целых 945): каждый парламентарий и члены его семьи имеют право на бесплатное лечение у стоматолога. Почему именно стоматолога? Трудно сказать – то ли жевать депутатам много приходится, то ли целость их зубов подвергается угрозе при встречах с избирателями…
Тем не менее, по словам Анри Стердиньяка, профессора экономики в парижском Институте политических исследований, «основная проблема – не в снижении расходов. Необходим рост инвестиций, стимулирующий рост потребления и, соответственно, увеличение числа рабочих мест. Главный вопрос – как завести этот механизм». Мнения, подобные этому, начинают постепенно преобладать среди европейских экономистов и политиков, раньше предпочитавших видеть панацею в бюджетных сокращениях любой ценой.
Однако сегодняшняя Европа – довольно неповоротливый механизм. И как бы ни призывал глава Еврокомиссии Баррозу к выработке единых антикризисных решений, их согласование на разных этажах европейской власти занимает месяцы. Вероятно, до тех пор, пока кто-то, пользующийся большим влиянием, не ударит кулаком по столу. Влиятельнее других, безусловно, Германия. Но канцлер Меркель – деликатная дама, стучать кулаком ей не пристало. К тому же она хорошо понимает, что на вопрос «А кто за всё это заплатит?» у очень многих в ЕС готов короткий ответ: «Берлин».
В результате всё пока остается по-прежнему: экономический рост не наступает, бюджеты урезаются, а демонстранты выходят на улицы. Нынешний еврокризис – скорее даже не экономический, а кризис принятия решений.