Оригинал материала
«Бюрократия пожирает свой народ»
Фильм Андрея Прошкина «Орда», снятый по сценарию Юрия Арабова, вызвал яростные споры. Одни увидели идеализацию «титульной нации», другие, наоборот, — унижение русских и противопоставление сильной Орды слабому Московскому княжеству. Юрий Арабов объяснил The New Times, что он хотел сказать
Юрий Арабов Поэт, прозаик, сценарист
Родился в 1954 г. Окончил ВГИК. Дебютировал в кинематографе в 1978 г. фильмом «Одинокий голос человека» по произведениям Андрея Платонова. Постоянный соавтор Александра Сокурова, сценарист одиннадцати его картин. Участвовал в нескольких телепроектах, написал сценарий к фильму Кирилла Серебренникова «Юрьев день». Автор нескольких поэтических сборников и романов. Лауреат премии Каннского кинофестиваля за сценарий фильма «Молох» (1999).
О зрительской обиде
Люди уязвлены происходящим с ними. Все понимают, что Россия в культурном и социальном смыслах потеряла свое влияние в мире. И эти обиженные перекладывают вину на тех, кто не может дать административный отпор. Раньше за все издержки отвечали патриоты-государственники. Теперь во всем винят либералов. Хотя ни те, ни другие сегодня не определяют политику. Попробовали бы «обиженные» возмутиться бюрократией. Она бы закатала их в яму, в которой сидел протопоп Аввакум. Хорошая яма, просторная. Там сидят те, кто ищет правду-матку без оглядки на вышестоящих товарищей.
О сценарии
За «Орду» я взялся только из-за предварительной договоренности с продюсером, что буду делать тему жертвы, которая мне интересна и над которой работал на последних кинопроектах, а продюсер будет терпеливо относиться к моим закидонам. Продюсер свое слово сдержал. Сдержал и я, написав сценарий, за который можно отвечать. Мы постарались выйти из узких рамок конфессиональности и показали столкновение двух культур и двух этносов, которые в итоге переплавили друг друга, и родились мы сегодняшние — в европейских костюмах и с азиатской душой.
О жертвенности
Жертва — крайняя мера, с помощью которой можно изменить течение времени и истории. Специально к ней стремиться не надо. «Не жертвы прошу, но милости» — эти слова Христа из Евангелия от Матфея абсолютно справедливы для любых эпох. Но бывают ситуации, когда иначе поступить невозможно, жертва остается единственным оружием. Тогда Христос идет на крест и запрещает Петру воспользоваться мечом в качестве самообороны. Дикий и непонятный эпизод из Евангелия для многих новообращенных, которые воспринимают христианство как профессиональный бокс.
Я вырос в эпоху, когда христианские святые были заменены советскими — Зоей Космодемьянской и Александром Матросовым. Павка Корчагин, например, как и автор романа «Как закалялась сталь», вообще сильно смахивал на первохристиан. В этом — один из главных парадоксов советской власти. Отказавшись от религиозности, она тем не менее взяла на вооружение важнейшие атрибуты христианства, включая нетленные мощи Владимира Ильича. Через жертвы до нас доходила, пусть и искаженно, идея духовного переворота, который осуществило христианство две тысячи лет назад. Так что говорить о советской власти как обществе бездуховном — натяжка. В секулярном мире, где главным культом является потребление, каналы связи с духовным космосом перекрыты надежнее.
„
В каждой религиозной общине существует несколько людей психически нездоровых. Их ничтожное меньшинство. Однако именно их голос слышен всем и говорит за всех
”
Встречал ли я жертвенных людей? Да, встречал. В политической жизни коммунистической России были подобные странные персонажи, лишенные веры в Бога, но обладающие жертвенностью, пусть и на свой особый манер. Например, Троцким нас пугают теперь как американским шпионом. Но забывают, как этот «американский шпион» практически отказался от борьбы за власть в 1923–1924 годах. Не знают, что в январе 1924-го у этого «шпиона» была полная возможность расстрелять Сталина, это ему предлагал начальник Московского военного округа. «Шпион» подумал и ответил: «А чем мы тогда отличаемся от царизма, который осуществлял дворцовые перевороты? Нет. Мы пойдем к рабочим и гласно расскажем им о наших разногласиях». Ледоруб в его голове тогда же был практически предрешен.
О чуде
Чудо — это прерывание причинно-следственной связи. Но кто из нас отслеживает эту причинно-следственную связь, например, в собственной жизни? Таких единицы. Большинство считает, что все происходящее с ними глубоко несправедливо. Их обидели, они уязвлены, и во всем виноваты «плохие». Но лишь единицы понимают, что для этого «плохого» мы очень хорошо потрудились в прошлом и сами подготовили это «плохое». Те мелкие бытовые «чудеса», которые происходят в жизни любого, проходят мимо нас, мы считаем, что так все и нужно, что добро свалилось на нас вполне закономерно…
О власти и РПЦ
В сближении каждая сторона пытается выиграть и не видит подводных камней. Один из них — недавний проект закона об оскорблении чувств верующих. Это не просто плохой закон. Это глубоко вредный с духовной точки зрения закон, принятый людьми, которые не знают внутрицерковной жизни. Не секрет, что в каждой общине существует несколько людей психически нездоровых. По сравнению со всей паствой их ничтожное меньшинство. Однако именно их голос слышен всем и говорит за всех. Эти больные, страдающие люди готовы оскорбляться каждую минуту, таково их призвание. Под них сейчас написаны многие законы. Недавний случай — требование запрета в Петербурге моноспектакля по «Лолите». Актеру Леониду Мозговому поставлена в вину игра в фильме «Молох», где он исполнял роль Гитлера (фильм получил приз Каннского фестиваля за сценарий. — The New Times). Режиссера «Молоха» эти же неуравновешенные граждане обвинили в пропаганде «содомии», не указав, где эта пропаганда осуществляется. Напомню, что с церковной точки зрения обидчивость всегда исходит из гордыни. А гордыня — величайший грех. Не надо быть пророком, чтобы предположить: вслед за разоблачением светских «осквернителей» посыплются доносы на самих батюшек. Один из них неправильно служит, быстрее, чем надо, другой служит на современном языке, третий неправильно почитает иконы и т.д. Для шизофрении Государственная дума предоставила широкую платформу. И она, шизофрения, получает
законодательную базу.
„
Огромная телега нашей страны крепко застряла в глубокой луже и тщетно работает колесами, пытаясь из нее выбраться. Как и 600 лет назад, мы не знаем, Азия ли мы или Европа? Мы с монгольской Ордой или с крестоносцами Запада?
”
О протесте
Единственной внятной программой протестного движения может быть постановка вопроса об эффективности сегодняшней формы собственности. Уверен, что форма собственности, сложившаяся в начале 90-х, препятствует и свободным судам, и свободным выборам. Собственность, розданная «своим» и работающая для «своих», объективно не может служить большинству. «Свои» обладают всей полнотой политических и экономических прав. Остальные могут их обслуживать, например, идеологически. Если они отказываются от этого, то сразу же попадают в «неправовое поле». Путин в последние годы лишь привел «надстройку» в соответствие с «базисом», то есть с характером собственности в России.
О России
Иногда мне кажется, что огромная телега нашей страны крепко застряла в глубокой луже и тщетно работает колесами, пытаясь из нее выбраться. Как и 600 лет назад, мы не знаем, Азия ли мы или Европа? Мы с монгольской Ордой или с крестоносцами Запада? Как и в прошлом, бюрократия, вышедшая из народа, пожирает свой собственный народ. Как и встарь, нужно личное подвижничество, чтобы тебя услышали. И, как всегда, мы рассчитываем на чудо, чтобы наша телега превратилась в быструю птицу-тройку. Чудеса иногда случаются, в том числе и в русской истории. Нужно только, чтобы все мы были их достойны.
Фотография: ИТАР-ТАСС