Израиль: паника и ярость

В девять часов вечера вступило в силу соглашение о перемирии. После 1000 ракет, выпущенных по городам Израиля, и более 1500 авиаударов израильских ВВС в секторе Газа стороны объявили о прекращении огня.

Соглашение, вызвавшее в Израиле бурю недовольства, стало настоящим праздником в Газе, где на улицы вышли тысячи человек. Отголоски праздничной пальбы в воздух с использованием уже хорошо знакомых "касамов" отчетливо были слышны и в городах юга Израиля. Фиксировала их и система раннего оповещения, продолжая включать сигнал воздушной тревоги в приграничных населенных пунктах. Впрочем, ракеты запускались не только в воздух. Система ПВО "Железный купол" перехватила ракету, выпущенную по Ашдоду. Еще 13 ракет разорвались на открытой местности.

Прекращение военной операции, которую по разным опросам поддерживали от 75 до 90 процентов населения, было воспринято в обществе с непониманием. Если бы юг страны не был на военном положении, там немедленно начались бы демонстрации протеста. Но служба тыла еще на сутки предписывает оставаться вблизи убежищ, детям не ходить в школу и запрещает любого вида сборища. Поэтому критика в адрес правительства пока выплескивается на страницы соцсетей.

Около полуночи несколько десятков жителей Сдерота все же вышли на улицу с антиправительственными лозунгами. На плакатах было написано "Биби — домой" и "Народ требует наземной операции". Мини-демонстрации прошли в Кирьят-Малахи и Ашкелоне.

Недоумевают не только простые граждане, но и главы региональных советов юга страны и мэры городов. Рубик Данилович, мэр Беэр-Шевы, много раз заявлял, что на юге хотят полнейшего спокойствия и не согласятся даже на единичные ракетные обстрелы. По его мнению, о прекращении огня было объявлено до достижения этой цели. Аналогичного мнения придерживаются его коллеги из Ашкелона, Сдерота, Офакима и других городов юга страны.

Тот факт, что соглашение о перемирии было подписано в день, начавшийся с теракта в Тель-Авиве, добавил негодования. Справа от взорвавшегося автобуса находится генштаб, слева — музейный комплекс, оперный и камерные театры, рядом — окружной суд. В нескольких десятках метров — три башни Азриэли, символ Тель-Авива, неподалеку офисы и студии гостелерадио и больница "Ихилов". Туда и были эвакуированы 28 пострадавших в теракте.

Цион Амир, известный израильский адвокат, окна офиса которого выходят на место теракта, говорит: "Это бредовая, абсурдная картина. Мы видели такое в прошлом, но сегодня это уже не укладывается в голове. Очень тяжелое зрелище". Амир рассказывает, что все окна в офисе дрожали от силы взрыва и на мгновение обитатели решили, что упала ракета, а система раннего оповещения просто не сработала. "Я спустился вниз и понял, что это никакая не ракета", — рассказывает он.

Тем временем градус паники в городе начал зашкаливать. Жители сообщили о втором взрыве, однако эта информация не подтвердилась. По городу, подгоняемый социальными сетями как попутным ветром, пополз слух о террористке с поясом смертницы, разгуливающей по городу в поисках места для осуществления теракта. Полиция блокировала улицы, прилегающие к проспекту, где взорвался автобус. Однако вместо характерного для подобных случаев транспортного коллапса на дорогах царила тишина. "Как в субботу" — была первая ассоциация.

В общественном транспорте напряженность ощущалась особенно остро. Пассажиры автобусов (а их в этот день было тоже гораздо меньше, чем обычно) пристально разглядывали каждого, кто заходил. Появление арабов вызывало нервное ерзанье. "Это так-то нас охраняют?" — ворчат молодые люди на входе в торговый центр, после того как охранник недостаточно, по их мнению, внимательно изучил содержимое сумки девушки. При этом полицейские машины, мотоциклы и скутеры стояли в Тель-Авиве практически на каждом перекрестке и у всех общественных зданий. Над городом выписывал круги полицейский вертолет.

"Я помню, как 10-15 лет назад меня мама не выпускала сначала гулять на улицу, а потом на дискотеки", — вспоминает Лиат, 27-летняя администратор одного из офисных зданий. Ее детство и юность пришлись на разгар второй интифады, когда взрывы гремели по несколько раз за неделю. Сейчас ей самой неуютно выходить на улицу, а о необходимости в конце дня возвращаться домой на автобусе она предпочитает не думать.

По городу ходят озадаченные русскоязычные туристы. "Ну вы даете", — говорит Сергей, только вчера прилетевший из Екатеринбурга. Укорачивать свой визит в Тель-Авив он не собирается: "Солнце и море никто не отменял", и заботливо напутствует: "Вы тут держитесь". Кажется, он уверен, что бомбы и ракеты, предназначенные израильтянам, для всех остальных угрозы не представляют.