Пиар на PR

Каждый раз, когда я смотрю, слушаю или читаю про очередную пресс-конференцию бывших адвокатов Pussy Riot, а они теперь появляются на экранах не реже нашего нацлидера, меня охватывает чувство глубокого омерзения, смешанное с ощущением нереальности происходящего. О чем речь? О том, что доселе никому не известные товарищи профукали случайно (или не случайно?) доставшееся им самое громкое политическое дело последнего времени, а теперь хотят выглядеть героями и диссидентами мирового масштаба?!

Я был на нескольких заседаниях суда и еще тогда меня неприятно поразило, что каждый перерыв защитники шустро выскакивали на улицу, чтобы покрасоваться перед камерами, хотя сказать им было решительно нечего. Теперь девочки сидят в тюрьме, бесплатное рекламное время кончилось, но шоу адвокатской троицы все продолжается и продолжается. Фантастика!

"К сожалению, большинство претензий Самуцевич не соответствуют действительности". Это цитата из последней, уж не знаю какой по счету их встречи с журналистами. А меньшинство этих самых претензий — оно соответствует или как? И дело даже не в том, самовольно или нет адвокаты хотели зарегистрировать товарный знак "Pussy Riot", прятали они паспорта и бумаги из ЕСПЧ или не прятали (хотя пахнет все это дурно). Дело в том, что никаких публичных разборок между адвокатами и подзащитными не может быть в принципе ни при каких обстоятельствах.

Еще римское право придумало такую штуку как адвокатская тайна, что покрепче тайны исповеди, которой, впрочем, тогда и не было. Без этой самой адвокатской тайны само существование института адвокатуры просто бессмысленно, без нее адвокат превращается в стукача, в "наседку" и т. п. Какое доверие может испытывать клиент к "защитнику", который в любой момент может вытащить все его тайны, как культурненько выражается юрист Полозов, "на паблик"? Да никакого! Все, адвокатура на этом закончилась, граждане расходятся по домам! А можете представить себе защитников, публично жалующихся, скажем, на Аль Капоне! Хотя с худенькими девочками, понятно, проще.

Можно спорить, должен ли адвокат скрывать сведения о готовящемся преступлении или что-то в этом роде, вопрос дискуссионный, но из непомерного самолюбия вытаскивать наружу свои детские обиды!.. Какая мерзость!

А самое ужасное, что у этих жалобщиков, кующих одну конференцию за другой, нашлись слушатели и даже сочувствующие, иначе откуда такой нездоровый интерес? Это же чистая патология — подзащитные сидят за решеткой, а их адвокаты на свободе чуть не ежедневно поливают их грязью! Еще и книгу грозятся написать. Это похоже на самый отвратительный бракоразводный процесс, с той только разницей, что делиться пикантными подробностями о супруге бывшему мужу запрещает только чувство порядочности, а поливать бывших клиентов запрещает еще и закон.

И еще я всегда полагал, что адвокат — это профессия разговорная. А тут со второй сигнальной системой просто беда. Ну, Волкова по своему прокурорскому навыку еще излагает бойко, временами даже слишком, зато молодые люди — это просто катастрофа. Бедная провинциальная речь, скудость мысли. Конечно, для людей кладущих асфальт или работающих на отбойном инструменте — оно сгодилось бы, но в таком заметном процессе хотелось бы видеть что-то э... поинтеллектуальней.

Не говоря о том, что хорошему адвокату совсем не помешала бы хоть какая харизма, а еще чувство собственного достоинства и даже некоторое барство. Помню, в 90-е я участвовал в нескольких процессах с Любарской, ученицей знаменитого Ватмана. Это была песня, юридическая симфония! Хама и дурака она ставила на место просто взглядом, и потому нести в ее присутствии всякую чушь опасались даже самые суровые судьи.

Увы, прямая трансляция при всей своей общественной пользе не может заменить знаний и авторитета законника, а вот этого я, увы, так и не увидел. Впрочем, вроде бы наши герои обещали замолчать и больше на экранах со своими обидами не светиться. Это хорошо бы, а еще лучше не видеть их больше никогда, но тут я что-то сомневаюсь.

А с другой стороны, отечественная история знала примеры и похуже. Когда, например, адвокаты врагов народа требовали для своих подзащитных высшей меры пролетарского презрения. Так что девочкам еще крупно повезло.