«У прокурора Морозовой красивые глаза»

Верховный суд России отменил приговор по делу Ильи Фарбера

28 ноября в Верховном суде произошло удивительное событие. Трое судей в черных мантиях — Николай Пелевин, Николай Безуглый и Василий Нестеров, до боли напоминающие своих американских коллег из юридических сериалов, показали мастер-класс. В зале был аншлаг, но никто не ожидал, что процесс будет похож на настоящий суд, на состязание сторон, в котором результат не известен заранее. В этот день рассматривалась кассационная жалоба сельского учителя рисования Ильи Фарбера. В августе коллегия присяжных Тверской области признала его виновным в получении взятки и злоупотреблении должностными полномочиями, и судья приговорил 38-летнего Фарбера к восьми годам лишения свободы. Жестокость срока тогда поразила многих. Тем более что сама история художника и поэта, бросившего Москву и отправившегося в деревню учить школьников живописи, будоражила воображение. Его конфликт с местными жителями, которые не понимали, «чему еврей из столицы» может научить их детей, транслировался по телевизору, накладывался на всеобщее недоверие к российскому правосудию и уверенность в заказном характере дела. Злость брала, когда казалось, что этому чудаку Фарберу, который предлагал на суде вместо последнего слова спеть песню, посылал из тюрьмы свои рисунки и стихи, предстоит гнить на зоне восемь лет. Веры в Верховный суд не было никакой, тем более что в Тверском суде Фарбер практически оказался без защиты. У родственников не было денег на хорошего адвоката, он надеялся, что сможет сам доказать свою невиновность, его формально защищала адвокат по назначению. Тверской судья отказал ему в последнем слове и не разрешил присутствовать на оглашении вердикта. Все это является грубейшими нарушениями закона. Но часто бывает, что судьи Верховного суда не обращают на подобные вещи внимания.

Голос адвоката Паршуткина буквально звенел, когда он обратился к судьям: «То, что мы сейчас услышали от Фарбера, превзошло все ожидания. Фарбер только что сказал, что мужа одной из присяжной защищал тот же адвокат,что и его. Без проверки этих сведений вы не можете выносить решения». Паршуткин говорил, что судья намеренно обманул присяжных, поставив перед ними сложные и запутанные вопросы — типичная судейская тактика, опробованная много раз в суде присяжных, когда судья хочет добиться от заседателей нужного ему, как правило, обвинительного вердикта. Судьи внимательно слушали адвоката Паршуткина, а не клевали носом, как это частенько бывает в суде. Поразила и прокурор — Любовь Морозова, которая попросила суд изменить приговор и применить к обвиняемому 64-ю статью УК РФ (наказание ниже низшего). После процесса она объяснила, что, быть может, Фарбер и не виноват, но она не могла об этом сказать в суде. Оказалось, у прокурора Морозовой красивые глаза. И она совсем не была похожа на обычного прокурора. Да и суд не был похож на российский суд: обвинительный приговор Фарберу отменили.