Я поддерживаю Закон об образовании

Сергей Гуриев, ректор Российской экономической школы: «Любой, даже очень хороший закон, можно использовать неправильно…»

Я поддерживаю закон. Другое дело, неизвестно, будет ли он хорошо использоваться. Многие критики закон даже не читали, а многие из тех, кто читал, видят в нем только плохое, априори считая, что в России все будет реализовано самым худшим образом. Я не вижу от принятия закона никаких дополнительных рисков. И сегодня, если вы хотите что-то хорошее сделать в образовании, никто вам не помешает, никто не будет ставить палки в колеса. Хотите сделать что-то плохое — закрыть хорошую школу или вуз, можете сделать это и без нового закона. Хотите, чтобы коррумпированный вуз продолжал существовать, он будет существовать и после принятия закона. В этом смысле с принятием закона ничего кардинально не изменится — это не более чем попытка переписать существующие правила более современным языком. И это разумно. Но чудес не будет.

Противники закона недовольны тем, что, по их мнению, происходит с образованием. Это связано с тем, что чиновники не уважают профессоров. Чиновники считают, что некоторые профессора — жулики, что профессорские степени подделаны (потому что диссертации самих чиновников часто украдены или списаны). И вот они смотрят на профессоров и думают: почему мы должны давать этим людям деньги налогоплательщиков? Мы хотим, чтобы у наших детей были наилучшие преподаватели, давайте мы будем за большие деньги нанимать преподавателей за границей. Российские профессора возмущаются: «Нечестно: эти преподаватели, которые уехали и учились за границей, вернутся сюда на большие деньги и на все готовое, а мы тут отстаивали, удерживали плацдарм — и мы останемся ни с чем».

С людьми надо разговаривать, убеждать. Если в чем-то и можно упрекнуть министра образования Дмитрия Ливанова, так это в том, что он иногда так формулирует свои мысли, что их можно вырвать из контекста. Ему нужно еще больше сил тратить на аргументирование своей позиции. Потому что он часть власти, к которой у общества особого доверия нет.

На образование государством тратится мало. В относительных величинах — больше, чем раньше. В абсолютных цифрах — существенно меньше, чем в развитых странах. В процентах ВВП — тоже мало. В федеральном бюджете на образование заложен 1 % ВВП, при этом на правоохранительные органы — 3 %, на оборону — 4 % ВВП. Что это за страна такая? Это страна, которая ведет войну, которая боится, что на нее нападут враги. Страна, которая не заинтересована в развитии образования.

С другой стороны, зарплаты преподавателей резко выросли. Обещания правительства, что зарплата учителя будет выше средней по региону, в целом выполнены.

Любой закон можно использовать неправильно. Но поверьте: в законе не написано, что одаренных детей будут оглуплять, в законе не написано, что будут преподавать какую-то ерунду. Очень важно, что в законе не пишут, чему детей будут учить. Он создает механизмы для гибкости управления образованием, чтобы люди имели возможность учить тому, чему они считают нужным учить.