В рамках информационного сотрудничества "Кавказской политики" и "Черновика"

В редакцию "Кавказской политики" поступил текст письма отца Марата Гунашева Магомедсаламу Магомедову с просьбой ускорить разбирательство

«Дело дагестанских врачей», о котором ранее сообщала «Кавказская политика» http://kavpolit.com/v-dele-dagestanskix-vrachej-vse-bolshe-voprosov/, получила продолжение.

Президенту Республики Дагестан
Магомедову Магомедсаламу Магомедалиевичу.

От Заслуженного врача РД, инвалида 1 группы по зрению Гунашева Камиля Закировича

Уважаемый Магомедсалам Магомедалиевич, в предыдущем письме с входящим номером 12/2-43-3052 от 12.12.2012 г. еще не были известны подробности чудовищных правонарушений, допущенных органами предварительного расследования и оперативными работниками.

28 ноября 2012 г., примерно в 10 часов утра, наш сын Гунашев Марат Камильевич, работающий врачом анестезиологом-реаниматологом в РБ № 2 г. Махачкалы , во время операции был задержан и в больничном халате и тапочках вывезен в неизвестном направлении. Люди в масках перевозили нашего сына в наручниках, на полу автомашины с пакетом на голове. При этом указанными лицами ему был нанесен удар кулаком в грудь, затем удары по голове в область висков и ушей с двух сторон одновременно ; ногой ,обутой в тяжелый армейский ботинок ему давили в область паха, требовали раздвинуть ноги. Все это сопровождалось грубой нецензурной бранью и угрозами. В нарушении существующих юридических норм не уведомили кого-либо из родственников о задержании и не представили возможности сделать один звонок .Нашего адвоката Магомедова Заура к нему не допускали в течении двух суток. Лишь 30 ноября наш адвокат был допущен в Ленинский районный суд для участия в процессе.

Одновременно с нашим сыном , в другом хирургическом отделении был задержан хирург Гасанов Шамиль, являющимся нашим зятем, который был схвачен и брошен в другую машину. Вечером того же дня он был доставлен в свою квартиру по адресу :проспект Акушинского 29 кв 48 в наручниках, из которой предварительно были вывезены его отец Гасанов Сиражутдин и его брат. Мы не сомневаемся , что Гасанову Шамилю были применены те же приемы и пытки от которых он скончался. Для сокрытия его насильственной смерти была произведена имитация боя во время обыска ,и он был подорван гранатой в ванне.

Насильственная смерть Гасанова Ш.С, по словам нашего адвоката, опасность физической расправы, которая существует реально и угрожает его жизни и здоровью, намерение вывезти его в г. Владикавказ, повлияли на нашего сына и вынудили его на сделку, предложенную органами предварительного расследования , в лице командированного следователя А.Филиппова , которую они сами же затем нарушили в целях незаконного его обвинения.

Когда наш сын находился в ИВС, а затем в СИЗО города Махачкалы, каждый день к нему заходили люди в черных масках, скрывающих лицо и угрожая, заставляли подписать какие-то документы.

Незаконное и необоснованное обвинение нашего сына в том, чего он фактически не совершал, органам предварительного расследования требуется для того, чтобы оправдать насильственную смерть Гасанова Ш.С.

В основу незаконного обвинения Гунашева М.К. органы предварительного расследования взяли показания некой Анисат (по кличке Анюта), значащейся в уголовном деле под псевдонимом «Стелла», являющейся соседкой убитого Гасанова Ш.С., проживающей по адресу проспект Акушинского 29, 2й подъезд, 9ый этаж, с которой несколько лет до брака с нашей дочерью 9 января 2011 г., сожительствовал в течение четырех лет.

Узнав о том, что Гасанов Ш.С. намеревается жениться на нашей дочери, Анисат несколько лет терроризировала нашу семью , в том числе и нашего сына телефонными звонками, SMS-сообщениями и по Интернету с угрозами о ложном доносительстве в правоохранительные органы о якобы совершенном нашим сыном преступлении.

Органы предварительного расследования об этом хорошо осведомлены, однако, не взирая ни на что, незаконно обвиняют нашего сына в том, чего он не совершал.

Анисат завязала отношения с Гасановым Ш.С. из-за того, что последний был похож на Ходорковского, и, по словам очевидцев, сделала себе татуировку на ягодичной области с инициалами Ходорковского.

Фотографию татуировки Анисат выставляла на своей странице в Интернете в «Однокласниках», как ее опознавательный знак.

Мы считаем, что Анисат должна быть подвергнута судебно-психиатрической экспертизе, прежде чем ее показания могут быть положены в основу обвинения нашего сына. Если бы преступления были совершены нашим сыном и покойным зятем, то на нее надо завести уголовные дела: по статьям 316 УК РФ укрывательство от преступления, статья 33 УК РФ пособничество в преступлении. А так как преступления не совершены и все это её выдумки, то ее надо судить по статье 307 УК РФ заведомо ложные показания. Необоснованность следствия состоит в том, что если бы наш сын и зять были бы участниками НВФ, то к Анисат, после ее первой угрозы давно были бы применены меры.

29 ноября 2012 г., во второй половине дня, в квартире нашего сына Марата по адресу: г. Махачкала, пр. Акушинского, 80-«а», кв. 10, также был произведен обыск, куда он был доставлен , но к участию в обыске допущен не был, и содержался в наручниках.

Со слов адвоката при наличии ордера от 28 ноября 2012 г. № 312, для участия в обыске органами предварительного расследования также он не был допущен, а был вызван другой государственный адвокат в порядке ст. 51 УПК РФ, хотя на это не было законных оснований, т.к. с адвокатом нашего сына, Магомедовым Зауром уже было заключено соответствующее соглашение.

Во время обыска один из работников правоохранительных органов, на глазах у нашей внучки и государственного адвоката, подбросил в ее тумбочку, где она хранит свои школьные принадлежности, 10 спичечных коробков с наркотиками, а когда девочка подняла шум, прямо указывая на незаконный подброс наркотиков, второй работник насильно пытался повернуть ее спиной к этому месту. Неужели они не понимают, что за 32 часа с момента незаконного задержания нашего сына и обыска , из квартиры можно вынести все.

Обыск в квартире нашего сына был произведен без постановления суда и без присутствия независимых понятых, а копия протокола обыска органами предварительного расследования не была вручена ни Гунашеву М.К. ни его жене Гунашевой А.А., в присутствии которой он проводился, чем грубо нарушено право нашего сына на своевременное обжалование в суд незаконных действий правоохранительных органов по подбрасыванию наркотических средств в целях незаконного обвинения в преступлении. То, что наркотики были подкинуты, зафиксировал государственный адвокат и в суде подтвердил этот факт.

Органами предварительного расследования грубо нарушено право Гунашева М.К. на защиту, гарантированное статьей 46 Конституцией РФ.

Вместе с необоснованным ходатайством о продлении срока содержания под стражей Гунашева М.К., органы предварительного расследования представили в суд голословные рапорты оперативных работников, в которых надуманно указано, что по оперативной информации наш сын якобы намерен скрыться с места жительства, оставив семью и двоих малолетних детей.

Согласно ч. 1 ст. 89 УПК РФ, при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение. Такими обстоятельствами не могут являться данные, не проверенные в ходе судебного заседания, в частности результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные в нарушение ст. 89 настоящего Кодекса.

Доводы органов предварительного расследования о том, что Гунашев М.К., оставаясь на свободе, может скрыться от органов предварительного следствия, угрожать свидетелям и воспрепятствовать производству по делу, являются надуманными, т.к. доказательствами не подтверждаются.

В соответствии со ст. 89 УПК РФ, в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом.

Суд в своем постановлении от 08.12.2012 г. голословно указал, что в представленных материалах якобы имеются достаточные основания для продления срока содержания под стражей, не конкретизировал эти основания и незаконно продлил срок содержания под стражей нашему сыну до 27.01.2013 г. Органы предварительного расследования не представили в суд ни одно доказательство, свидетельствующее о наличии хотя бы одного из оснований, предусмотренных ст. 91, 97, 108 УПК РФ.

Наш сын Марат является инвалидом третьей группы, имеет семью, постоянное место жительства, работает врачом, является высококвалифицированным специалистом, пользуется заслуженным уважением и авторитетом на работе и по месту жительства.

Наш сын Гунашев М.К. своим ответственным и грамотным отношением к исполнению своих обязанностей вернул к жизни сотни граждан, в том числе и сотрудников правоохранительных органов.

Согласно ст. 8 УПК РФ, в ходе уголовного судопроизводства запрещается осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья.

Никто из участников уголовного судопроизводства не может подвергаться насилию, пыткам, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению.

Согласно ч. 3 ст. 10 УПК РФ, лицо, в отношении которого в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, а также лицо, которое задержано по подозрению в совершении преступления, должно содержаться в условиях, исключающих угрозу его жизни и здоровью.

В нарушении всех правовых норм, наш сын был тайно вывезен в город Владикавказ, без уведомления адвоката.

Мы заявляем о существовании реальной угрозы жизни и здоровью нашего сына Гунашева М.К. и убедительно просим Вас пресечь тот беспредел , который правоохранительные органы устроили вокруг него. Опыт предыдущих уголовных дел показывает ,что прикомандированные следователи могут меняться , и дело может тянуться месяцы и годы в связи с отсутствием доказательств . Убедительно просим Вас использовать свой авторитет и ускорить судебное разбирательство, так как мы уверенны в невиновности нашего сына.

С уважением Гунашев Камиль Закирович !

Отец обвиняемого по “делу дагестанских врачей” ищет справедливости у главы республики