Чернобыль 2.0

Кабардино-Балкария в последнее время регулярно попадает в общероссийское информационное поле.

Местные власти уже не в силах блокировать появление в федеральных СМИ всей негативной информации о происходящем в регионе, вал которой, как снежную лавину с кавказских гор, остановить невозможно.

Очередной финансово-коррупционный скандал, разразившийся в самом начале наступившего года, вызвал возмущение жителей страны, стал предметом обсуждения практически всех ведущих российских информагентств.

В самом общем виде суть этой неприглядной истории заключается в следующем.

Власти Кабардино-Балкарии требуют от ветеранов-ликвидаторов аварии на Чернобыльской АЭС вернуть миллионы, полученные ими в качестве моральной компенсации.

Еще в конце 2010 некая Лера Алхасова, чиновник по работе с участниками аварии на Чернобыльской АЭС в республиканском министерстве социальной защиты, предложила ветеранам-ликвидаторам помощь в получении компенсации морального вреда, полученного в ходе работ по ликвидации аварии на ЧАЭС. Взамен женщина брала на себя обязательства по юридическому сопровождению дел и просила половину от выигранной суммы. Пожилые люди на Кавказе приучены уважительно относиться к представителям власти, поэтому ветераны согласились, не подписав при этом никаких бумаг.

Всего Нальчикским городским судом было удовлетворено 486 исков более чем на 600 миллионов рублей. Когда деньги фактически потрачены, Управление казначейства по Кабардино-Балкарии обжаловало все постановления о выплатах. Верховный суд республики признал, что они были приняты по ошибке, на том основании, что понятие "возмещение морального вреда" появилось в гражданском кодексе лишь спустя пять лет после аварии на АЭС, а следовательно, чернобыльцам компенсации не положены.

Вернуть миллион рублей в республике, где уровень жизни значительно ниже общероссийского, для этих людей задача невыполнимая, тем более что основная часть полученных средств была людьми уже потрачена на улучшение условий проживания, медицинское лечение и другие нужды.

Понятно, что обеспокоенные ветераны, оказавшиеся в положении "обманутых вкладчиков", обратились за помощью к "благодетельнице" Алхасовой, однако чиновница наотрез отказалась возвращать деньги — более 300 миллионов рублей, полученных ею за "судебные услуги". Поскольку никаких расписок не существует, все решалось на уровне устных договоренностей, мошенница отделалась легким испугом, лишившись должности.

Трое ветеранов, между тем, уже ушли из жизни, так и не дождались решения вопроса.

Для меня, как для рядового гражданина республики, где происходят подобные явления, случившееся не просто криминальный эпизод, каких в стране случается немало.

Попытки представить произошедшее как следствие судебной ошибки, как противоречие между правовым и человеческим измерением конфликта, предпринимаемые властями республики, видятся не более чем жалким лепетом оправдания, стремлением снять с себя вину.

В самом деле, неужели, учитывая масштабы аферы и массовый характер принятия решений по искам чернобыльцев в Нальчикском городском суде, можно серьезно говорить о том, что подобную комбинацию можно было реализовать без участия судебного корпуса республики, вышестоящих чиновников Минсоцразвития и прочих "заинтересованных" лиц?

Вопрос для тех, кто представляет себе ситуацию в сегодняшней Кабардино-Балкарии, видится риторическим.

Истинные причины подобных явлений следует искать в самой Системе власти, сложившейся в Кабардино-Балкарии, поскольку коррупция и беспринципность местной власти на сегодняшний день — системообразующее явление. Целая череда громких, коррупционных и иных разоблачений в органах власти КБР уже не просто статистика.

Правящая в республике бюрократия отчетливо усвоила, что принадлежность к правящей верхушке дает право на вседозволенность и безнаказанность, несет принципы коррумпированности в самой своей основе.

Эта Система, сложившаяся с приходом к власти в республике московских бизнесменов, построена на моральной легализации коррупции для членов правящего клана.

Нынешний правящий клан является порождением коррупции, он вышел из распада 90-х, когда принято было благодарить за участие в преступлении. Власть сосредоточена в руках нескольких родственников и друзей, которые поднялись на матрице откатов и подкупа.

Высшая форма цинизма местного правящего клана заключается даже не в масштабах экономической коррупции. Дело здесь, скорее, в новом качестве коррупции, свидетельстве морального разложения чиновничьего аппарата, коррупция его основ.

На словах власти республики декларируют заботу о ветеранах, малоимущих, на деле отбирают квартиры у чернобыльцев. Если бы власти действительно заботились о ветеранах, то деньги бы следовало взыскать с мошенников, а не с ликвидаторов. Требовать их возврата в данной ситуации, с учетом цены того подвига, который совершили эти люди для своей страны, просто подло. Тем более, что сами ветераны здесь совершенно ни при чем — речь идет о судебной ошибке.

Кстати, сам глава республики человек совсем не бедный. Так, по оценке журнала "Финанс" Арсен Каноков занял в рейтинге российских миллиардеров в 2011 году 179-е место среди богатейших людей России с капиталом 600 000 000 долларов (18,3 млрд рублей), став богатейшим из губернаторов. Это с учетом того, что до назначения на должность президента КБР он не попадал даже в расширенный список богатых людей страны (Tоп-720).

К слову, свой бизнес Каноков поднимал как раз в те годы, когда обманутые ветераны рисковали своей жизнью и здоровьем, а потому меру своей гражданской и моральной ответственности глава республики должен бы понимать.

Положение дел в республике в свете вышеизложенного видится не просто критическим, но фатальным. Говорить о том, что что-то надо исправить, поправить, кого-то одернуть, что какие-то люди берут взятки или принимают решения под влияние материальной заинтересованности, уже поздно.

Кабардино-Балкария сегодня не просто коррумпированная республика, но нечто иное — это коррупция, возведенная в статус государственности. Строить будущее Кабардино-Балкарии с людьми, пребывающими здесь у власти, — значит обрекать республику на общество, свободное от морали и совести.