: Алла Бут: Виктор в тюрьме вяжет крючком и пишет книгу

Алла Бут

Супруга самого известного американского заключенного-россиянина Виктора Бута рассказала в «Полит.ру», почему желает судиться с российскими и американскими журналистами, чем занимается в тюрьме ее муж, отбывающий срок за торговлю оружием, и зачем ей срочно нужно найти полмиллиона долларов.

Алла, Виктор Бут осужден судом Соединенных Штатов на 25 лет за сговор с целью убийства американских граждан, поддержку терроризма и торговлю оружием. 5 апреля будет год с момента вынесения приговора, то есть год, как он содержится в американской тюрьме, а 6 марта – 5 лет с момента его ареста в Таиланде. Фактически он в заключении находится уже пять лет. Такой солидный срок заставляет в первую очередь поинтересоваться, рассматривается ли вопрос о досрочном освобождении и есть ли у Виктора Бута шансы на него?

Эти пять лет суд не учел, хотя адвокат может еще потребовать, чтобы это время было ему зачтено. Но пока что этого не сделано.

Отвечая на ваш вопрос, скажу - да, вопрос о досрочном освобождении рассматривается. Сегодня подана очередная апелляция. Но если говорить о шансах, то здесь можно сказать только одно – все будет зависеть от согласованности действий защиты. То есть от тех адвокатов, которые представляли и, надеюсь, будут представлять интересы Виктора в США и международном суде, и тех адвокатов, которые будут продолжать дело по его незаконной экстрадиции в Таиланде. Также здесь непременно понадобится помощь Министерства юстиции России и Министерства иностранных дел, наших политиков, его семьи, конечно же, отечественной прессы и российской общественности.

При таком количестве факторов разве задача вызволить Виктора выглядит хоть сколько-нибудь выполнимой, особенно, если учесть, что он так и не признал свою вину?

Да, все очень непросто, особенно если учесть, что арест Виктора был политическим решением. Он жертва политики Джорджа Буша-младшего и его администрации. И попытка спорить с таким решением – это вызов сложившейся на сегодня диктатуре американского права, ее возможности игнорировать любой государственный суверенитет. Но мы не теряем надежды доказать, что минимум 25 конгрессменов, направивших обращение в уголовный суд Бангкока с требованием ускорить экстрадицию Виктора, когда еще шло следствие в Таиланде – были ангажированы или введены в заблуждение. Обращение это было направлено по результатам слушаний конгресса, на которых выступали лже-эксперты, в частности автор книги, знакомый с историей Виктора исключительно по газетным публикациям (речь идет о Дугласе Фара, написавшем книгу «Торговец смертью», позже еще одну книгу о Викторе Буте написал Жерар де Вилье в 2010 году и назвал ее «Бангкокская ловушка» - «Полит.ру»). В обращении утверждалось, что он сотрудничал с террористическими режимами - Иран, Ирак, Сирия и Бог знает что еще. Мы с моими адвокатами хотим доказать, что аргументы, которые преподносились на этих слушаниях как реальные факты, на самом деле были искаженной информацией, основанной только на слухах или газетных статьях, источники которых нельзя сегодня установить.

Но надежда есть?

Ну а как, если и сенат, и потом суд определили на роль эксперта литератора? То есть, человека, который не имел на руках ни одного реального документа кроме заметок СМИ! Что это за суд такой? Что это за суд, когда все медиа оказывают давление на присяжных? Представьте, идет суд, долгий процесс. Судья в самом начале говорит присяжным – я запрещаю вам читать газеты, смотреть телевизор и интернет. А потом присяжные идут домой, и будь они хоть сто раз беспристрастными, они же не слепые и не глухие. Как они могут пройти мимо, когда отовсюду льются на них, из каждого экрана на улице, из радио в такси, уже сформированные обвинения. А в довершение, пока идет суд, по центральным каналам запускают фильм «Оружейный барон» (снят по материалам Дугласа Фара – «Полит.ру»). Как это назвать? Так что шансы серьезные.

И все-таки, в какой срок вы надеетесь достичь успеха?

Тут все зависит от команды и, как я уже сказала, взаимодействия многих структур. Сейчас подана апелляция, хотя, к сожалению, в такой форме можно оспаривать только ряд фактов. Но, надеемся, может быть, что-то новое нам удастся в ходе этих действий открыть.

И все-таки, через какое время, как вы надеетесь, Виктор Бут сможет выйти на свободу? Через год, через пять лет, или может быть больше?

Я думаю, на это уйдет от двух до трех лет. Кроме того, у нас есть еще второй шанс подать запрос в Министерство юстиции на его репатриацию. Поданная апелляция будет рассматриваться до года. После этого мы сможем говорить, что юридическая процедура завершена, и снова просить о возвращении на родину.

То есть Виктор Бут может выйти на свободу уже через два года?

Да, правильно. Тем более что возможностями, о которых я уже сказала, список не исчерпывается.

То есть у вас есть еще что-то?

Да, будет. Два месяца назад, в ноябре я подала документы в Минюст России о регистрации фонда в поддержку наших соотечественников и выходцев из России, попавших в аналогичную с Виктором ситуацию. За пять лет мне удалось скопить много опыта и знаний, а наши соотечественники постоянно попадают в такие истории. Думаю, такой фонд очень нужен, а мой опыт окажется небесполезен. И вообще тяжело оставаться спокойной, когда знаешь, какие именно условия в азиатских тюрьмах, где проститутку могут держать полгода потому, что она не может заплатить 300 долларов. Вот сейчас Полонского арестовали в Камбодже...

То есть Полонскому есть на что надеяться?

Я думаю, что да! Конечно! Нам сейчас пришел отказ на регистрацию, но там мелочи – не указали телефон, неправильно описали пару пунктов устава, указали два лишних вида деятельности. Формальности, в общем. Документы вернули, но сейчас мы подадим их вновь, и я вплотную приступлю к поиску средств. В первую очередь надо найти деньги, затем – хороших адвокатов. Действовать фонд будет и в Юго-Восточной Азии, и в США, везде, где потребуется наша помощь. Думаю, сможем приступить к работе уже через месяц-полтора.

Но в первую очередь вы направите силы этого фонда на помощь супругу?

Да, в первую очередь мы будем заниматься делом Виктора. Это вопрос большой важности, но первостепенная задача, конечно, - это найти деньги.

А сколько денег вам на него нужно, и какое у фонда будет название?

Надо найти примерно полмиллиона для начала, чтобы начать работать всерьез, чтобы нанять квалифицированную защиту. Долларов конечно. А называться он будет – «Дорога домой».

В последнее время Виктор Бут был нечастым героем публикаций российских медиа. Но его имя было упомянуто в блоге фактически сбежавшего из России бизнесмена, ныне председателя «Международного антикоррупционного комитета» Валерия Морозова, который транслируется в частности на сайтах «Сноб» и «Эхо Москвы», а также на страницах его личного сайта. Там имя Виктора Бута было упомянуто наряду с застреленным недавно криминальным авторитетом Дедом Хасаном, и намекалось, что эти два имени часть одних и тех же событий. Как думаете, это действительно так?

То о чем вы спрашиваете – тема очень большая. Я имею в виду не только господина Морозова, который благополучно не живет уже в России. Поражает тот факт, что в какой-то момент люди, для выстраивания каких-то своих полушизофренических заключений притягивают кого-то, в данном случае Виктора. Я не очень поняла, то ли это просто нападка на Виктора, то ли это нападка на все наше государство (в той заметке неоднократно упоминается Владимир Путин – «Полит.ру»). Я уже не говорю о том, что нападают на человека, который просто не может ответить, потому что находится в жесточайших условиях содержания, с жестко ограниченной коммуникацией.

То есть связей, на которые намекает Морозов, никогда не существовало, и все возможные выводы из обратной предпосылки будут ложными?

Это спекуляция Морозова именем Виктора, в которой автор стремится достичь каких-то непонятным мне интересов. Это либо черный пиар, либо политическая провокация. Скорее всего - последнее.

Мне кажется, вы избегаете слова – клевета, почему?

Не избегаю. Конечно же, то, что написано со стороны Морозова в адрес моего мужа – это клевета.

Но раз это клевета, то вполне логично было бы подать на Валерия Морозова в суд. Вы размышляли над этим, или, может быть, уже готовите иск?

Знаете, после того что писали журналисты в США, и после известного фильма Рен-ТВ вышедшего в цикле «Спецпроект. Русская мафия за рубежом», у меня длинный список тех, на кого бы я подала в суд.

И планируете?

И планирую. Сейчас мы с юристом готовим официальное заявление о недопустимости безосновательного использования имени Виктора в публикациях прессы. После этого будут поданы иски против тех журналистов, которые принимали участие в подготовке материалов порочащих честь и достоинство членов нашей семьи.

Ну, тогда, видимо, в вашем списке будут десятки американских и российских журналистов когда-либо назвавших Виктора Бута торговцем оружием?

Список тех, кто, как я считаю, должен понести наказание, не так велик. Несколько американских журналистов и псевдо-экспертов, в частности это будет автор пресловутой книги Дуглас Фара. А также несколько российских журналистов, в частности те, кто отвечал за подготовку цикла передач «Спецпроект. Русская мафия за рубежом». Всего около десятка фамилий. Теперь к нему добавится и фамилия Виталия Морозова.

Как скоро вы готовы подать иски и обнародовать заявление?

Заявление я обнародую в ближайшее время. Относительно исков – мы еще решаем этот вопрос с юристом.

Виктор Бут в тюрьме

Давайте поговорим о том, как чувствует себя в тюрьме ваш супруг. С ним хорошо обращаются?

Виктор сильный человек и прошел в Бангкоке очень хорошую «школу», иначе бы в американской тюрьме он просто сломался. Так как его содержат – только животных можно содержать. Сначала это было 15 месяцев одиночного заключения без дневного света в Нью-Йорке. Сейчас то же самое, с той лишь разницей, что его выводят на прогулку в бетонированный двор со стенами такой высоты, что за ними не видно ничего, кроме неба.

Вам дают общаться?

Да, мы можем говорить по телефону. Он может звонить два раза неделю по одному из трех номеров. Либо мне, либо адвокату, либо в посольство. Мы разговариваем. Но все разговоры пишутся и прослушиваются, у него даже нет консульского права на эксклюзивные звонки. Нас предупредили, что если они решат, что он выдает какие-то сведения о внутреннем устройстве тюрьмы, то его могут лишить телефона. Кроме того ему нельзя общаться со СМИ. Однажды мы писали наш разговор для Рен-ТВ и потом получили предупреждение, что за нарушение правил разговора может быть добавлен срок. Ему даже читать СМИ нельзя. В итоге у него нет никакой информации извне. Там еще вскрывается вся почта, даже адвокатская, хотя это запрещено. Но ему удалось прислать мне несколько фотографий, один из снимков я могу вам дать.

То есть он иногда звонит, иногда гуляет и сидит в камере, так?

Да, никакой деятельности там вести нельзя. Нет даже спортивного зала. Попытки заниматься физическими упражнениями там могут расцениваться как угроза – накачался, потом сможешь напасть на охранника. У них раньше были мячики для игры в спортивные игры, но их потом тоже отобрали. Отобрали под предлогом, что тоже на них качаются.

А книги дают читать?

То, что находится в тюремной библиотеке – это пара сотен желтых романов, которые Виктору не интересны. Передать книги ему я сама не могу, только через какое-то агентство. Агентство – это интернет-магазин, либо издательство, что-то такое. Причем передавать можно далеко не все. Например, книги по дыхательным гимнастикам, таким как цыгун, тоже запрещены. Видимо потому, что заключенный может натренироваться останавливать дыхание и убить себя, не знаю.

Не слишком радостно, ничего не скажешь...

Единственное занятие, которым им там разрешено заниматься – это вязание крючком. Но если ты хочешь вязать, ты должен в тюремном магазине на свои деньги купить и крючок, и пряжу. Даже там бизнес поставлен. Вот они там сидят и вяжут крючком. Виктор даже что-то связал, отправил бабушке на Новый год шапку и шарф. Они, правда, еще пока не дошли.

Я попросила его писать что-то нейтральное, не кающееся ни его прошлого, ни политики, ни обвинения. У него были очень хорошие идеи, он мне о них рассказывал, когда мы встречались в Нью-Йорке во время процесса. У него есть свой взгляд, как выжить в этом безумном мире и как подготовить к этому молодежь. Суть их сводится к тому, что ты должен сам уметь все делать с самого начала – знать компьютер, знать бухгалтерию, закончить курсы медсестер, то есть быть максимально автономен. И только так ты тогда сможешь максимально эффективно работать сам на себя, зарабатывать деньги, совершенствоваться и так далее.

Он уже приступил и я с нетерпением жду от него первые главы будущей книги.