Наибольшую склонность к занятию бизнесом проявляют отнюдь не москвичи

Хорошо известно, что в области частного предпринимательства показатели России очень скромные. Предпринимателей у нас в составе населения меньше, чем в странах с сопоставимым уровнем социально-экономического развития, да и вклад частного сектора в создание рабочих мест, прирост ВВП и другие значимые показатели не очень велик. Например, доля взрослого населения, вовлеченного в предпринимательскую деятельность, составляет в нашей стране около 5%. Притом что для стран, которые, как и Россия, по классификации Всемирного экономического форума, относятся к группе стран с «экономикой, основанной на стремлении к повышению эффективности», средний уровень предпринимательской активности 14%, в том числе в странах Центральной и Восточной Европы он составляет от 6,3% в Венгрии до 14,2% в Словакии.

Но оказывается, не только средний по России уровень предпринимательской активности невысок, существуют еще и очень большие различия по уровню развития предпринимательства между российскими регионами.

Об этом говорят результаты изучения деловой активности населения в регионах России, которые получены лабораторией исследований предпринимательства НИУ ВШЭ в 2011-2012 гг. Так, выяснилось, что разброс уровней активности по регионам — от 1,2% в Карелии до 10% в Дагестане. Причем подавляющее большинство областей, краев и республик демонстрирует уровень предпринимательской активности ниже среднего и лишь 11 регионов — уровень от 5,5% до 10%.

Примечательно, что не только численность, но и состав занятого в бизнесе населения весьма различен от региона к региону. В научной литературе есть понятие «пирамида предпринимательского потенциала». Речь идет о том, что в любом обществе всегда есть какая-то часть лиц, которые только раздумывают, начинать ли новый бизнес, есть также кто-то, кто его только недавно начал (их называют нарождающимися предпринимателями), есть, далее, владельцы нового бизнеса (который уже дает регулярный доход, но пока в основном используемый, чтобы вернуть долги, кредиты и т. п.), и наконец, владельцы устоявшегося бизнеса — люди, чей бизнес не только работает, но и приносит прибыль своим владельцам. Понятно, что для устойчивости и нормального воспроизводства эта пирамида должна стоять на широком и прочном основании и несколько сужаться кверху, от одной группы предпринимательски активного населения к другой. Но в России все не так просто!

Лишь в 15 субъектах Федерации, по данным за 2011 г., эта пирамида имела более или менее канонический вид, свидетельствующий о благоприятном соотношении между различными группами предпринимателей. Зато в подавляющем большинстве остальных регионов пирамида мутировала в ромб (17 российских субъектов), гриб с тонкой ножкой и широкой шляпкой (7 регионов), песочные часы с утоньшением с средней части (17 регионов) и даже перевернутую пирамиду (13 субъектов). Все эти российские территории, в общем, характеризуются не вполне (ромб, песочные часы) или крайне неблагоприятной (гриб) структурой предпринимательской активности: во многих российских областях, краях и республиках — в силу разных причин — нарушен или так и не сложился нормальный процесс преемственности, когда по мере старения и выбраковки бизнесов на смену им могут прийти новые предпринимательские фирмы. Просто недостаточно желающих и готовых заниматься бизнесом. Это значит, что процесс развития предпринимательства в большинстве российских регионов не имеет устойчивого характера.

Немаловажно и то, какие побуждения толкают людей в бизнес: стремление к независимости и желание реализовать свой творческий потенциал, рациональный расчет на преуспеяние или отчаяние от невозможности прокормить собственную семью. За различием между так называемым добровольным и вынужденным предпринимательством стоят разные типичные «портреты» предпринимателей — с разным профессиональным и жизненным опытом, возможностями и устремлениями.

Одни чаще создают растущие фирмы и рабочие места, другие более склонны ограничиваться мелким бизнесом, который зачастую ведется на неформальных началах, или самозанятостью.

Существуют и другие индикаторы, которые помогают оценить предпринимательский потенциал региона, — субъективная самооценка (уровень склонности к предпринимательству, уровень боязни неудачи, наличие предпринимательских способностей), а также восприятие местных условий для развития бизнеса. Рассчитанный на их основе интегральный рейтинг российских регионов по уровню предпринимательского потенциала (см. таблицу) позволяет разделить все российские регионы на три группы: с низким (1 группа), средним (2 группа) и высоким предпринимательским потенциалом (3 группа).

В этом рейтинге много неожиданного. Например, Москва, Московская и Калужская области, где, как принято считать, по российским меркам «все в шоколаде», оказались в первой группе, только в середине — динамичный Татарстан и, наоборот, никогда не «светившиеся» среди регионов-лидеров Тамбовская или Курская области — наверху.

Далее, среди регионов 1-й группы много тех, которые по уровню предпринимательской активности были в числе лидеров. Это означает, что в основном эта активность носит вынужденный характер, не связана с созданием высокоэффективных бизнесов и не влияет сколько-нибудь серьезно на общую социально-экономическую ситуацию в данном регионе.

Конечно, рейтинг этот имеет пилотный характер — только расчеты за ряд лет могут позволить исключить влияние случайных факторов, а дополнительные экспертные оценки — помочь рассчитать удельные веса различных используемых для анализа индикаторов. Но совершенно очевидно главное: на громадных российских просторах существуют разные типы регионов, для которых требуется совсем разная политика в отношении предпринимательства. Где-то нужно начинать с азов (способствуя накоплению знаний, необходимых для успешного предпринимательского старта, и поддерживая создание и развитие микрофинансовых организаций), где-то созрели предпосылки для применения более серьезного набора инструментов (бизнес-инкубаторы, вовлечение малого бизнеса в госзакупки и т. п.), а в каких-то регионах следует сосредоточиться на поддержке бизнес-ангелов и бурно растущих средних по размеру фирм (через подготовку необходимых для них кадров и стимулирование НИОКР в местных вузах, проводимых в интересах этих фирм), чтобы помочь им стать региональными локомотивами.

Правда, для проведения такой политики нужна реальная заинтересованность со стороны не только сильного, но и «умного» государства.

Разная Россия: в каких регионах бизнесу хорошо