Объем рынка женской одежды в России достиг $34 млрд и близится к пределу насыщения. Как теперь продавцы будут завоевывать рынок?

Еще пару лет назад такое заявление показалось бы весьма революционным, но сегодня можно смело сказать – рынок женской одежды в России близится к пределу насыщения. Особенно резко это стало ощущаться в крупных городах в прошлом году. Вполне закономерно, что большинство игроков сосредоточилось на стратегиях регионального развития – в Москве им фактически приходится толкаться друг с другом локтями. Цифры свидетельствуют о том же - по оценкам участников рынка в 2012 году объем рынка женской одежды достиг $34 млрд, что уже составляет 60% от всего объема рынка одежды. При этом на Москву из этого объема приходится примерно 20%, а например, на Санкт-Петербург - лишь около 8%.

В такой ситуации на рынке стали постепенно формироваться ниши, в которых предлагаются продукты с высокой имиджевой составляющей или сильной маркетинговой надстройкой. 2012 год прошел под знаком нового микротренда – всплеска интереса к винтажной одежде и аксессуарам.

Здесь не лишним будет уточнить определения, поскольку под словом «винтаж» у нас понимается нечто старое и расплывчатое. По самым демократичным меркам винтажным может считаться все, созданное в период с 1920-х до начала 1990-х годов и, что немаловажно, ярко отражающее особенности и специфику моды своего времени. Разумно разделить винтаж на сегменты couture и pret-a-porter, поскольку в случае кутюрных вещей даже время не стирает серьезного отрыва в цене от других вещей.

До недавнего времени в России преобладали магазины, которые правильнее было бы назвать все-таки секонд-хэндами, недели винтажными в классическом понимании. Попытки привезти винтаж в Россиию тоже предпринимались неоднократно, но все как-то не приживалось. В тот момент это было связано с незрелостью рынка и неискушенностью аудитории. Может ли винтаж вообще быть успешной бизнес-моделью в России?

Каждый человек, хоть раз общавшийся с людьми, имеющими к этому бизнесу непосредственное отношение, не мог не отметить в их глазах легкого блеска одержимости. Судя по моим знакомым владельцам магазинов на парижском рынке Porte de Clignancourt – мировой винтажной мекке – могу утверждать, что такие предположения небезосновательны. У каждого там своя судьбоносная история прихода в этот бизнес. Так, семейная пара – владельцы одного из лучших магазинов дизайнерской бижутерии – бывшие школьные учителя из Лондона. Отпраздновав 40-летний юбилей, они продали дом и одну половину вырученных денег вложили в покупку винтажных украшений, а вторую потратили на переезд в Париж и открытие магазина. Все аспекты и тонкости бизнеса этой увлеченной паре пришлось изучать уже на практике. Наверняка, большинство историй менее экстравагантны, но все же справедливо будет сказать, что винтажный магазин – это немного больше, чем просто магазин одежды. В том числе и с точки организации бизнеса.

Сложности начинаются уже в процессе закупки товара – его нужно действительно отыскать. Истории в духе популярного анекдота из 90-х, когда купив что-нибудь от Chanel за 100 евро у какой-нибудь бабушки, потерявшей связь с реальностью, можно продать это за 5100 и на заработанные проценты жить – к сожалению, уже давно не больше, чем романтика. Во-первых, винтаж предполагает значительные инвестиции в закупке. Во-вторых, доля приватных покупок на винтажном рынке постоянно снижается, основной объем торговли уже давно идет через аукционы, где от имени и в интересах своих клиентов обычно действуют опытные агенты. Это очень закрытый и консолидированный в мировых масштабах рынок, на который сложно попасть человеку со стороны. Владельцы российских винтажных магазинов, как правило тоже работают, через таких посредников. В итоге, довольно высокие издержки уже на моменте закупок обычно не позволяют устанавливать наценку даже сопоставимую со средней в обычном фэшн-ритейле.

Однако несмотря на все трудности, винтажный магазин может быть прибыльным. Московскому бутику Victoria’s Vintage, специализирующемуся именно на очень дорогом кутюрном винтаже понадобилось три месяца с момента открытия, чтобы выйти на точку безубыточности и еще три, чтобы начать зарабатывать. Владелица Виктория Шамис отмечает: «Винтаж – это конечно, не Zara, но при грамотном построении бизнеса может приносить стабильный доход. Но при этом затраты на рекламу и PR у меня большие».

Все без исключения игроки отмечают, насколько важно активно работать с аудиторией, причем не просто привлекая ее в точку продаж, но по сути занимаясь образованием. «У нас два главных вопроса, с которыми мы постоянно боремся «Это что, все ношеное?» и «Почему так дорого?» - говорит Елена Камай, управляющий и байер открывшегося в прошлом году винтажного магазина Oldich Dress&Drink - По каждому вопросу приходится осуществлять небольшой культурологический дискурс. Людям нужно показывать как можно и как нужно одеваться, тогда предложение родит спрос».

Учитывая, что главные покупатели на зарубежных винтажных рынках наравне с американцами и японцами – русские, то перспективы у этого направления и внутри страны хорошие. Осложняются они тем, что с точки зрения продаж винтаж категория сложная – обычно такие вещи покупаются «на выход» и по динамике и особенностям потребления ближе скорее к группе вечерней одежды, что накладывает на оборот свои ограничения. Период, необходимый для того, чтобы винтаж оформился и занял пусть очень скромную по объемам, но все же нишу на рынке, можно оценить минимум в три следующих года.

Один из пионеров винтажа в России и основатель Denis Simachev, Ольга Самодумова тоже оптимистично смотрит на потенциал такого бизнеса. Она запустила проект Peremotka, который находится где-то между винтажом и секонд-хендом – сама Ольга называет это fashion recycling: «Когда я основала Denis Simachev, то все тоже задавали вопрос – кому нужны русские дизайнеры? А сейчас они очень популярны. Я люблю аудиторию «растить» и гарантирую, что так же случится и с винтажом. Винтаж во всех смыслах сейчас самый актуальный бренд».

Винтажная одежда - быть в России или не быть?