Ежедневный Журнал: Катастрофы

1 февраля 2013 года Росавиация сообщила, что приостанавливает сертификацию у авиаперевозчика-лоукостера Red Wings, чей Ту-204 потерпел крушение во Внуково 29 декабря прошлого года. При этом Росавиация специально подчеркнула, что с крушением это не связано.

С чем же связано?

Напомню, что компания Red Wings принадлежит Александру Лебедеву, которого лущат долго и упорно за финансирование «Новой газеты» и вообще за оппозиционность. Лебедев — один из немногих российских бизнесменов, который осмеливается быть оппозиционером.

Признаться, когда я услышала о катастрофе 29 декабря, я подумала, ну все, конец Лебедеву. Потому что у нас не 90, а 99% катастроф происходит по вине пилотов, и этот повод слишком хорош, чтобы не сожрать компанию.

Однако по мере расследования выяснилась удивительная вещь: катастрофа Ту-204 не только никак не была связана с ошибкой пилотов, но и никак не была связана с технической неисправностью. Это была катастрофа, которая в мировой практике является самым страшным кошмаром авиапроизводителей — она была вызвана конструктивными недостатками самолета. Суть дела заключалась в том, что при определенном (и не таком уж редком) стечении обстоятельств, а именно: сильном боковом ветре и низкой загруженности самолета, самолет «не понимает», что он сел. У него не обжимаются концевики и не включается реверс. Шестидесятитрехтонная махина мчится по полосе со скоростью двести пятьдесят км/час, и тормозить ей нечем.

Такого рода истории на Западе занимают первые полосы газет, приводят к многомиллиардным искам и банкротству авиапроизводителей, каковым в данном случае, в конечном итоге, является Объединенная авиастроительная корпорация и Ростехнологии.

Как только стало ясно, что вызывать на ковер придется не Лебедева, а Чемезова, все мгновенно стихло. Госдура, озабоченная пропагандой гомосексуализма и прочими сверхважными вещами, даже не подумала поинтересоваться причиной авиакатастрофы, которая в любой нормальной стране стала бы новостью номер один. Новость исчезла из СМИ, в качестве damage control на авиационных форумах появились изумительной идиотичности высказывания «экспертов», которые сводились к тому, что, да, это конструктивный недостаток самолета, но почему летчики, увидев, что реверс не включается, не взлетели?

Ага. Много вы видели лайнеров, которые, не затормозив, пролетают по полосе и взлетают? Это, видимо, обычный маневр в гражданской авиации.

Так вот, гипотеза моя сводится к тому, что когда Бастрыкин и К. увидели кадры катастрофы, они потерли руки и подумали то же, что Латынина: наверняка это человеческий фактор, сейчас Росавиация за нас прихлопнет Red Wings, надо только подождать. Когда выяснилось, что ловить тут нечего, СК объявил, что намерен сам разобраться в катастрофе. И на следующий день Росавиация объявила, что приостановит лицензию.

У меня только один вопрос: лицензию отзовут. А Ту-204? Мы так и будет летать на самолете, который не всегда знает, что сел?

Одновременно с известием о приостановлении лицензии Red Wings пришло известие о еще одной технической катастрофе: ей закончился пуск ракеты-носителя «Зенит-3SL», стартовавшей со спутником связи Intelsat c экватора по программе Sea Launch.

Напомню историю Sea Launch.

Когда в начале 90-х стал образовываться мощный рынок коммерческих космических стартов, то американцы вообще и «Боинг» в частности сильно переживали, что львиную часть этого рынка захватила Aerospacial со своим «Арианом».

Поэтому они просто ухватились за блистательную, на первый взгляд, коммерческую возможность: запускать бывшую советскую военную ракету с переделанной под старты норвежской платформой прямо с экватора (что сулило точность запуска, экономию топлива и пр.). Руководил всем «Боинг». У него было 40%, у России — 25%, остальное было у норвежцев с их платформой и Украины.

«Боингу» пришлось преодолеть несчетное количество трудностей. Для начала родимые США обвинили его в передаче военных секретов русским; потом таможня США закатила истерику на предмет ввоза военной баллистической ракеты на территорию США (где проходила окончательная сборка).

«Боинг» все преодолел. А дальше случилась история, которая время от времени случается с самыми красивыми и дерзкими проектами: Sea Launch оказался финансово неуспешным. Проект влез в неоплатные долги, в 2007-м у них взорвалась на старте ракета, клиенты разбежались, в 2009-м Sea Launch подал на банкротство.

Бывает. Гримасы капитализма. Проект был красив и смел, в душе лучших романов Артура Кларка, но даже «Боинг» его не вытянул, долги корпорации весили то ли 1, то ли 1,5 млрд долларов, при активах от 100 до 500 млн долларов.

А дальше произошла поразительная история: РКК «Энергия» учредила офшорную дочку Energia Overseas Limited и выкупила в 2010-м 95% Sea Launch. Сумма сделки неизвестна. Известно только, что в 2008-м Сбербанк выдал «Энергии» кредит на 2,9 млрд рублей, потом — на 5,8 млрд, а потом — гарантий на 12,4 млрд рублей. А всего долги «Энергии» с 2007-го выросли с 8 до 30 млрд рублей, и очевидно, что большая доля из этих 22 млрд — это как раз Sea Launch. На эти деньги мы уменьшили убытки «Боинга».

Теперь у меня вопрос: «Боинг», разумеется, может быть доволен — российская казна покрыла его убытки. А Россия? Зачем нам было выкупать за свои деньги обанкротившееся предприятие?

Это коммерческий проект. Проект, где надо вертеться на конкурентном рынке. С этим проектом не справился «Боинг». Какие шансы справиться с этим проектом у российских чиновников и оборонщиков, привыкших тратить и воровать, а не зарабатывать и конкурировать?

Кто дал добро на эту покупку? Очевидно, лично Путин. Вопрос: что ему втерли? Почему сделка не обсуждалась в парламенте? Почему нам неизвестна ее цена? Ведь это не оборонные секреты государственной важности. Это просто бабки, которые за коммерческие старты получает зарегистрированная за рубежом фирма.

Необходимого для окупаемости количества стартов Sea Launch под мудрым руководством «Энергии» не набрал, и катастрофа-2013 явно станет для него еще более окончательной, чем катастрофа в 2007-м. Ведь рынок коммерческих стартов — это вам не российские запуски, когда ракеты раз за разом улетают не туда, а деньги продолжают выделяться.

И у меня простой вопрос: когда парламент соберется обсуждать не животрепещущие вопрос о пропаганде гомосексуализма, а вот хотя бы эти два технических вопроса: как получилось, что в России летает конструктивно недоработанный самолет? При чьем одобрении, за какие деньги и зачем неповоротливая государственная, вся в долгах, корпорация «Энергия», срывающая другие проекты (вместо пяти российских модулей МКС готово, например, только два), — купила обанкротившийся коммерческий проект, который не смог вытянуть «Боинг»?