Мэр Москвы Сергей Собянин о планах на ближайшие два-три года

Мэр Москвы СЕРГЕЙ СОБЯНИН на встрече с редакцией "Коммерсанта" рассказал, как следит за уборкой снега в Москве, что главное в транспортной стратегии города и что будет дальше со стадионом "Лужники". Господин Собянин считает, что в Москве надо проводить выборы главы города, но пока не знает, кто будет у него в конкурентах.

— У вас есть нарекания к работе коммунальных служб в этом сезоне? Многие граждане считают, что впервые за много лет город убирается из рук вон плохо.

— У меня много замечаний и претензий к коммунальщикам. За это время десятки должностных лиц были уволены, а некоторые из них даже посажены за коррупцию. Количество административных штрафов выросло со 170 млн рублей в 2010 году до 1,8 млрд рублей за прошедший год. Такого административного нажима на коммунальщиков не было никогда. Но и такого объема работ тоже не было. За последние 100 лет ни разу не было столько снега и ледяных дождей. Для примера могу сказать, что в начале февраля за сутки выпало 26 см.

— Вам приходится сталкиваться с потемкинскими деревнями?

— С 1 января работает порядка 86 тыс. видеокамер, которые покрывают фактически всю площадь города. Это не эксклюзивный дворик, который можно убрать и показать. Если всю площадь города уберут, как потемкинскую деревню, я буду рад. И теперь пришедшему ко мне чиновнику я могу сказать, вот перед моими глазами 40 объектов в твоем округе, в половине из них не работают. Невозможно одномоментно объехать весь город. Тем не менее мы ввели систему, при которой административная инспекция охватывает контролем не отдельные участки, а весь город каждые сутки. 600 инспекторов используют видеонаблюдение, непосредственно контролер проходит весь округ, и у меня за сутки есть оценка всех объектов. И видно, особенно после интенсивных осадков, какая динамика по каждому округу и району по состоянию дворов, дорог.

Я думаю, системный подход принесет плоды. Вы видите, что сегодня ситуация радикально другая, чем неделю назад. Но мы не только спрашиваем. За последние годы практически в полтора раза увеличены тарифы и ужесточены регламенты работ.

"Почти никогда Москва не была зависима от федерального бюджета"

— Поменяются ли приоритеты расходов в городском бюджете на 2014 год? В 2013 году таким приоритетом был транспорт, в следующем что-то изменится?

— Программу, которую мы наметили, в том числе по транспорту, мы принципиально не меняли. Мы изначально предполагали, что в случае необходимости мы готовы занимать деньги, но не на проедание, а именно на развитие, на строительство транспортной инфраструктуры. Но пока мы идем без заимствования средств, наоборот, гасим те кредиты, которые были взяты еще до нас, это около 300 млрд рублей. Сегодня этот долг снизился почти до 200 млрд, на этот год мы предполагаем заимствование около 100 млрд, но я надеюсь, что нам это не понадобится, несмотря на то что бюджет очень напряженный.

— Бюджет Москвы будет в 2014 году более зависим от федеральных поступлений?

— Почти никогда Москва не была зависима от федерального бюджета. Мы получаем положенные всем субъектам субвенции на исполнение государственных полномочий. Собственно говоря, это нельзя называть дополнительным доходом. В то же время федеральный бюджет начал помогать Москве по ряду направлений, в которых он раньше вообще не участвовал. В медицине почти 50 млрд федеральных денег пришло. На транспортную инфраструктуру, на метро было в прошлом году выделено 30 млрд, на ряд дорог и развязок выделяется несколько десятков миллиардов. Федеральный бюджет начал участвовать в крупных городских программах. Это, конечно, позитивно.

— При оформлении в собственность московских земель многие жалуются, что город стремится урезать объемы земли в собственности владельцев многоквартирных домов. Вы, как мэр, должны приветствовать эту практику, увеличивающую земельные ресурсы муниципалитета. С другой стороны, это увеличивает социальное напряжение.

— Это больше фетиш — на самом деле ничего этого не происходит. Департамент земельных ресурсов, наоборот, приветствует всех, кто желает взять больше земли вокруг своего дома на уже застроенных территориях, где не запланировано строительство. Если жители сами подписались под тем, что они хотят взять землю не только под фундаментом дома, но и больше,— да ради бога! Но при этом они должны взять на себя обязанность по содержанию этой территории. Это дополнительные затраты — поэтому таких желающих на самом деле меньше, чем мы думаем. Но за последнее время мы никому не отказали. Более того, на мой взгляд, надо продумать систему, при которой эта территория передается домовладельцам, но город еще какое-то время сохраняет свои субсидии по содержанию этой территории.

"Городу свой информационный канал не помешает"

— Прошлой весной Сбербанк и правительство Москвы заявили, что производство автомобилей на мощностях ЗИЛа будет реанимировано, и договорились о создании СП "МосавтоЗИЛ". Насколько целесообразно заново запускать масштабное производство в черте города, не возникнет ли проблем с логистикой и экологией? И как производство автомобилей будет соотноситься с развитием остальной территории ЗИЛа?

— Проект развития территории ЗИЛа уже принят. В первую очередь он предполагает строительство недвижимости, в общей сложности 4,5 млн квадратных метров. Большая часть территории отдается под жилищную застройку. В Нагатинской пойме будет создан тематический детский парк, а площадка за железной дорогой будет отдана под технопарки. Таким образом, производственная площадка на ЗИЛе уменьшается примерно в десять раз. Логистика не будет обременительна, транспортная инфраструктура создавалась десятилетиями, она существует. Ну и естественно, там не будет никаких грязных производств, например литейных.

— С момента объявления проекта прошел почти год, но соглашения с иностранными автоконцернами, которые по плану должны вести сборку на ЗИЛе, до сих пор не подписаны. На какой стадии проект сейчас и когда начнется производство? Сделали ли уже Сбербанк и правительство Москвы свои взносы в СП?

— Я надеюсь, что в ближайшие несколько месяцев завод заработает. Конечно, вклады в СП уже сделаны — мы вложили свое, Сбербанк вложил свое.

— За последние два года у правительства Москвы увеличилось число медиаактивов — теперь это телеканалы "ТВ Центр", "Москва 24", "Доверие", "Московия", радиостанции "Говорит Москва", Moscow FM. Все эти СМИ дотационные. Не слишком ли их много?

— Большинство этих активов и так были у города. На базе "ТВ Столицы" была создана "Москва 24" (после того как город летом 2011 года довел свою долю с 65% до 100%.— "Ъ"), но средства, которые мы выделяли этому телеканалу, не увеличились. А вот количество людей, которые смотрят его, выросло вдвое. На мой взгляд, это было правильное решение: городу свой информационный канал не помешает. "Московию" мы купили из-за того, что она вещала на одной частоте с "ТВ Центром", разрывая ему сетку вещания. Это было ненормально. Думаю, те средства, которые мы потратили на "Московию" (около $23 млн.— "Ъ"), полностью окупятся после объединения двух телеканалов за счет продаж рекламы.

— Будет ли город привлекать инвесторов к реконструкции "Лужников" к чемпионату мира по футболу в 2018 году?

— Мы предлагали целому ряду крупных девелоперов и финансовых компаний (выступить соинвестором.— "Ъ"). Желающих не нашлось, поскольку проект реконструкции самого стадиона неокупаем. Реконструировать арену, скорее всего, будем за счет бюджета.

— Вы приняли решение сносить существующую арену?

— Это станет понятно по результатам экспертизы. Мы за реконструкцию стадиона, причем она должна носить щадящий характер. Но FIFA считает необходимым увеличить объемы площадей стадиона, менять геометрию трибун. Мы пытаемся убедить федерацию, что действующий стадион, где намечены церемонии открытия и закрытия мирового первенства, вполне пригоден для этого.

— Какова цена вопроса?

— Если речь идет о небольшой реконструкции, то потребуется около 10 млрд рублей. В случае коренной реконструкции — от 28 млрд рублей.

— Некоторым девелоперам ради получения разрешения на крупные стройки придется за свой счет прокладывать дороги общего пользования. Это будет обязательным для всех застройщиков?

— Не для всех. У нас есть территории, которые не застраиваются десятилетиями из-за отсутствия транспортной инфраструктуры. Эти земли интересны девелоперам для застройки коммерческими объектами, поэтому им и было предложено позаботиться о транспортной инфраструктуре. Мы также решили, что по тем проектам, которые по итогам пересогласования градостроительно-земельной комиссией были увеличены, девелоперам придется выплатить городу 30% кадастровой стоимости дополнительных площадей. Эти средства пойдут на развитие общегородской инфраструктуры.

"Мы запретили строить 10 млн квадратных метров коммерческой недвижимости в центре города"

— Общегородская инфраструктура испытывает значительное напряжение из-за десятков и сотен тысяч приезжих, которые здесь работают. Можно говорить и о недовольстве москвичей...

— С одной стороны, это так. А с другой стороны, в Москве профицит рабочих мест составляет около 2 млн человек. И люди приезжают сюда не только побродить по Красной площади, но и работать. Доходы Москвы и, соответственно, москвичей во многом складываются из их труда. Поэтому говорить о том, что они приезжают и мешают нам жить, нельзя. Если мы говорим о мигрантах, которые находятся здесь незаконно, конечно, с ними надо разбираться. А те, кто приезжает сюда работать, что ж, пусть работают. Другой вопрос, что инфраструктура в Москве, конечно, перегружена, маятник миграции — ежедневно миллионы людей из Подмосковья едут в Москву и обратно. Так сложился наш город, что две трети рабочих мест находятся в центре. На периферии в Москве находятся спальные районы, и каждый день миллионы москвичей и немосквичей едут в центр и обратно. Что делать? Я думаю, что радикально не сделать ничего. Надо воспринимать это как данность и подстраивать под это транспортную инфраструктуру. Но при этом надо минимизировать строительство и создание рабочих мест в центре города и балансировать районы застройки жилья по его периметру. То, что мы запретили строить порядка 10 млн квадратных метров коммерческой недвижимости в центре города, огромное количество офисов, которые были запроектированы, в первую очередь как раз связано с этим. Если бы это строительство фактически было завершено, ситуация бы кратно ухудшилась.

— Как развивается проект Новой Москвы?

— Сегодня, даже не дожидаясь перехода этой территории в Москву, были выданы разрешения на строительство 16 млн квадратных метров. В основном жилья. И нам сейчас приходится не столько раскачивать ситуацию для того, чтобы приходили туда инвесторы, сколько, наоборот, их сдерживать.

— То есть желающих более чем достаточно?

— Более чем. Но желающие застраивать новые территории, как и все Подмосковье,— это здания в 25 этажей, дикая плотность, отсутствие инфраструктуры и рабочих мест. С этим трудно смириться. Мы стараемся переформатировать это таким образом, чтобы плотность была как можно меньше, а рабочих мест было больше, чтобы создавалась социальная инфраструктура, транспортная инфраструктура. Если бы эта территория не перешла в границы Москвы, то вот так бы все и было застроено, как остальные районы.

— Уже есть список первых объектов, которые появятся на территории Новой Москвы?

— Территориальная схема Москвы появится где-то к середине лета. Пока списка нет, но тем не менее первыми объектами, по которым мы примем решения, будет строительство четырех парков. В этом году мы уже их заложим. И в этом же году мы выйдем на строительство транспортной инфраструктуры.

"Чем больше дорог, ведущих в центр города, тем больше проблем"

— Принята программа по развитию транспорта до 2016 года...

— (Смеется.) Я уже думал, что мы об этом и не поговорим.

— Одновременно с этим, по данным ГАИ, автотранспорт в Москве увеличивается на 5% в год. Вы не опасаетесь, что эта программа будет неэффективна для города, потому что количество машин увеличивается пропорционально строительству дорог. Не собираетесь ли вводить какие-то ограничения по росту автопарка, может быть, по постановке машины на учет?

— Нет, не планируем такого. Одним строительством дорог и развязок транспортную проблему Москвы не решить. Ни у одного города это не получилось. Чем больше дорог, ведущих в центр города, тем больше проблем. У нас уже сегодня 4 млн машин. Половина из них не выезжает со дворов, по крайней мере, в рабочие дни. У нас уже сегодня есть потенциал увеличить в два раза количество машин, движущихся по дорогам. И чем больше строят дорог, тем больше искушение сесть в машину и поехать на ней. И в результате начинается коллапс. Поэтому в транспортной программе строительство дорог на четвертом месте.

— Но дороги-то строить нужно?

— Ну конечно. Во-первых, это магистрали, по которым люди уезжают за город, особенно в выходные дни. Во-вторых, надо связывать отдельные районы между собой. В-третьих, реконструкция дорог нужна для общественного транспорта. И четвертое, у нас даже по нормативам площадь дорог меньше в разы, чем в любом европейском городе и мегаполисе. Но все же это не решение проблемы.

Львиная доля денег идет на развитие общественного транспорта. Первый приоритет — это развитие метро. Оно хорошее, но 300 км метро недостаточно. Метро не приходит во все районы, переполнено, особенно в центре города. Мы, по сути дела, в полтора раза увеличиваем протяженность веток: вместо 300 — 450 км метро.

Второй приоритет — это развитие железнодорожного транспорта. Сегодня мы приступили к реконструкции МКЖД (Малого кольца железной дороги). Кроме того, будут реконструироваться ветки в 10-15 км от Москвы, где нагрузка на железную дорогу максимальна. Для чего эти линии строятся? Чтобы увеличился объем перевозок и их скорость. Сегодня люди из Подмосковья вынуждены добираться до работы в Москву на машинах. Это одна из главных причин, почему у нас все магистрали забиты в районе МКАД в часы пик на въезде и выезде.

— А что с развитием остального общественного транспорта?

— Мы буквально за два года обновили практически весь подвижной транспорт "Мосгортранса". Но главное, мы должны научиться администрировать парковочное пространство. Вот на Бульварном кольце парковалось 8 тыс. машин, а будет — 4 тыс. В центре города сожмется парковочное пространство, но при этом у людей должна появиться возможность комфортно доехать туда на общественном транспорте.

— Были ли проблемы, о которых вы не знали, когда принимали транспортную программу?

— Нет, знать-то мы знали. Но от этого легче не становится. Ни одной площадки готовой не было, ни одного проекта, никакой проектной документации. Вот возле стадиона "Динамо" идут работы по реконструкции. Стоит небольшой сарайчик, по сути дела, ларечек. Мы его обошли со всех сторон, убрать не можем. Надо годами судиться с собственниками. Годами. Когда денег нет, их можно занять. Когда нет проектов, их можно создать. Но когда нет адекватных рычагов, чтобы быстро двигаться проекту, освобождать землю — это одна из самых больших проблем.

— От строительства четвертого кольца вы отказались, потому что там нужно высвобождать земли?

— Да. Вопрос не в том, что строить или не строить. Кольцо физически в рамках действующего законодательства реализовать было невозможно. Все застроено. Чтобы изъять такие территории, потребуются колоссальные деньги и время. И сам проект стоит около 400 млрд рублей. Можно закопать огромное количество денег, а эффект будет сомнительный.

"Если есть какая-то кривизна, надо с этим индивидуально разбираться и поправлять"

— С прошлого года в Москве активно идет процесс слияния школ в образовательные комплексы. Эта мера критикуется родителями, учителями и директорами школ. Глава департамента образования Исаак Калина считает, что "если подростков с асоциальным поведением помещать в хорошую социальную среду, то они тоже станут достойными учениками". Поддерживаете ли вы эту позицию?

— Несколько слов о том, что мы делаем в образовании. За два года значительно улучшилась материальная база московских школ с точки зрения информатизации и оборудования, спортивных площадок, ремонта и т. д. На 46% увеличилась заработная плата педагогов, улучшились результаты ЕГЭ, стало значительно больше школ, которые участвуют в олимпиадах. И московских, и российских. Если бы это где-то происходило в другой стране, то Калину можно было бы представить к государственной награде. А то, что вы спрашиваете по поводу слов господина Калины, так он их не говорил. Они принадлежат народному учителю СССР Виктору Шаталову, одному из известных педагогов нашей современности. (Виктор Шаталов действительно утверждал, что отлично подготовленный педагог может обучать вместе хороших и асоциальных учеников, но имел в виду отдельные "авторские" классы, а не специально объединенные для этой цели школы.— "Ъ").

— Но родители, например, в школах с углубленным изучением языка несколько озадачены тем, что их объединяют с обычными школами, а возглавляет это учебное заведение директор как раз отстающей школы.

— На самом деле все может быть. И некачественные кадровые назначения могут быть. Такие кадровые ошибки надо исправлять. Что касается объединения школ, у нас в городе на относительно небольшой территории 4,5 тыс. различного рода образовательных учреждений, 4,5 тыс. директоров, 4,5 тыс. завучей по финансам, 4,5 тыс. бухгалтеров и десяток тысяч кассиров. В некоторых школах ситуация доходила до абсурда, когда на учителей выделяли меньше денег, чем на административно-хозяйственный персонал. При объединении нескольких школ количество такого персонала уменьшается, за счет чего заработная плата педагогов увеличивается. Все это уже происходило в начале 90-х годов, даже достаточно активно. Но потом на этом просто поставили крест. Ведь школы финансировались по смете, при объединении эту смету просто урезали — конечно, было абсолютно невыгодно. Сегодня у нас нормативное финансирование, деньги идут за учеником. Чем больше у школы учеников, тем больше денег. Поэтому процесс объединения идет естественным образом, без какого-то административного нажима. Потому что выигрывают и педагог, и родители, и учащиеся. Если есть какая-то кривизна, надо с этим индивидуально разбираться и поправлять.

"Москвичи должны выбрать того мэра, которого считают нужным"

— В марте оппозиция в Москве собирается провести "Марш за права москвичей", посвященный широкому кругу социальных вопросов. Обсуждать проблемы города и возможные реформы оппозиционеры хотят в диалоге с чиновниками, в том числе с мэром. Имеет ли смысл пригласить кого-то из оппозиции, например, в общественные советы?

— Как правило, на митингах с диалогами сложно. Но если будут предложены конструктивные идеи, то с большим удовольствием их обсудим.

— Мэр Москвы должен выбираться или назначаться?

— Мне лично все равно. Потому что я и избирался, и назначался, и всю жизнь занимаюсь работой в органах госвласти, и уже патологически по-другому работать не могу. Я выкладываюсь, насколько это возможно, с полной ответственностью. Но вообще, объективно, особенно для тех, кто впервые приходит во власть, выборы — серьезное испытание, и конечно, это объективно мотивирует людей на более внимательное отношение к нуждам города, избирателей. Да и работать проще, опираясь на их поддержку. Я считаю, что москвичи должны выбрать того мэра, которого считают нужным.

— Возможны ли досрочные выборы мэра?

— Я пока не чувствую такого желания москвичей. По тем опросам, которые у нас есть, процентов 70-80 москвичей не хотят никаких досрочных выборов. Считают, что надо работать, а не заниматься политикой. Я считаю, что определены сроки выборов, можно в эти сроки и избираться.

— Началась ли уже в мэрии и в "Единой России" подготовка к выборам в Мосгордуму?

— Надо посмотреть вообще конфигурацию этих выборов, распределение по округам, будет единый список, не будет единый список — это вопрос о технологии. То, что я буду поддерживать "Единую Россию", несомненно. Я член бюро высшего совета. Было бы странно, если бы я в кусты спрятался.

— Кого вы считаете главным конкурентом на выборах мэра?

— Пока не знаю. Думаю, желающих будет более чем достаточно.

— Вы уже два года находитесь на посту мэра. Для вас наследие Лужкова — это понятие позитивное или скорее отрицательное? Что вы преодолели, что хотели бы сохранить?

— По поводу наследия Юрия Михайловича лучше спрашивать наследников. Если говорить о городе, то это наследие не столько Лужкова, сколько сотен лет строительства этого города и миллионов москвичей, которые здесь трудились. Те проблемы, которые в городе остаются, их просто надо знать и решать. А не пытаться анализировать, кто те или иные ошибки сделал. Я никогда этого не делал, считаю, что это пустое занятие.

— Что вы считаете на сегодня главным достижением на посту мэра и что — главной неудачей?

— Если говорить о главном, то все очень сложные проекты. Если не по мелочам, а по-серьезному, то в этом городе не может быть маленьких проектов. Это серьезные системные проекты, для реализации которых требуются колоссальные инвестиции, колоссальные затраты времени, и за год-два их практически реализовать невозможно. Поэтому давайте через два-три года я точно отвечу на этот вопрос, что удалось, что не удалось.

— То есть через два-три года вы сможете подвести черту?

— Мы приняли по всем направлениям госпрограммы, аккумулировали в них все ресурсы, и бюджетные, и внебюджетные, определили критерии. По ним легко будет судить, удалось это или не удалось.

"В этом городе не может быть маленьких проектов"