Что есть депутат, что нет депутата

С систематическими прогулами депутата ЗакСа Александра Салаева разбираться не хотят ни его коллеги, ни прокуратура.

Единоросс Александр Салаев радует своим присутствием коллег по депутатскому цеху нечасто, раза три-четыре в год. В оставшееся время он либо болеет, либо отдыхает.

«Новая» решила найти депутата-невидимку и поинтересовалась у парламентариев судьбой их коллеги. Многие смеялись нам в лицо — мол, столкнулись бы в коридорах Мариинского дворца, не поняли бы, что «это тот самый».

Потом мы спрашивали спикера ЗакСа Вячеслава Макарова, где его депутат. Спикер каждый раз выражал надежду на то, что народный избранник возьмется за ум и начнет ходить на работу. При этом он улыбался так по-доброму, будто речь шла о невинной шалости маленького ребенка.

Тогда мы отправили запрос в Управление государственной службы и кадров Заксобрания с просьбой уточнить, сколько наболел и наотдыхал депутат Салаев. Нам ответили, что все в рамках пристойного — отдыхал за счет налогоплательщиков 46 дней, лежал на больничном 31 день и недельку бездельничал за свой счет. Эти цифры, правда, не объясняли, где депутат находится все остальное время.

Мы написали письмо в прокуратуру, в котором напомнили правоохранительному органу текст устава Петербурга. Там в 25-й статье сказано, что депутат ЗакСа обязан лично участвовать в голосовании на заседаниях и в подготовке правовых актов. А если он более трех месяцев подряд без уважительной причины отлынивает даже от нажатия кнопки, то его полномочия могут и прекратить.

Надзорный орган нам ответил под Новый год. Заместитель прокурора города П. Ф. Панфилов сообщил, что переслал обращение в нижестоящую инстанцию — в контрольную группу горпарламента, которая призвана «осуществлять контроль за исполнением Устава Санкт-Петербурга». Этой группе прокуратура поручила разобраться с нашим же обращением в прокуратуру. Типа вы сами там разберитесь, ходят ли у вас депутаты на заседания, нарушают ли устав и если да, то будете ли вы поднимать вопрос о досрочном прекращении его полномочий. Чтобы не тратить лишние марки и конверты, о результатах проверки попросили сообщить сразу нам, в «Новую». Прокуратуре народные избранники, видимо, совсем не интересны.
Контрольная группа Заксобрания, помурыжив около месяца наш и так уже пообтрепавшийся запрос, сообщила: «В соответствии со ст. 5 Закона Санкт-Петербурга «О контрольных функциях Законодательного собрания» от 29 декабря 2000 года основанием для рассмотрения контрольной группой вопроса о нарушениях Устава Санкт-Петербурга является обращение депутата Заксобрания или губернатора Петербурга, содержащее информацию о нарушениях Устава города. Таким образом, обращение прокуратуры города в контрольную группу Законодательного собрания не является основанием для организации проверки», — говорится в ответе за подписью руководителя контрольной группы Константина Смирнова.

В переводе на человеческий язык это значит, что на депутата могут жаловаться только его коллеги или губернатор, а прокуратура в данном вопросе парламенту не указ — и пусть идет лесом. Как мы знаем, депутаты только улыбаются, услышав фамилию Салаев, а губернатор, скорее всего, и не подозревает о его существовании.

Мы не стали нарываться и объяснять прокуратуре, что передавать государственным органам жалобы, в которых просят проверить их же самих, запрещено. Однако когда прокурор Петербурга Сергей Литвиненко лично пришел в парламент, мы все-таки его спросили: «Сергей Иванович, а что с Салаевым? Вам направляли запрос по нему, он на работу не ходит». «Совсем не ходит?» — с ухмылкой уточнил силовик. — «Совсем». «Не ходит, — согласился он. — Его коллеги должны спросить с него».
P.S. Александр Салаев — герой наших публикаций о том, как на его избирательном участке работали карусельщики. Студенты, по 12–13 раз проголосовавшие за него, утверждали, что «работодатель» не заплатил. Парламентарий грозился подать на нас в суд, но до Фемиды так и не дошел.

Следственный комитет два раза отказался возбуждать уголовное дело по фактам возможных фальсификаций на декабрьских выборах со стороны Салаева. Хотя журналисты лично привезли следователям несколько полиэтиленовых пакетов документов. На вопрос «Новой», почему доследственная проверка закончилась ничем, нам ответили, что тот… не пришел на встречу со следователем.
Добрые у нас люди.