Ольга Волкова о хорьке фуро

Хорьком в наше время уже никого не удивишь. Это лет пятнадцать назад домашние хорьки были экзотикой, а теперь любителей этих зверей у нас просто тьма, так что о чем теперь говорить, какую еще Америку хорьководства мы можем открыть потрясенному человечеству?

А говорить мы будем о фуро — тоже вполне полновесном хорьке, только белом. В смысле альбиносе, то есть не просто белом, а лишенном цвета существе, которое хоть и выглядит белым (а иногда — чуть желтоватым), однако белым при этом не является: у белого хорька глазки были бы темными, а у фуро они красные. И еще фуро не страдает тугоухостью, в отличие от белого хорька, который, как это случается с белыми животными, порой рождается глухим.

Итак, фуро — это альбинос лесного черного хорька. В природе это чудо встречается нечасто, да и жизнь свободного альбиноса особо не балует: соплеменники такого не уважают, а добыча его, беленького, видит издалека и успевает принять меры по спасению. К тому же и зрение у фуро послабее, хотя хорьков вообще трудно назвать обладателями орлиных глаз, они берут обонянием и слухом,— словом, в диком лесу такому красавчику живется грустно. Зато в деле одомашнивания фуро давно обскакал своих окрашенных сородичей: именно альбиносы стали первыми прирученными человеком хорьками, которыми еще в Средневековье сильно увлекалась вся Европа. И, между прочим, на картине да Винчи "Дама с горностаем" никакого горностая нет и в помине — дама тискает именно фуро. Однако европейцы пестовали фуро отнюдь не для того, чтобы да Винчи было кого рисовать: хорьки помогали людям охотиться, например на кроликов, а хорьки белые были нужны для того, чтобы участвующие в мероприятии ловчие птицы не путали хорька ученого с хорьком диким.

Словом, фуро живут рядом с нами уже около тысячи лет, а может, и больше. Люди давно уже научились выводить альбиносов, начав умело прослеживать линии, генетически склонные к рождению фуро, еще в те времена, когда за одно слово "генетика" можно было и на костер угодить. Хотя чего там мудрить: и без всякой генетики понятно, что в результате брака двух фуро хоть какая-то часть малышей скорее всего окажется альбиносами! И этим вовсю пользуются, например, в Дании, где бесцветных хорьков просто обожают и ценят буквально на вес золота. Чего нельзя сказать о нас: по неким причинам загадочного русского характера у нас фуро до сих пор совершенно не популярны. Вернее, так: оценить фуро способен лишь тот, за чьими плечами накопился огромный опыт общения с хорьками вообще. А подавляющее большинство хорьковладельцев-новичков шарахается от альбиноса как сами знаете кто от ладана: красноглазый страшный мутант, больной, псих ненормальный, а ну его совсем! К счастью, сами фуро не в курсе насчет такого несправедливого к себе отношения, поэтому эти давным-давно одомашненные существа продолжают оставаться самыми, пожалуй, милыми, дружелюбными и умненькими из всех ручных хорьков.

Помимо особо милого нрава, есть у фуро и другое достоинство — его проще найти. А это существенно: все хорьки — большие затейники, и куда им придет в голову забраться, никто не может даже предположить. А поскольку для любого нормального хорька вообще все служит еще одним поводом для веселья, то и хозяйские призывы типа "немедленно иди сюда" он ни в коем случае не воспримет как руководство к действию. Ну а беленькому фуро спрятаться куда труднее, чем его более традиционно окрашенному и потому лучше маскирующемуся собрату.

Да, фуро — самый дружелюбный, покладистый и послушный (насколько это слово вообще применимо к этим зверям) вариант хорька. Однако он все равно хорек, то есть небольшое существо весом примерно в два (или еще меньше, если взвешивается дама) килограмма, умело прикидывающееся этакой славной крошкой. На самом же деле у славной крошки столько буйной энергии, что хватило бы на стадо слонов — и это должен учитывать каждый, кто собирается связать свою жизнь с этим маленьким хищником. Беленький и хорошенький фуро походит на ангелочка, по некому недосмотру оборудованного демоническими красными глазками,— хорьки вообще обаятельны до невозможности, и каждый, кто видит такую прелесть, немедленно хочет, чтоб и у него была точно такая же. Но вот только ему и в голову не может прийти, что эта кроткая малютка раз и навсегда (а точнее — лет на 10-12, примерно столько живут хорьки) изменит всю жизнь своего хозяина. И о таких глупостях, как тишина, покой и возлежание на диване отныне придется забыть.

Теоретически хорьки предпочитают ночной образ жизни. Однако, переехав в наши дома, они легко и непринужденно перенимают хозяйское расписание, потому что такая ерунда, как сон, никак не может отвратить хорька от желания все успеть, везде побывать и во всем поучаствовать. Все хорьки отличаются чрезвычайно активной жизненной позицией, и хоть фуро считается чуть более спокойным, это вовсе не значит, что он будет тихоней. О нет, один даже самый задумчивый фуро по части резвости легко обойдет десяток гиперактивных человеческих детишек. И пока хорек жив, он будет веселиться. Ну разве что на закате своих дней он будет чуть больше спать, но и на это я бы особо не рассчитывала.

Активные, любопытные, нахальные, неутомимые и смелые, хорьки сочли бы семейным позором, если бы упустили хоть что-то из происходящего вокруг них. Не жалея свой белоснежной шкурки, фуро самозабвенно инспектирует самые темные и пыльные закоулки вселенной (впрочем, при этом он ни в коем случае не пренебрегает исследованием закоулков чистых и светлых); он участвует в мытье полов, охотно катаясь на мокрой тряпке; он помогает вытирать пыль, смахивая незамеченное своим меховым тельцем. Он может и пылесосить — или, по крайне мере, ездить на пылесосе. А как он работает на компьютере, читает книжки, стирает! В общем, если жизненные обстоятельства складываются так, что вы не можете надзирать за резвящимся фуро, лучше отправьте его отдохнуть в его просторную клетку. Только предварительно хорошенько ее обыщите — не исключено, что именно в хорьковых запасниках вы найдете давно потерянные вами носки, кошельки, ключи и прочие нужные вещи: эти маленькие зверушки настоящие скопидомы, и они тащат и хитроумно прячут все, что плохо лежит.

Жаль, что сейчас уже трудно спросить у да Винчи или у его модели, как это им удалось договориться с фуро, чтобы тот смирно сидел и позировал — впрочем, может, они так и не договорились и условного горностая Леонардо писал по памяти. Вообще-то хорек не против посидеть у хозяйки на ручках — но только не дольше, чем одну десятимиллионную долю наносекунды, а на большее у него терпения обычно не хватает. Ему бы лучше побегать, причем все равно за кем-то или от кого-то, тут главное процесс, а не результат. Не с кем поиграть в догонялки — не беда, хорек вполне способен развлечь себя самостоятельно, особенно если хозяева снабдили его игрушками. Больше всего хорьки ценят игрушки пищащие, звенящие и вообще громкие, однако самой идеальной игрушкой для хорька все же является другой хорек. Нет хорька — сгодится собака (только не охотничья) или кошка; однако если тот, с кем фуро собрался активно дружить, отличается флегматичным характером, то буйный хорьковый темперамент быстро повергнет его в пучины отчаяния, ведь хорек просто так не отстанет — он будет приставать, наскакивать, выгибать спинку, прыгать мячиком, гукать, пыхтеть, распушаться... А вот в дом, где есть маленькие дети, хорька лучше не приводить: хорьки и так легко возбудимы, а уж в обществе ребенка, от которого один шум и беспокойство, они могут и вовсе взбудоражиться свыше всякого разумения.

Прелестный фуро, особенно поначалу, непременно начнет узнавать рамки дозволенного ему хулиганства. Ну, например, ему надо узнать, что будет, если он устроит сортир прямо посреди квартиры? Как ни печально, за такое надо наказывать — слегка шлепнуть газетой или хотя бы отругать: хорек совсем не глуп, он отлично понимает, что к чему, просто ему все интересно, в том числе и последствия его же безобразий.

Кормить фуро, как и прочих хорьков, можно мясом, курицей, кашей, кошачьим или специальным хорьковым кормом. Однако, если вы хотите сохранить белизну шкурки, исключите из диеты всякие красящие продукты типа борща (если предположить, что хорек будет есть борщ) или корма с водорослями. И подстилка у фуро должна быть всегда чистой, иначе от его белизны ничего не останется. А если вы решите помыть вашего фуро, постарайтесь прикупить специальный шампунь для зверей со светлой шерстью.

Холод хорькам не страшен, и даже зимой с ними вполне можно выходить на прогулку — только, конечно, на поводке, к чему они привыкают просто моментально. Но выгуливать их, как собаку, с целью удовлетворения сортирных надобностей, совершенно бессмысленно. Да и зачем? Они и дома с этим прекрасно управляются, знают свой туалет не хуже ученой кошки.

Что касается дрессировки, то фуро можно научить всяким штучкам типа прыжков через палочку, исполнения команд "умри", "лежать" и прочему в этом духе. Конечно, фуро знают свое имя и приходят на зов — если пожелают. А если у хорька случился приступ вредности, то он ни за что не послушается, а затаится где-нибудь под диваном, и только предательский белый хвостик выдаст его местонахождение. А потом вредность вдруг сменится пароксизмом любви к людям и хорек примчится к хозяевам, радостно гукая и желая немедленного и самого тесного общения. Словом, тот, кто не боится красных глаз и готов подружиться с хорьком-альбиносом, может обращаться в питомник по адресу www.ferretclub.ru — там иногда на свет появляются фуро, пока такие редкие в наших краях хорьки-альбиносы.

Вождь красноглазых