УПЦ МП и РПЦ

Как-то лет 6 назад мой знакомый священник Украинской православной церкви Московского патриархата о. Андрей Дудченко выложил в своем ЖЖ трогательное фото — Киев, осень, тихая улица возле Печерской лавры, по которой идет старичок в монашеской одежде, а в нескольких шагах от него — два священника. Старичок на фото оказался блаженнейшим митрополитом Владимиром — главой УПЦ МП, идущим откуда-то на вечернее богослужение. Мне после Москвы показалось это каким-то волшебством — я уже тогда видел лимузины патриарха и сотрудников Федеральной службы охраны в университетском храме, которые обследовали храм накануне приезда Алексия II.

Тогда же я вспомнил известнейшее фото сербского патриарха Павла, идущего по улице в толпе.

Истории про мерседесы, часы и квартиры РПЦ всем надоели, да и сравнивать РПЦ и УПЦ МП, которая является самоуправляемой частью РПЦ, только по признакам внешнего поведения и богатства ее иерархов было бы слишком поверхностно. Смысл куда глубже, и он в глобальном различии между Россией и Украиной. Скажем, история с Pussy Riot стала известна, и участницы группы получили наказание благодаря РПЦ, а история с Femen (если кто не в курсе — участницы группы вылезли на колокольню древнейшего храма Святой Софии и в обнаженном виде протестовали там против закона о запрете абортов) так и осталась локальным киевским событием, и наказание они не получили благодаря УПЦ МП, в которой тогда заявили, что "будут относиться к происшедшему с христианским смирением".

И так во всем — это не Украина младший брат великой империи, а Россия — архаичная дикая страна по сравнению с Украиной, посильно идущей в сторону Европы.

Если тезисно, то в Украине была "оранжевая революция", благодаря которой выросло целое поколение, которое никакая Партия регионов не заставит думать по-своему, а в России — "болотная площадь", бесцельные массовые карнавальные гулянья, которые если к чему и привели, так это к арестам ее активистов и лишению депутатского мандата депутата Гудкова — человека и без того сомнительно смотревшегося в оппозиционной среде. В Украине умнейший и хитрейший президент Кучма смог усидеть в кресле лишь два срока и то — во время второго его правление сопровождалось такими скандалами и такими выступлениями оппозиции, что в 2004 он уже не мог не уйти из власти и благополучно сгинул из украинской политики, в то время как в России фактически установлено самодержавие и престолонаследие.

Естественно, что в такой стране такая и церковь — не бюрократический, авторитарный аппарат РПЦ, который мгновенно выдавливает из себя любое инакомыслие, а собрание братьев во Христе с абсолютно разными политическими взглядами. И когда Ужгородский архимандрит, ректор духовной академии УПЦ МП служит панихиду по Степану Бандере и Роману Шухевичу — отцам-основателям украинского национализма, никого не удивляет, что он священнослужитель той церкви, в которую ходит президент, ненавидящий и Бандеру, и Шухевича. Когда Черкасский митрополит УПЦ МП говорит, что решение о предании анафеме гетмана Мазепы, наложенной РПЦ, было несправедливым, и предлагает его отменить, никому не приходит в голову митрополита наказывать именно потому, что для УПЦ МП Бандера, Шухевич и Мазепа — это одно, а служение Христовой истине — совсем другое.

В России же РПЦ готова поддержать любой начинание — хоть безумный культ "великой победы", хоть критику оппозиции, что угодно, потому что политика там на первом месте.

Как-то давно я уже сравнивал две церкви в другой статье и приводил пример митрополитов Владимира и Павла, на что получил ответ ярого апологета РПЦ, сотрудника Института стран СНГ Кирилла Фролова, который ответил мне, что "сербский патриарх Павел в жизни был, безусловно, свят, но в политике не разбирался". Видимо, сравнивая УПЦ МП и РПЦ, можно сказать то же самое: кто-то выбрал святость, смирение и спасение, а кто-то — политику и дух мира сего. Что ближе Спасителю, думаю, всем ясно.