Алексей Тарханов, «Коммерсантъ», о стразах, «женском» дизайне и мужской хитрости.

Мне говорят, что идея типично женского дизайна так же уязвима, как идея типично женской литературы или живописи. «Коль скоро дизайн — искусство, — уверяют одни, — а так оно и есть, в нем нет и не может быть принципиальных различий между М и Ж». «Ну а как же розовые цвета, перья и стразы? — ехидно спрашивают другие. — Откуда берутся белые и черные айфоны или ноутбуки с узорами в крокодиловой коже»? И даже зачитывают мне рекламу папки для ежедневника: «Дополнена в мужском варианте шариковой ручкой для записей, в женском — разноцветными кристалликами для красоты».

Я согласен и с теми и с другими. В конечном итоге дизайн един, но все эти мелкие ухищрения (цвет, мишура, разноцветные кристаллики для красоты) тоже очень важны. Они рассчитаны на то, чтобы женщины не покушались на те предметы с шариковой ручкой, которые мы, мужчины, предназначаем для себя. Потому что тенденции тревожны. У нас отбирают все самое лучшее, ничего не давая взамен.

Например, автомобили. Никто не скажет, что мой любимый автомобильчик Моrris Mini был когда-то сделан специально для женщин. Он строился мужчиной и буквально по собственной мерке — легенда гласит, что Александр Иссигонис начал с того, что поставил в гостиной два стула и стал придумывать, как присоединить к ним мотор и багажник. Теперь, когда под славным британским именем прячутся немцы, MINI Cooper пользуется славой машины, подходящей прежде всего для девушки, хотя вырос с тех пор едва ли не в два раза. Нам же, грубым и примитивным созданиям, предложено ездить на огромных внедорожниках. Попробуй только сесть за руль маленькой машинки — да над тобой смеяться будет все Симферопольское шоссе.

Так же обстоит дело с женскими часами. Раньше рецепт был понятен. Поскольку с каждым годом мужские часы увеличивались в размере, модели, которые носили 20 лет назад, стали слишком маленькими для наших волосатых рук. Ну так давайте отдадим их женщинам! Побольше золота, побольше камней, цветные ремешки — возьмут как миленькие. Женщин почему-то считали не более разборчивыми, чем сороки, падкими на все блестящее. Ну и что же мы видим все последние часовые сезоны? Женщины стали яростно покупать те крупные и сложные механические часы, которые мы пытались приберечь для себя.

Женщины научились курить — и не просто сигареты, что уже вполне банально, и еще не трубки, как старая лапландка из «Снежной королевы», а большие американские сигары. Они считают, что это забавно, сексуально и заодно избавляет их от необходимости вдыхать дым. Что же нам делать в ответ на это? Взяться за тоненькие сигаретки «Вог»? Невозможно, люди не поймут.

Я видел набор французских открыток конца ХIХ века, где женщины были изображены в мужской форме. Видимо, это казалось само по себе совершенно уморительным. Образы женщины-генерала, или женщины-пожарного, или женщины-адвоката были поданы в духе ролевых нарядов из секс-шопа. Интересно, что бы сказал издатель этих открыток, если бы он дожил до наших дней, постоял рядом со мной на параде 14 июля в Париже и рассмотрел бы женские мундиры в цветах полков, марширующих по Елисейским Полям. Какая уж тут игра, все по-настоящему. Более того, женщины в парадной французской военной форме (в которой заметны, на взгляд иностранца, некоторые элементы маскарада) выглядят куда органичнее мужчин.

Женщин не обманешь — и все чаще они покушаются на вещи, которые нам дороги, которые мы, мужчины, хотели бы сохранить для себя. Чтобы этого избежать, мы воспитываем наших дочерей в духе Hello Kitty, а на место Мальвины, девочки с голубыми волосами, назначили им Барби, крашеную блондинку. Ясно, что станут делать девушки, воспитанные в этих рамках, — бросаться на все блондинистое, золотое-бриллиантовое, сверкающее и розовое. Так человек, взращенный на фастфуде, никогда не вернется к человеческой кухне. И все это мы украшаем словами о том, что у женщины должно быть право на свой особенный, женский вкус и специальный женский дизайн. Потому что ответить нам нечем. Даже мужские юбки не спасут, все-таки всюду, кроме гордой Шотландии, они остаются скорее исключением.

Жизнь в розовом цвете