Русские мусульмане в Дагестане: свои среди чужих, чужие среди своих

Фото: Участницу "Фабрики звезд" Машу Алалыкину, принявшую ислам, имамы мечетей в Дагестане часто ставят в пример другим девушкам.

Русские, принявшие ислам, в Дагестане подвергаются гонениям со стороны силовиков и спецслужб, утверждают местные правозащитники. В муфтияте региона и в МВД говорят, что тех, кто исповедует правильный ислам, никто не преследует.

"Я не ваххабитка"

Аминат Абдуллаева, урожденная Наталья Матвеева, переехала из Краснодара в Дагестан из религиозных побуждений. Дома и среди друзей мало кто понимал и принимал ее выбор, говорит девушка.

На встречу с корреспондентом PublicPost девушка пришла вместе со своей новой подружкой — мусульманке нельзя находиться наедине с мужчинами, кроме близких родственников. Аминат 27 лет, а из кубанской столицы она уехала, когда ей было 25. Оказывается, главной причиной того, что она перешла в другую религию, была любовь.

В ночном клубе она познакомилась с чеченцем по имени Адам, рассказывает свою историю Аминат: "Адам туда пришел с друзьями. Он сам был тихий, не танцевал, хотя я его сама несколько раз приглашала. Мы обменялись номерами, а потом стали видеться все чаще. Он говорил, что любит меня и что на мне женится, но я должна была принять ислам. Честно скажу, я в него влюбилась сильно и была согласна даже душу продать дьяволу. Я научилась делать намаз, одевалась намного скромнее, платок надевала. Чтобы еще больше угодить Адаму, я стала читать исламские книги. Потихоньку я стала понимать, что ислам — это справедливая и правильная религия. Я благодарила Аллаха, что он меня привел к религии. Адам все равно на мне не женился, сказал, что родители против брака с русской. Я поплакала-поплакала, но потом успокоилась. Подружки начали радоваться за меня, говорили, что наконец-то я снова стану нормальной прежней Натахой. Но я еще больше ушла в религию. Родители называли меня террористкой, шахидкой. Брат издевался, говорил обидные слова. Отец один раз сильно избил, когда напился. Вообще, они меня за человека не признавали, когда я им говорила, что пить плохо, или другие замечания делала. Подружек я тоже растеряла.

Я решила уехать из Краснодара в Дагестан. Почему именно сюда? Ну, я с Асият и другими местными девочками через "Одноклассники" общалась. Они меня сюда и позвали, сказали, что помогут. Помогли мне они, нашли работу. Я тут снимаю небольшую квартиру, работаю в пекарне. Ходила недавно к имаму мечети, чтобы помог мне найти мужа. Он нашел пару кандидатов, но у них уже были жены. Второй или третьей женой быть не хочу, хотя, по исламу, не выходить замуж по такой причине грешно".

Такого, чтобы ее именно преследовали, не было, говорит Аминат: "Когда я сюда приехала, спустя три-четыре месяца мной заинтересовалась полиция. Два раза приходил участковый, расспрашивал меня обо всем. Один раз меня в отдел вызывали. Но все вопросы они задавали культурно, мирно. Понимаю, почему они так делали. Тут русских девушек, которые приняли ислам, как я слышала, заносят автоматически в "черные списки". Ну, это списки, куда неблагонадежных включают. Потом изучают каждую девушку: куда она ходит, с кем общается, чем занимается. Меня в этом списке нет уже, как мне сказал имам. Потому что я не ваххабитка и отношусь к нормальной мечети".

Нормальная мечеть, по словам Аминат, подчиняется Духовному управлению мусульман республики.

В глазах читались страх и ненависть

Любая мусульманская мечеть — нормальная, не согласна с Аминат другая русская, принявшая ислам, Мадина Исаева. В паспорте ее имя значится как Марина Капустина. Она переехала в Дагестан из Ставрополья в начале февраля. Говорит, что сбежала от родителей, которых "редко трезвыми увидишь".

По ее словам, в ислам она пришла сама: "Я через интернет читала много об исламе, познакомилась через соцсети с мусульманами из Дагестана, Ингушетии. Мне 20 лет, и я вообще самостоятельная девушка. С мамой мы работали на продуктовом рынке в Пятигорске. Родители сильно запили, и с 14 лет я сама торговала. Я втайне от родителей копила деньги. Они мне понадобились потом, когда я в Махачкале обустраивалась. А переехала я сюда, когда меня вконец достали взгляды людей, смотрящих мне вслед. Такие осуждающие взгляды, а еще в глазах читалась ненависть. И страх тоже. Все потому, что я в хиджабе ходила. На рынке ко мне стали и полицейские подходить, два-три раза забирали в отделение. Оказывается, на меня жалобы писали, что я террористка. Ну, я переехала в Дагестан, нашла тут место на рынке. Завела подружек таких же, как и я. Но и тут меня полиция стала преследовать. Подруги объяснили мне, что полиции я интересна, т. к. в черном хиджабе хожу, еще дружу больше с ними, чьи родственники ходят в салафитские мечети. Ну, это мечети, которые люди называют ваххабитскими. У меня вообще ощущение, что те, кого называют ваххабитами, и те, которых называют традиционными мусульманами, нашли бы давно общий язык, если бы не силовики. Они и усугубляют недопонимание между мусульманами. Салафиты также живут по российским законам, как и другие мусульмане. Но почему-то их выставляют террористами. Это как у нас, русских, говорится — разделяй и властвуй".

В съемной квартире, где она живет, дважды был обыск, говорит Мадина: "Оба раза приходили поздно ночью. Перевернули в квартире все. Я от них требую ордера на обыск, представиться, наконец, как зовут, показать удостоверения. Слава богу, что со мной две девочки были оба раза. А то, боюсь, что мне могли что-нибудь подкинуть. Я в райотдел писала заявления на незаконные обыски, мне говорят, что они ничего не знают об обысках. Вообще не приняли заявления. Я сменила уже квартиру, но боюсь, они меня и на новом месте найдут. Но я теперь номера журналистов и правозащитников держу в телефоне и буду сразу шум поднимать, если снова ко мне придут полицейские".

Преследуют тех, кто не с теми связался

В республике с каждым годом увеличивается количество русских, принимающих ислам, заверил PublicPost представитель Духовного управления мусульман Дагестана Магомедрасул Омаров: "Статистики как таковой мы не вывели, но сами имамы мечетей говорят, что реально увеличилось количество приходящих принимать ислам. Если, например, в позапрошлом году один человек в неделю приходил, то в прошлом году каждый день минимум один человек был. Девушек приходит больше, чем парней. Считается, что девушки принимают ислам, т. к. этого от них женихи или мужья требуют. Не сказал бы, что это всегда так. Просто русские девушки, наверное, более активные, более любознательные, чем парни. Но и ребята тоже приходят. Большинство из принимающих ислам, как я могу судить со слов имамов, наши, дагестанские русские. Большая доля из принимающих ислам русских, приезжие тоже".

Если говорить о преследованиях новообращенных русских мусульман, то полиция интересуется таковыми, смотря, где они принимали ислам, сказал PublicPost Омаров: "Я бы не стал говорить, что именно русские мусульмане интересны органам. Им интересны все те, которые могут быть связаны не с теми людьми. Да, в Дагестане теракты совершали русские, принявшие ислам. Но крупные теракты ведь совершали наши же дагестанцы. И полиция, наверное, интересуется русскими мусульманами, оглядываясь на то, к какому имаму или к каким людям обращался желающий принять ислам".

Похитили и пытали, чтобы отговорить от ислама

Русских мусульман полиция часто преследует из-за заявлений их родителей, рассказала PublicPost юрист правозащитного центра "Мемориал" Елена Денисенко: "Если говорить конкретными примерами, то можно вспомнить мытарства новообращенного Сергея Евлоева. Парень принял ислам, а его мать была против. Она попросила то ли участкового, то ли знакомого полицейского поговорить с сыном, отговорить его от мусульманства. Конечно, мать не ожидала, что ее сына будут похищать и пытать. Евлоева несколько раз похищали. И, как он сам рассказывал, к этому причастны силовики. От него требовали сознаться в связях с боевиками. В итоге в отношении Евлоева было возбуждено уголовное дело по трем статьям — там и организация незаконного вооруженного формирования, и бандитизм, и незаконное хранение оружия. На суде парень рассказывал, как его оперативники вывозили в лес, одевали в камуфлированную форму, фотографировали. Эти фотографии на суде были представлены как доказательства вины Евлоева. Но в итоге суд оправдал парня".

По словам Денисенко, множество конфликтов возникает с родителями у принявших ислам, т. к. первые не одобряют, что их дети совершают намаз, начинают одеваться согласно исламским нормам.

Руководитель организации "Правозащита" Гульнара Рустамова рассказала PublicPost, что мусульмане-русские часто обращаются к ней за помощью: "Знаете, вообще-то у меня много заявлений от мусульман о том, что их притесняют из-за религиозных взглядов. Жалуются не только русские. В Дагестане ведь признается так называемый традиционный ислам, т. е. тот, который пропагандируется духовным управлением. Отклонений они не приемлют. А русских, принявших ислам, преследуют особенно активно. Могут в любое время приходить к тебе домой, без объяснений причин устроить обыски, забирают в полицейские райотделы. Там их спрашивают, зачем они сюда приехали, кто их в религию приводил, почему они так одеваются, за какой надобностью имя сменили. Казалось бы, один раз допросили, но нет, допрашивают по нескольку раз, задают одни и те же вопросы. И таких преследований принявших ислам становится много. А на заявления правозащитников власти не реагируют никак".

Чтобы смертниц-русских не было

По словам начальника пресс-службы дагестанского МВД Вячеслава Гасанова, мусульман в республике никто не преследует: "Это чушь, что русских мусульман и мусульман вообще притесняют. Они могут попадать в поле зрения полиции только в том случае, если есть подозрения в их причастности к тем или иным правонарушениям. Впрочем, как и любые граждане. Отдельно именно русскими, которые приняли ислам, не занимаются в МВД. У этих людей на лбу, что ли, написано, что они русские? Когда они переезжают в Дагестан, их не регистрируют ведь, чтобы говорить о том, что сразу после приезда к ним в дверь полицейские стучатся. И эти разговоры о якобы существующих "черных списках" русских мусульман тоже чепуха. Подобных списков нет. Я опять подчеркну, что люди попадают в поле зрения полиции, только если есть подозрения в их причастности к чему-либо. Конечно, когда русские мусульмане вызывают подозрения, то в протоколах указывается, что они переехали в Дагестан, что сменили веру".

Источник в дагестанском Управлении по борьбе с экстремизмом рассказал PublicPost, что за русскими мусульманами волей-неволей приходится приглядывать: "В последние два-три года русских, принимающих ислам, становится больше. Под русскими мы понимаем также и украинцев и белорусов, которые тоже приезжают в республику и живут тут. Бывает так, что они часто ввязываются в радикальные течения. Знакомятся с людьми, которые их могут втянуть в разные истории. Есть также и боязнь, что русских девушек могут обрабатывать для совершения терактов в качестве смертниц. Может, кому-то внимание к мусульманам-русским кажется чрезмерным, но это вынужденная мера".