Если вы хотите помочь ребенку из детского дома, но не можете стать его родителем, попробуйте стать старшим братом или сестрой — водить на футбол, рисование или в планетарий. Или убедить всех вокруг, что он способен на большее, хотя никто в это не верит. PublicPost поговорил с волонтерами из американской программы "Старшие братья, старшие сестры", которая работает в России и не имеет аналогов.
Илона, представитель организации "Старшие братья, старшие сестры":
Программа началась в России в 2003 году, она сначала развивалась в регионах, в Йошкар-Оле, в Перми, потом уже в Москве, активно, с 2007 года. В США появилась больше ста лет назад и существует уже в 13 странах мира, даже в Новой Зеландии и Австралии. Но главный офис в Америке. Мы не подразделение, с ними мало связаны, ни финансированием, ничем. Просто работаем по их единым стандартам. Иногда приезжают и проверяют. Сейчас у нас в Москве уже 162 пары волонтер — ребенок, и программа продолжает расти. Когда человек приходит, он проходит определенную процедуру отбора, тренинг. Потом уже знакомство с ребенком, с учетом пожеланий, связанных с возрастом, увлечениями. Волонтеры — это обычно люди от 25-30 лет, как правило, девушки. Наверное, потому что дети привлекают женщин больше. Эти девушки профессионалы, пока без семьи. Первый месяц встречаются внутри интерната, чтобы администрация посмотрела, что все нормально, чтобы мы убедились тоже, что им можно выходить, гулять. Конечно, в соответствии с графиком интерната. Опекуном ребенка все равно является интернат, но я не думаю, что волонтер несет ответственность, если с ребенком что-то случится. Был один случай, когда волонтеры удочерили девочку, несколько лет назад. Но у программы другая суть, она позиционируется как программа дружбы, наставничества. Волонтеры действительно помогают. Недавно был случай, одна девочка, ей скоро будет 18 лет, она мечтает стать ветеринаром. В интернате ей не давали пойти на курсы, чтобы подготовиться к институту. Считали, что она недостаточно хорошо учится для этого, и лучше бы пойти в училище. Волонтеры добились того, чтобы девочке разрешили ходить на курсы, теперь она готовится поступать. В программу в основном приходят те, кто настроен на это, а не на усыновление. В 25 лет обычно еще нет семьи, но они готовы что-то отдать. Хотя говорят, что в будущем хотели бы усыновить.
Алла, 28 лет и Леша, 14 лет
Алла:
"Я помогала благотворительному фонду "София" и ходила в Дом матери и ребенка, там занималась с детьми, гуляла. Они были совсем маленькие, их надо было носить на руках. Ходила-ходила, и сдружилась с руководителем фонда. Сказала, что хотела бы заниматься с детьми постарше, чтобы можно было с ними общаться, больше участвовать в жизни и ребенка. И она рассказала мне об этой программе. Это было 6 лет назад. Я пришла, прошла собеседование. Тогда у них даже офиса не было, и собеседование проходило на Тверском бульваре. Расспрашивали про мою жизнь, семью, интересы. После этого я ходила на тренинги, приносила справки из милиции, что у меня нет судимости, что я не лечилась у психиатра.
Потом меня начали знакомить с детьми. Тогда в программе участвовал только один детский дом, школа-интернат №8. Приводили старшие волонтеры, детей собирали в игровой комнате, а мы просто приходили и начинали с ними играть. Мне хотелось понять, кому я смогу дальше помочь. На вторую встречу случилась такая история — смотрю, мальчик складывает Lego. Это был Леша, ему было 8 лет. Я подошла, говорю: "Прикольно, вот это человечки, они будут жить в домике". А он бросил конструктор, зло посмотрел на меня и сказал, что в домике будут жить бомжи. У меня был шок, и я подумала, что я хочу рассказать этому ребенку, что в домиках живут семьи, а не бомжи, что все по-другому устроено. Я не знаю, что я тогда в его душе затронула. Потом, через несколько лет, мы тоже складывали Lego, я осторожно спросила, для кого он строит дом, и он сказал, что для семьи.
Когда я познакомилась с мужем, ему очень понравилось, что я занимаюсь социальными программами. Он даже как-то съездил со мной на встречу, посмотрел, как я общаюсь. Леша с мужем могут посидеть, какие-то темы пообсуждать. Я потом спрашиваю, а он говорит, что это секрет. Мы встречаемся каждые выходные. Летом ребята уезжают, и на зимние каникулы мы тоже не видимся. Иногда у меня бывают загруженные выходные. Каждый раз, когда он уезжает, он привозит мне сувениры. Я не знаю, что я ему даю. Но он мне дает очень много. Он золотой человек, у него нет никакой агрессии. Мне воспитательница рассказывала, что был один конфликт, он поднял голос, но это был единичный случай".
Леша:
"Я подумал, что это человек, который мне сможет помочь в чем-то. Начали постепенно дружить, разговаривать, ездить на всякие праздники. Я занимаюсь в вечерней школе, плюс секция на Воробьевых горах. Я занимаюсь футболом, болею за ЦСКА. Для меня самый лучший игрок — Игорь Акинфеев. Мне предложили с ним встретиться в конце марта — апреле, но я у него уже автограф два раза брал. Но с Аллой мы о футболе не говорим, только с физкультурником в школе. А с Аллой я узнаю город, метро знаю, уже практически самостоятельно все. Узнаю много нового. Успехи начали появляться, я уверенней себя чувствую, знаю, что мне помогут".
Вика, 27 лет и Максим, 13 лет
Вика:
"С Максимом мы познакомились благодаря Алле. А с ней я познакомилась на сдаче крови в Российской детской клинической больнице. Сдружились, одно время ходили вместе сдавать, Алла рассказала про программу. Я полгода где-то собиралась с мыслями, и созрела. Меня почти сразу познакомили с Максимом, и вот мы дружим, с 2009 года. Нельзя не помогать таким детям, они очень интересные, они достойны того, чтобы развиваться. Мы с Максимом учимся рисовать, одно занятие провели, рисовали мячики. Мне кажется, у него есть художественный вкус, хочу, чтобы он в этом направлении развивался. Мы познакомились на празднике, который устраивают "Большие братья" и для сложившихся пар, и для взрослых, которые ищут детей, и детей, которые ищут взрослых. Меня спросили потом, понравился ли мне Максим, и я сказала, что да. Его тоже спросили, и у нас совпало. Я думала про усыновление, но жила с родителями, у меня не было своей базы. Решила делать хоть что-то".
Максим:
"Когда увидел Вику, решил, что она хорошая, добрая, что с ней можно нормально заниматься. Мне было где-то 11, сейчас мне 13. Это был день рождения Вадима Анатольевича, директора. Вика подарила мне альбом, и мы с ней начали рисовать открытку. Сделали и пошли дарить, и ему понравилось. Мы встречаемся где-то два-три раза в месяц. Она помогает мне лучше рисовать, для выставки поделки делать. Вика мне друг".
Юля, 28 лет и Ксюша, 12 лет
Юля:
"Я не из Москвы, с Урала, и долго не понимала, смогу ли я участвовать в программе. Останусь ли я в Москве, или куда-то уеду. Ты ведь берешь на себя ответственность за человека. И в какой-то момент все просто сложилось, и тогда я позвонила в фонд. Я их знала по своей работе, где занималась корпоративным волонтерством — координировала такие программы в IBM. Потом ушла из IBM, начала искать творческие возможности, мне было интересно заниматься кулинарией. И полтора года назад мы познакомились с Ксюшей. С первых дней было понятно, что мы нашли общий язык. Программа создает все необходимые условия — обучение, тренинги, спрашивают, какие ожидания, возможности, какого ребенка бы хотелось. Они подбирают пары по различным характеристикам, темпераменту, делают тесты. Это упрощает задачу, хороший подход. Очень многие пары даже визуально похожи друг на друга. Ксюша очень социализированный, активный человек. Сразу засыпала меня вопросами. Мы говорили об увлечениях, хобби, любимых вещах. Ксюша учила меня плести из бисера. Я прислушивалась первые месяцы к ней, что она хочет. Особенность этих первых месяцев в том, что нужно проводить время в интернате, тебя не выпускают. Я привозила валяние, еще какие-то штуки, делали коллаж наших целей на год, вырезали из журналов. Учим английский язык, сейчас будем писать открытку другу в Голландию. Еще Ксюша занимается цирком. Полноценно мы проводим один день в неделю, и этого очень мало".
Ксюша:
"Мы были в Парке Горького, ходили на прогулки, выставку 5D, шоу Вячеслава Полунина. Юля для меня как родная сестра".