Причиной пожара в ГИТИСе могло стать замыкание электропроводки, сообщил начальник службы пожаротушения ГУ МЧС по Москве Сергей Гедин. Художник, профессор ГИТИСа Дмитрий Крымов обсудил ситуацию с ведущим Алексеем Корнеевым.

Кровля здания загорелась в ночь на пятницу. На тушение пожара ушло около трех часов, площадь возгорания составила 500 кв. м. Пострадавших в результате происшествия нет.

— Вы были на месте событий вчера?

— Да.

— Насколько быстро приехали пожарные? Потому что обсуждается этот вопрос, там же пожарная часть, я тоже в прошлом студент ГИТИСа, буквально в нескольких сот метров, да?

— Десятков даже.

— Так как действовали пожарные?

— Вы знаете, я не хочу ничего говорить про пожарных плохого и не могу, не имею никакого права. Но я вчера на пожаре не видел ни одного бегущего человека. Вообще-то, пожар — это когда все торопятся и что-то делают, как я понимаю, и так все понимают. Спросите на улице любого человека, пожар — это ЧП, когда все несут какие-то ведра, тушат. Может быть, у них есть или был какой-то план потрясающий, который снаружи не виден, а виден только изнутри большим специалистам. Но вообще никто не торопился. Студенты кричали, когда стояли на другой улице: что же вы не тушите? Тушите! Почему не тушат?

Лестницу поставили, никто не лезет. Наверное, это все очень умные люди и опытные, дай бог им здоровья и чтобы они приезжали вовремя и делали свое дело, со стороны это было несколько нелепо и страшно.

— Насколько вообще убедительна версия по поводу проводки? Режиссерский факультет, который располагается на третьем этаже и теперь, в общем-то, уничтожен, был, наверное, самым отремонтированным.

— Он не уничтожен. Мне звонил Каменькович, который сейчас там ходит, он мне рассказывал, что там сейчас. Он говорит: "Не дай бог, сейчас объявят, что нужно ремонтировать". Сейчас, по моему мнению, субботник провести и можно заниматься, то есть крышу починить. Вообще, не дай бог, сейчас объявят капитальный ремонт, и все. Знаете, как у нас делают? Танками пройдут по клубнике, типа вспахать. И все грохнется. И потом студенты будут ездить куда-то на окраину города, в какое-то неуютное помещение. В общем, институт могут "убить" после этого пожара.

— Говорят, что недавно возили для чего-то преподавателей на улицу Гарибальди.

— Все в ужасе. Я не был там и не буду туда приезжать. Просто не буду, у меня нет времени туда обратно полдня мотаться, это чушь собачья там построить ГИТИС. А на счет проводки я вам могу сказать тоже. Проводка или не проводка, но я вижу драконовские меры Карины Львовны, ректора ГИТИСа, по поводу "не курить". У нас все добиваются, чтобы не курили. Но у нас такое государство, что, знаете, учат мыть всех руки перед едой. И вот всех построили и, наконец, научили, что никто не курит. Но надо и проводку тоже делать, если это проводка.

У меня какие-то другие ощущения, что это не проводка. Но я не очень имею права на этот счет рассуждать, это просто опыт. Вам объяснять нужно, что происходит? Пожар в четверг в 11 часов ночи, с крыши, ленивые пожарники. Только что дали здание на Гарибальди.

— Слишком много совпадений, да? А что говорят сейчас в том числе хозяйственные какие-то части ГИТИСа?

— Я не разговаривал с ними, они ходят сейчас по колено в воде и смотрят степень ущерба, только сейчас. Какие-то прогнозы говорят о том, когда, может быть, там возобновятся какие-то учебные занятия. Каменькович мне сказал только что спокойно по телефону, он вообще гениальный человек, надо продолжать заниматься, скажи своим, чтобы продолжали заниматься. Мы сейчас переводимся в мастерскую Фоменко, наш грандиозный директор Андрей Воробьев согласился. Как-то протянем время, пока выяснится с ГИТИСом, только чтобы только все не разбегалось, не расходилось, не отдыхалось, чтобы с сегодняшнего дня продолжались занятия. А что там, это же огромный факультет — наш курс только один из пяти, шести или семи, что там будет в этом большом масштабе, я не могу сказать.

"Институт могут "убить" после этого пожара"