Псковский омбудсмен: Максим Кузьмин действительно был в "транзитной семье" до переезда в США

Псковский омбудсмен Дмитрий Шахов по поручению Павла Астахова продолжил заниматься расследованием дела об усыновлении Максима Кузьмина, погибшего несколько месяцев назад. Некоторые подробности, рассказанные американской семьей Шатто, усыновившей Максима, подтвердились - мальчик действительно прежде чем поехать в США находился в "транзитной семье". Также омбудсмен сообщил, что были нарушены нормы оформления документов об усыновлении, передает РБК Daily.

В какой именно российской семье две недели находился Максим Кузьмин, пока не известно. Однако часть слов Лоры Шатто, приемной матери братьев Кузьминых, все же подтвердилась. Она ранее утверждала, что после усыновления мальчик вместе с новыми родителями какое-то время находился под наблюдением в российской семье, где, по ее словам, подвергся сексуальному насилию.

Шахов пояснил, что проверка по факту возможного сексуального домогательства уже начата. Кроме того, псковский омбудсмен рассказал о нарушениях, которые были допущены при усыновлении братьев Кузьминых. Прежде всего, это касается отказов от опеки. От дяди Кузьмина органы опеки получили заявление об отказе раньше того, как был начат процесс лишения родительских прав над биологической матерью Юлией Кузьминой, сообщает РИА "Новости".

Также официальный отказ дедушки появился только в сентябре 2012 года, когда уже шел завершающий этап передачи детей в семью граждан США. В дополнение ко всему, по словам Шахова, биологический отец Максима Кузьмина вообще не давал согласия на усыновление. Правда, он сейчас отбывает наказание в колонии. Но, по словам заключенного отца, он не смог оформить законный брак с Юлией Кузьминой, поскольку был осужден за преступление. Как сообщил Шахов, у братьев Кузьминых разные отцы. Пока о родном папе Кирилла, брата погибшего Максима, уполномоченному по правам ребенка ничего не известно.

Поэтому "Юлия не вписала его в свидетельство о рождении сына, а позже без его согласия ребенка отдали на усыновление", - рассказал псковский детский омбудсмен. В конечном итоге, по информации Шахова, процедурой усыновления занимался не представитель международного агентства по усыновлению, а частный посредник. А Кирилла Кузьмина, органы опеки забрали еще до того, как решение суда о лишении прав его матери вступило в законную силу. Также соцслужбы не предоставили в суд полную информацию о биологических родственниках мальчиков.

В связи с многочисленными нарушениями норм усыновления СК возбудил уголовное дело о халатности при оформлении документов по усыновлению братьев Кузьминых.

Напомним, что Лора Шатто рассказывала, что стала свидетельницей того, как женщина из "временной семьи", в которой супруги Шатто вместе с усыновленными братьями Максимом и Кириллом жили две недели до отъезда в США, прикасалась к гениталиям старшего мальчика. По словам Лоры Шатто, женщина, чье имя не называется, держала в руке его пенис и мастурбировала.

Насчет обнаруженных травм у Максима раннее сделал заявление врач Детского медицинского центра Кука Брюс Эккел, несколько раз осматривавший ребенка. "При первом осмотре у усыновленного были обнаружены несколько синяков и царапин. Во время второго осмотра было отмечено ухудшение состояния, синяки и царапины были зафиксированы по всему телу, а в левом глазу был кровоподтек", - рассказал он.

Брюс Эккел также указывал на наличие у Максима психических отклонений и признал, что выписал его приемным родителям рецепт на приобретение препарата, применяемого при лечении шизофрении, который супруги решили перестать давать Максимы из-за возникших побочных эффектов.

Максим Кузьмин умер 21 января 2013 года. Причиной стал несчастный случай - "разрыв брыжейки тонкой кишки" из-за вероятного удара тупым предметом, который ребенок нанес себе сам. Что касается медицинских препаратов, якобы обнаруженных в крови мальчика, их следов не было найдено медиками.

Власти Техаса 1 марта объявили на основании медэкспертизы, что смерть Максима не связана с насилием и что они не будут предъявлять обвинения приемным родителям семье Лоры и Алана Шатто. Ранее уполномоченный по правам ребенка при президенте РФ Павел Астахов заявлял, что приемная мать кормила малыша психотропными препаратами, а перед смертью он был сильно избит. Ничего из этого не подтвердилось.