Оригинал материала
Icons как мост от современного искусства к православию
В Петербурге в арт-центре «Ткачи» открылась выставка Icons, организованная галеристом Маратом Гельманом. Icons открылась в Петербурге со второй попытки. Первая, несостоявшаяся, была в ноябре, но тогда «ревнители православия» собрали 3000 подписей против Гельмана и устроили стояние у Александро-Невской лавры, так что руководство лофта «Rizzordi Art Foundation», где должна была открыться выставка, отказалось от нее из-за «неблагоприятной обстановки».
«Ревнители православия» не дремали и в этот раз – активисты организаций «Народный собор», «Профсоюз граждан России», регионального отделения партии «Родина» писали обращение с просьбой не допустить выставки Марата Гельмана, которого они считают деятелем псевдокультуры и организатором множества вредных и богохульных акций и даже вдохновителем танца Pussy Riot в храме Христа Спасителя. Тем не менее, выставка открылась, причем у дверей арт-центра «Ткачи» дежурили ее защитники – активисты петербургской "Солидарности", стоявшие с плакатами «Музей – не мечеть, Выставочный зал – не церковь», «Свободе творчества – да! Религиозному фанатизму – нет!» Говорит Иосиф Скаковский, представляющий "Солидарность": "Сегодняшняя выставка – это символическое событие, вокруг нее развернулось столкновение сторонников светской культуры с агрессивными религиозными фанатиками. И сегодня мы пришлю сюда не столько для поддержки самой выставки, сколько в защиту светской культуры, светского искусства и чтобы выразить протест против фанатичной религиозности".
Но воевать на сей раз было не с кем – ни казаков, ни хоругвеносцев на открытии не оказалось, только один таинственный гость наклеил на одну из работ провокационный листок, который был так быстро сорван охраной, что никто так и не узнал, что там было написано. На открытии, где, казалось, присутствовал весь петербургский бомонд, Марат Гельман рассказал о работе Гора Чахала «Имя Бога», где собраны все имена Бога в Ветхом и Новом завете, о попытке Константина Худякова реконструировать внешность Христа, Марии, Адама, Андрея Рублева, о проекте Алладина Гарунова – обобщенных фигурах, прообразами которых послужили фрески Феофана Грека, о работах Гоши Стрельцова, использующих текст Евангелия как исторический литературный памятник, о проекте Владимира Куприянова «Русская античность», посвященном произведениям искусства, передаваемым в монастыри и там погибающим.
"Сама выставка – аналитическая, она не имеет какого-то манифеста, -пояснил РС Марат Гельман, - Но каждая отдельная работа может иметь свой заряд, в том числе и религиозный. Она показывает, как разные художники затрагивают религиозную тему. Одни, как Дима Гутов, вступают в диалог даже не с религиозным текстом, а с художником – Андреем Рублевым или Леонардо да Винчи. Другие художники, как Гор Чахал, пытается показать, что вера не обязательно сопряжена с архаичностью мышления, а в России это очень часто почти тождественно. Он глубоко верующий человек, сидя за компьютером, он подсчитал количество имен Бога в Евангелии и сделал такое облако тэгов, он сделал «Троицу» на компьютере. У каждого художника есть своя интенция. Ситутин, например, анализирует икону как профессор живописи, профессор рисунка, профессор композиции. Кто-то, как Худяков, делает портреты Христа, Адама и задает себе вопрос – а как они реально выглядели"
По словам Марата Гельмана, идея проекта родилась в Краснодаре: "Меня губернатор Краснодарского края пригласил подумать, как оживить художественную жизнь. Все, с кем бы я ни встречался, мне говорили – только не трогай религиозную тему, и он тоже. Я говорю – ну, вы представляете, вы хотите начать активную художественную жизнь с запрета. Давайте начнем именно с этой религиозной темы, но сделаем ее деликатно, аккуратно, иначе у вас не получится. Для каждого современного художника любой запрет – это вызов. Вот так и родилась идея этой выставки. Причем здесь нет на одной работы, сделанной специально для этой выставки – все работы сделаны в разное время по разным поводам. У меня в голове такая энциклопедия, из которой я просто все это вытащил."
"Проект Icons – это не только выставка, – говорит директор по развитию выставочного центра «Ткачи» Ксения Юркова. - У нас мощная дискуссионная и образовательная программа, приезжают представители разных конфессий, искусствоведы, культурологи, религиоведы, так что следите за нашим сайтом, приходите, участвуйте в круглых столах. Настало время диалога, и нам очень нужны альтернативные мнения". Того же мнения придерживаются многие петербургские искусствоведы. "Это старая идея Марата Гельмана, абсолютно чистая, стерильная, умная выставка, - говорит заведущий отделом современных течений Русского музея Александр Боровский. - У нас были опасности скандалов, даже я вынужден был выступить в Интернете – что не надо ходить на выставку с зашоренными глазами, что ходить в музей молиться или ходить против кого-то нельзя. Слава Богу, все открылось тихо. Совершенно обычная, хорошо построенная выставка, злободневная, люди занимаются древней идеей Церкви, христианства в мире и церковной жизни. Обычно темы церковной жизни боятся, чтобы там критики какой-то не было. Но здесь ничего особенного и нет – по сравнению с Перовым, по сравнению с Репиным для наших русопятых казаков – не на что обидеться".
Вот и Марат Гельман считает, что эти работы – не провокация, а попытка проследить, как икона превращается в знак – Icon. Так ли это – предстоит решить зрителям, посмотрев на картину Рауфа Мамедова, в которой участники Тайной Вечери представлены в виде людей с синдромом Дауна, или на работу Алладина Гарунова – Троицу в виде пустых нимбов на черном фоне.
Фрагмент итогового выпуска программы "Время свободы"
«Ревнители православия» не дремали и в этот раз – активисты организаций «Народный собор», «Профсоюз граждан России», регионального отделения партии «Родина» писали обращение с просьбой не допустить выставки Марата Гельмана, которого они считают деятелем псевдокультуры и организатором множества вредных и богохульных акций и даже вдохновителем танца Pussy Riot в храме Христа Спасителя. Тем не менее, выставка открылась, причем у дверей арт-центра «Ткачи» дежурили ее защитники – активисты петербургской "Солидарности", стоявшие с плакатами «Музей – не мечеть, Выставочный зал – не церковь», «Свободе творчества – да! Религиозному фанатизму – нет!» Говорит Иосиф Скаковский, представляющий "Солидарность": "Сегодняшняя выставка – это символическое событие, вокруг нее развернулось столкновение сторонников светской культуры с агрессивными религиозными фанатиками. И сегодня мы пришлю сюда не столько для поддержки самой выставки, сколько в защиту светской культуры, светского искусства и чтобы выразить протест против фанатичной религиозности".
Но воевать на сей раз было не с кем – ни казаков, ни хоругвеносцев на открытии не оказалось, только один таинственный гость наклеил на одну из работ провокационный листок, который был так быстро сорван охраной, что никто так и не узнал, что там было написано. На открытии, где, казалось, присутствовал весь петербургский бомонд, Марат Гельман рассказал о работе Гора Чахала «Имя Бога», где собраны все имена Бога в Ветхом и Новом завете, о попытке Константина Худякова реконструировать внешность Христа, Марии, Адама, Андрея Рублева, о проекте Алладина Гарунова – обобщенных фигурах, прообразами которых послужили фрески Феофана Грека, о работах Гоши Стрельцова, использующих текст Евангелия как исторический литературный памятник, о проекте Владимира Куприянова «Русская античность», посвященном произведениям искусства, передаваемым в монастыри и там погибающим.
"Сама выставка – аналитическая, она не имеет какого-то манифеста, -пояснил РС Марат Гельман, - Но каждая отдельная работа может иметь свой заряд, в том числе и религиозный. Она показывает, как разные художники затрагивают религиозную тему. Одни, как Дима Гутов, вступают в диалог даже не с религиозным текстом, а с художником – Андреем Рублевым или Леонардо да Винчи. Другие художники, как Гор Чахал, пытается показать, что вера не обязательно сопряжена с архаичностью мышления, а в России это очень часто почти тождественно. Он глубоко верующий человек, сидя за компьютером, он подсчитал количество имен Бога в Евангелии и сделал такое облако тэгов, он сделал «Троицу» на компьютере. У каждого художника есть своя интенция. Ситутин, например, анализирует икону как профессор живописи, профессор рисунка, профессор композиции. Кто-то, как Худяков, делает портреты Христа, Адама и задает себе вопрос – а как они реально выглядели"
По словам Марата Гельмана, идея проекта родилась в Краснодаре: "Меня губернатор Краснодарского края пригласил подумать, как оживить художественную жизнь. Все, с кем бы я ни встречался, мне говорили – только не трогай религиозную тему, и он тоже. Я говорю – ну, вы представляете, вы хотите начать активную художественную жизнь с запрета. Давайте начнем именно с этой религиозной темы, но сделаем ее деликатно, аккуратно, иначе у вас не получится. Для каждого современного художника любой запрет – это вызов. Вот так и родилась идея этой выставки. Причем здесь нет на одной работы, сделанной специально для этой выставки – все работы сделаны в разное время по разным поводам. У меня в голове такая энциклопедия, из которой я просто все это вытащил."
"Проект Icons – это не только выставка, – говорит директор по развитию выставочного центра «Ткачи» Ксения Юркова. - У нас мощная дискуссионная и образовательная программа, приезжают представители разных конфессий, искусствоведы, культурологи, религиоведы, так что следите за нашим сайтом, приходите, участвуйте в круглых столах. Настало время диалога, и нам очень нужны альтернативные мнения". Того же мнения придерживаются многие петербургские искусствоведы. "Это старая идея Марата Гельмана, абсолютно чистая, стерильная, умная выставка, - говорит заведущий отделом современных течений Русского музея Александр Боровский. - У нас были опасности скандалов, даже я вынужден был выступить в Интернете – что не надо ходить на выставку с зашоренными глазами, что ходить в музей молиться или ходить против кого-то нельзя. Слава Богу, все открылось тихо. Совершенно обычная, хорошо построенная выставка, злободневная, люди занимаются древней идеей Церкви, христианства в мире и церковной жизни. Обычно темы церковной жизни боятся, чтобы там критики какой-то не было. Но здесь ничего особенного и нет – по сравнению с Перовым, по сравнению с Репиным для наших русопятых казаков – не на что обидеться".
Вот и Марат Гельман считает, что эти работы – не провокация, а попытка проследить, как икона превращается в знак – Icon. Так ли это – предстоит решить зрителям, посмотрев на картину Рауфа Мамедова, в которой участники Тайной Вечери представлены в виде людей с синдромом Дауна, или на работу Алладина Гарунова – Троицу в виде пустых нимбов на черном фоне.
Фрагмент итогового выпуска программы "Время свободы"