: О многодетности, журналистике и идиотизме

Наталья Сарганова, кадр Первого канала

В минувшую пятницу в Ростове-на-Дону, во время встречи доверенных лиц с главой государства на конференции ОНФ многодетная мать из Тулы Наталья Сарганова обратилась к президенту с просьбой улучшить положение тех, кто занимается опекой и организует приемные семьи для детей-сирот. Во время выступления журналист «Газеты.ру» Екатерина Винокурова опубликовала твит, в котором назвала женщину, имеющую 37 приемных детей, идиоткой. «Рыдает перед ВВП, что у нее денег мало. Ну не усыновляла бы», - написала она в своем блоге. Позже Екатерина Винокурова удалила запись и принесла извинения Саргановой, которые последняя приняла в прямом эфире на радио. Однако история на этом не закончилась.

«Звенья гребаной цепи», «цинизм журналистов» или простой «неадекват»? Одна запись в блоге одного корреспондента редко вызывает столько кривотолков. Вроде все ясно: в частной жизни человек вправе позволить себе почти любую ересь, ошибиться уж точно может. Бумага все стерпит, а уж тем более обширное пространство глобальной сети. Там насилуют виртуальных овец, раскрывают несуществующие заговоры и совершаютреволюции — правда, все почти понарошку.

И тут вдруг прорывает — какие-то явно несуществующие люди требуют уволить корреспондента «Газеты.ру» Екатерину Винокурову за запись в микроблоге о том, что многодетная мать с конференции ОНФ, ну, мягко говоря, не совсем права. Содержательного в сообщении ничего нет: оно эмоционально и ничего не значит, кроме как «какая же жуткая встреча с бессмысленными людьми, и все хотят от Путина денег».

Список людей, что требуют крови корреспондента, строго говоря, странен. Собственно обиженной матери в нем нет — она-то как раз, скорее, благодарна — кто бы еще обратил внимание на ее проблемы без федеральных журналистов. Зато имеются: кремлевские блогеры во главе с экс-главой пресс-службы Росмолодежи Кристиной Потупчик и внезапно возникшая в медиа-пространстве «инициативная группа представителей объединений многодетных родителей». Кто такие — неясно, ранее активность этого странного объединения не фиксировалась, но уже требуют от Союза журналистов увольнения Екатерины Винокуровой. Правда, в Союзе она не состоит, как и множество ее коллег, но кого там это волнует.

Там — это в околовластных кругах, где любой информационный повод склонны в последнее время доводить до крайней степени маразма. Обиделись на журналиста Познера — давайте примем закон против него. Надулись на Собчак — получите аудио с нелицеприятными воплями про мешающих ей детей. По большому счету туда же относится и видео «Анатомии протеста-2», где коммунист Удальцов «торгует Родиной». А теперь еще и докопались до Твиттера.

Глупости от медиа-персоны нехороши — журналист влияет на умы читателей и зрителей. Но смешно слышать истерику «а эта - против наших детей» на фоне «мистических» программ на центральных телеканалах или трансляций из Государственной думы. Это Госдума все-таки принимала «закон Димы Яковлева». Вероятно, с запретом на усыновление для американцев и связана истерия вокруг «Собчак-Винокуровой».

По типу — вы же детей только используете в собственных корыстных целях, а на самом деле и не хотите и не любите. Тут наблюдается комплекс или даже инфантилизм. «Мы накосячили (а с «анимагнитским» законом и сиротами ну явно накосячили), но переведем стрелки на других». И далее: «кто тут против нас? Журналисты нас осуждают?» Как мальчик, что разбил окно. Но пытается доказать, что не он самый плохой, а его сосед по парте или младшая сестра. «Я-то что, а вот он/она еще и не такое делала».

То, что государственные мужи занимаются такого уровня «пиаром» в общем привычно, но досадно. Если запись Екатерины Винокуровой показывает, что в отечественной журналистике все не очень хорошо, а общество в целом незрело, то реакция провластных товарищей просто вопиет, что власть щеголяет в ползунках или памперсах, при этом, правда, с повадками пацана с раёна или того краше - уголовника. Ну и с ядерным оружием, что страшновато.

А тем временем корреспондент «Полит.ру» решил связаться с Натальей Саргановой и узнать, что она теперь думает о Екатерине Винокуровой, и каково продолжение истории «идиотского» твита.

Наталья Васильевна, хотели бы уточнить у вас несколько моментов в связи с этой историей с твитом Екатерины Винокуровой и вашим последующим примирением в эфире. Скажите, у вас к корреспонденту «Газеты.ру» действительно больше нет претензий, вы действительно полностью и безоговорочно помирились?

Да, действительно! Я даже благодарна всей этой ситуации, что все это вышло наружу, привлекло внимание. Действительно, многие люди не понимают, что есть что, что такое приемные семьи, какие у нас проблемы. Теперь об этом будут знать больше людей. Я рада, что непонимание Екатерины подняло этот вопрос, рада, что лишний раз можно поговорить о том, чем усыновление отличается от опеки и так далее.

А что думаете по поводу того, что инициативная группа многодетных родителей сейчас добивается увольнения Екатерины Винокуровой? Как считаете, это правильно?

Конечно же я против того, чтобы журналиста «Газеты.ру» из-за меня увольняли. Все что связано с этим – вызвано исключительно недопониманием. Конечно, [Екатерине Винокуровой] следовало сначала, может быть, поговорить со мной, выяснить все, прежде чем делать какие-то высказывания. Но ведь мы в итоге поговорили и поняли друг друга. Так что все в порядке.

Повторюсь, я очень рада, что все это вышло наружу. Теперь много разных людей, много разных партий обратили на проблемы многодетных семей внимание. Я надеюсь, что это внимание поможет решать наши проблемы гораздо лучше.

То есть и Екатерине Винокуровой вы в определенном смысле благодарны, получается?

Да.

А вы лично будете пытаться это внимание как-то капитализировать? Вы ведь неожиданно стали очень известны сегодня. Может быть откроете сайт сейчас, будете пытаться на волне этой известности активней привлекать средства для приемной семьи, может быть не только для своей?

В первую очередь я хочу, чтобы как можно больше людей знало об этом вопросе, лучше разбиралось в нем. Хочу, чтобы больше людей стремилось забирать детей в семью, а не оставлять их, скажем так, в учреждениях государственных. И если теперь ко мне будут обращаться все больше за консультациями, чтобы я рассказала как это все устраивать, я это буду только приветствовать. Я хочу только, чтобы жизнь детей становилась лучше.

Я правильно вас услышал, что вы согласны: недопонимание, о котором вы говорите в определенном смысле обосновано? Люди не знакомые с вопросом, услышав цифру 37 детей, могут действительно усомниться, что все эти дети могут под опекой одного человека получить все, что необходимо ребенку. Они сразу же представляют себе 37 плохо одетых чумазых карапузов, сидящих на кое-как сколоченных лавках вдоль плохо оштукатуренной стены…

Конечно, так могут судить только люди не понимающие как и что. Со мной сейчас живет 9 детей в полном смысле этого слова. Из моих приемных детей самому старшему уже 43 года. У старших детей свои семьи, свои дети, и они также берут к себе приемных детей. Из моих приемных детей 8 человек учатся в колледже, 6 человек учатся в лицеях. Одна девочка-отличница готовится поступать в медицинский (и помогает старенькой бабушке, которая осталась одна, одинокая), другой мальчик готовится в летное училище. Те, кто состоит в законном браке – у меня все повенчаны. Нет ни одного развода. Все дети устроены, у всех есть свое дело.

Но ведь и проблемы были?

У нас была большая проблема с жильем. Мы 23 года строили дом, но Владимир Владимирович нам очень помог... Мы завершили строительство. Теперь у нас большой дом – 580 квадратных метров. Есть игровая комната, отдельно по одному-двое человек живут в комнатах дети. Я буду рада, если журналисты приедут ко мне, посмотрят как мы живем. Пусть люди не боятся брать детей, как у нас многие боятся. Бывает волнуются, а как гены, как наследственность! А вдруг что? Конечно, у каждого ребенка может быть такое, но ведь пока вы будете думать, ребенок погибнет.

А сейчас в чем нуждаетесь?

Ну как сказать. Нам бы сейчас очень не помешала помощь педагога, чтобы маленьких детей подготовить в школу. Сама я не педагог, у меня техническое образование...

То есть проблема в том, чтобы детей в детский садик устроить?

Да, но мы сейчас над этим вопросом работаем. Последнее время мне в этом старшие дети помогали... Ну, еще то, что я Владимиру Владимировичу изложила: те, кто работают с приемными детьми у них не идет трудовой стаж, не начисляется пенсия. Надо, чтобы с ними заключался гражданско-правовой договор. Иначе я, и такие же приемные матери, лишаемся всего, что положено человеку, который всю жизнь трудился.

И еще многие не понимают, какое это счастье в итоге – большая семья. У меня целый день звонки от взрослых детей. Мы одна большая семья, после 18 никого не выгоняем. И польза большая. Ведь в интернате – они выходят и все. У них никого нет. А в семье мы все вместе остаемся делим и горе, и радость, женимся, собираемся на все праздники...

Хотели бы что-нибудь сказать нашим читателям, журналистам и Екатерина Винокуровой лично?

Я бы хотела сказать и Кате, и всем, что нужно постараться все-таки быть добрее и сначала пытаться понять, если что-то не понимаешь. Сначала попытаться объясниться человеком, прежде чем сказать о нем что-то негативное. Но я не хочу, чтобы Кате было плохо, вы ее там поддержите.