Президент Барак Обама решил не раздражать Москву и одобрил краткую версию «списка Магнитского», но вряд ли это конец истории

В пятницу вечером Государственный департамент и Министерство финансов США опубликовали открытую часть «списка Магнитского» —18 граждан России, совершившиx грубые нарушения прав человека. Правительство США установило, что 16 из них участвовали в незаконном лишении свободы и повинны в смерти аудитора и юриста фонда Hermitage Capital Сергея Магнитского (два других фигуранта списка — чеченцы, давно находящиеся в розыске за совершение других преступлений).

Россия ответила симметрично, но с некоторой эскалацией.

18 имен американцев, которым запрещен въезд в Россию и инвестиции в ней, это, по сути, два списка. Первый можно назвать «списком преследователей Аль-Каиды». В него входят бывший начальник аппарата вице-президента Дика Чейни, а ныне старший вице-президент Heritage Foundation Дэвид Эддингтон, бывший сотрудник американского Минюста Джон Ю, a также два генерала, командовавшие центром заключения террористов в Гуантанамо.

Второй российский список можно назвать «списком Бута — Ярошенко». Туда попали прокуроры штата Нью-Йорк и агенты ФБР, добившиеся ареста двух россиян, замешанных, по мнению американского правосудия, в перевозке и продаже оружья наркоторговцам и террористам. Воистину усилия МИДа достойны лучшего приложения.

Та же логика, которая запретила усыновление российских детей в Америке, использована против тех, кто пытался обезопасить мир от друзей Усамы бен Ладена.

Перефразируя Маркса, холодная война повторяется дважды, первый раз как трагедия, а второй — как фарс.

По мнению многих членов конгресса и его сотрудников, администрация Обамы лишь минимально выполнила намерение законодателя, добавив малоизвестных должностных лиц среднего звена, замешанных в деле Магнитского, но не злостных правонарушителей, также подпадающих под закон его имени.

«Рок-звезды» в нынешнем варианте списка отсутствуют, хотя они «роли исполняли и дублировали». Президент Обама решил не включать серьезных нарушителей прав человека в России, каковыми, по мнению аппарата конгресса являются:

• Юрий Чайка, генеральный прокурор России, закрывший уголовное дело о смерти Магнитского. Генпрокуратура запустила беспрецедентную атаку на гражданское общество в России, «тряся» некоммерческие организации (НКО).

• Рамзан Кадыров, президент Чечни, с чьей стороны нарушения прав человека были не раз отмечены авторами «закона Магнитского».

• Александр Бастрыкин, глава Следственного комитета и соученик Владимира Путина по юрфаку. Его ведомство занято преследованием политических оппонентов и тех же НКО.

• Салават Каримов, бывший старший следователь Генпрокуратуры, возглавлявший бригады следователей по делам Гусинского и Ходорковского.

Ольга Егорова, председатель Московского городского суда, отказавшая в обжаловании второго дела Ходорковского, в этом году отмечающего десятилетие со дня посадки.

Включение этих имен в «список Магнитского» послало бы сигнал, что Соединенные Штаты серьезно относятся к нарушениям прав человека в России. Но этого не произошло. Вместо этого побеждает «реализм» Обамы во внешней политике, хотя многие считают такую политику пародией на реализм. Например, реалист Рональд Рейган со знанием дела использовал борьбу за права человека как орудие дипломатии.

Таким образом, в список вошли исполнители, но не «заказчики» «дела Магнитского». Сотрудники налоговых органов, следователи, судьи и тюремные начальники, имеющие отношение к преследованию и смерти Магнитского.

Тем, кто в списке, запрещен въезд в страну, и их американские активы, если таковые найдутся, будут конфискованы. И если афера с кражей $230 млн из собственного казначейства, о которой говорили Магнитский и его клиент, глава фонда Hermitage Уильям Браудер, еще как-то может считаться «внутренним делом» Российской Федерации, права человека стали субъектом международных обязательств СССР и России в далеком 1975 году, когда были подписаны Хельсинские соглашения.

По ним Советский Союз обязался «хорошо себя вести» взамен на признание нерушимости границ в Европе после Второй Мировой войны, в том числе сталинской экспансии 1939-1945 годов.

Администрация Обамы решила не раздражать Владимира Путина накануне визита советника по национальной безопасности Тома Донилона в Москву. Администрация стремится к сотрудничеству с Россией по Северной Корее, Ирану и Сирии. Обама уже предпринял беспрецедентный шаг, отменив в одностороннем порядке модернизацию европейской ПРО.

Не все, однако, готовы успокоиться. Список Обамы бледнеет по сравнению с 280 именами, предложенными представителем от штата Массачусетс Джимом Макговерном, коспонсором «закона Магнитского». Макговерн обеспокоен тем, что жесткие критерии Министерства финансов ослабят список. Он, может быть, и прав. Вашингтонская политика предполагает, что нет постоянных поражений и перманентных побед. Борьба за более «зубастый» список только начинается.

В то же время Москва признает, что отношения с США являются «многогранными и взаимовыгодными». Это правда. Но для того чтобы они стали таковыми, обе стороны должны разделять элементарные понятия о добре и зле. Например, что убийцы Магнитского должны сидеть в тюрьме, а политические оппоненты властей и борцы за права человека быть на свободе.

Россия — США: померяемся списками?