Информационно-пропагандистское сопровождение

С тех пор, как в декабре 2011 года российская оппозиция вышла на улицы, Министерство внутренних дел обеспокоено не только тем, как освободить тротуары от «граждан, мешающих проходу граждан», но и проблемой имиджа ведомства, что особенно важно руководству в контексте затяжной реформы МВД.

Очевидно, господам полицейским не все равно, как они выглядят в глазах общества, растаскивая митингующих по автозакам. Еще в марте 2012 года Владимир Колокольцев, находясь на посту главы московской полиции, «категорически потребовал» провести «разъяснительную работу» с сотрудниками ведомства и убедить их деликатнее обходиться с представителями СМИ во время «массовых мероприятий».

Через два месяца Колокольцев возглавил Министерство внутренних дел, и вскоре на сайте ведомства было опубликовано официальное заявление о проблеме освещения работы полиции в прессе. «Оценка количества публикаций в СМИ показывает, что в отношении органов внутренних дел печатается больше негативной информации, чем в отношении других силовых федеральных органов исполнительной власти... Для восстановления и поддержания нашего авторитета, повышения уровня доверия со стороны граждан, необходимо, чтобы каждая негативная публикация в СМИ становилась предметом пристального внимания и правовой оценки», - говорится в заявлении представителя МВД.

Осенью того же года, видимо, после оценки объема «необоснованной критики» сотрудников ведомства, Владимир Колокольцев издал приказ о «вопросах организации защиты чести и достоинства, а также деловой репутации в системе МВД». Документ обязывал руководителей подразделений «ежедневно проводить мониторинг размещенных в средствах массовой информации и в сети Интернет публикаций, содержащих сведения о сотрудниках», а также проводить проверки по фактам распространения информации, «порочащей честь и достоинство» полицейских.

По всей видимости, результаты предпринятых усилий не вполне устроили руководство ведомства. В результате министерство подготовило приказ о «совершенствовании информационно-пропагандистского сопровождения деятельности органов внутренних дел», который в последние дни обсуждают российские СМИ.

Исходя из содержания документа, который после некоторых усилий можно найти в недрах сайта МВД, новым средством борьбы за заветный имидж станет «игра на опережение». Суть идеи, сформулированной руководством ведомства, состоит в том, чтобы не только «реагировать» на опубликованные в прессе суждения, но и расширять контакты и налаживать взаимодействие со СМИ. При этом министерство попытается оказывать больше влияния на информационную повестку по профильным темам, строго контролируя предоставление журналистам необходимых сведений.

Общий объем документа со всеми шестью приложениями составляет 40 страниц. Наибольший интерес представляют «Инструкция по информационно-пропагандистскому сопровождению» и «Порядок действий пресс-служб, подразделений информации и общественных связей... при чрезвычайных происшествиях и возникновении резонансных информационных поводов».

Среди целей, которые ведомство ставит перед пресс-службами и работниками, ответственными за взаимодействие со СМИ, значится «формирование образа сотрудников ОВД и военнослужащих внутренних войск МВД России, как профессиональных защитников прав и свобод». Согласно тексту инструкции, руководители подразделений, отвечающие за контакты с прессой, должны не только предоставлять информацию о работе полиции, но и «осуществлять выявление, оценку и прогнозирование угроз информационному обеспечению государственной политики в сфере внутренних дел, подготовку предложений по противодействию этим угрозам, а также соответствующих информационно-пропагандистских материалов для направления в СМИ и размещения в сети интернет».

Понятие «угрозы информационному обеспечению» в тексте инструкции не расшифровано. Но следующие пункты документа, описывающие обязанности руководителей пресс-служб, могут прояснить этот вопрос. В частности, речь идет о «выявлении в СМИ и интернете» материалов, содержащих информацию «критического, диффамационного или проблемного характера».

В этом контексте еще интереснее выглядит обязанность сотрудников пресс-служб «оперативно информировать Управление по взаимодействию со средствами массовой информации МВД России о прибытии в регион журналистов федеральных СМИ с целью подготовки материалов, затрагивающих интересы органов внутренних дел».

«Выявление критики» и подготовку «информационно-пропагандистских материалов» можно назвать уже привычными функциями этих подразделений. А вот необходимость сообщать в УОС МВД пренеприятнейшее известие о приезде репортера выглядит весьма необычно.

Можно предположить, что такая практика уже существует, но ее документальное закрепление свидетельствует о коренном изменении отношения к вопросу информационной политики ведомства. В этом отношении важно отметить тот факт, что инструкция строго регламентирует право сотрудников МВД на взаимодействие со СМИ. По любым вопросам, связанным с работой, полицейские могут давать комментарии прессе только с разрешения начальства, а «неуполномоченным сотрудникам» предоставлять информацию СМИ запрещено.

Руководство Министерства внутренних дел подробно описало и порядок действий сотрудников пресс-служб в случае «резонансного информационного повода». Причем среди таких поводов на первом месте стоят чрезвычайные происшествия «с участием личного состава МВД» и преступления, совершенные сотрудниками полиции.

Раздел, посвященный данному виду происшествий, открывается словами о том, что «замалчивание ЧП с участием личного состава» является «недопустимым». Сотрудник пресс-службы обязан «обеспечить работу представителей СМИ», прибывших на место инцидента, и подвести к журналистам «ответственного от руководства территориального органа МВД».

Однако, этот же сотрудник согласно тексту документа, должен «обратить внимание ответственного от руководства территориального органа МВД на нецелесообразность допуска посторонних лиц к имеющимся видео- и аудиоматериалам, в том числе записям с камер видеонаблюдения и видеорегистраторов».

Кроме того представитель пресс-службы обязан будет проанализировать внимание прессы к этому инциденту, подсчитать количество запросов от журналистов, собрать выдержки из «характерных информационных сообщений о ЧП, уже опубликованных в СМИ и сети интернет». А в том случае если «информация о ЧП с участием личного состава» уже появилась в прессе, он должен сообщить в УОС МВД о причинах, по которым журналистам удалось опередить пресс-службу.

Среди других «резонансных информационных поводов» названы стихийные бедствия, техногенные катастрофы, крупные ДТП, массовые общественно-политические мероприятия, спортивные соревнования, резонансные преступления. Для всех случаев предусмотрены краткие инструкции по работе пресс-службы МВД с журналистами, а также подробно регламентированы требования к освещению происшествий в официальных сообщениях ведомства и пресс-релизах.

Для некоторых происшествий даже предусмотрены специальные шаблоны сообщений. Причем они, судя по всему, уже содержат основную часть информации, которая обычно содержится в заявлениях МВД. Вот, например, как выглядит рекомендованный текст сообщения на случай какого-либо громкого преступления:

«В связи с совершением преступления (краткая информация о преступлении) сотрудниками полиции приняты дополнительные меры (введен план «…»; усилены стационарные посты дорожно-патрульной службы, увеличена плотность нарядов патрульно-постовой службы, направлены дополнительные силы и средства; в состав следственно-оперативной группы включены наиболее опытные оперативные сотрудники и эксперты; для оказания практической помощи в населенный пункт … направлена группа сотрудников (уголовного розыска, других подразделений) территориального органа МВД России и другое). Организованы мероприятия по розыску и задержанию подозреваемых».

Для оценки результатов работы пресс-служб различных подразделений МВД к приказу прилагаются многочисленные формы для составления отчетов, а также специальная формула для расчета значения «эффективности обеспечения информационной открытости» (ЭфИО).

Оно рассчитывается исходя из показателей «Информационной активности территориальных органов МВД» (ИнА) и «Медийного интереса к МВД» (МИн). Первый показатель – это количество информационных поводов, «отработанных пресс-службами подразделений», а второй – количество материалов в СМИ и интернете, написанных на основе сообщений МВД. Причем в сети будут учитываться не только популярные «электронные издания», но и «блоги и страницы в социальных сетях, ежесуточно посещаемые в среднем не менее чем 5 тысячами пользователей».

Частное (МИн) / (ИнА) необходимо умножать на «поправочный коэффициент», который будет снижаться в зависимости от того, сколько раз пресс-служба проигнорировала появление «негативной и критической информации» в прессе или в сети. При этом если вышестоящее начальство во время проверки обнаружит, что показатели работы завышены более чем на 10%, то сотрудники пресс-службы автоматически получат оценку «неудовлетворительно».

В целом тактика МВД вполне ясна: сотрудники пресс-службы должны попытаться заинтересовать СМИ информационными поводами, связанными с работой ведомства. А содержательная часть официальных сообщений, по всей видимости, должна быть выстроена так, чтобы «формировать положительный образ» правоохранительных органов.

Но, во-первых, не совсем понятно, какими средствами полиция сможет повысить интерес прессы к своей работе. Громкие дела случаются не каждый день, а привлечь внимание к занятным случаям из «повседневной практики» будет непросто: аудитория всегда жаждет подробностей, но они отсекаются «интересами следствия» и строгими шаблонами сообщений.

А во-вторых, «негативные оценки» работы полиции, которые так беспокоят руководство МВД, появляются не на пустом месте, и подробные инструкции для пресс-службы вряд ли помогут изменить ситуацию.

С другой стороны, может быть не так уж и плохо, что руководство МВД проявляет пристальное внимание к репутации. Ведь, в конце концов, если новая политика работы в информационном пространстве сама по себе не поможет решить проблему, то есть шанс, что в министерстве задумаются о необходимости более существенных преобразований.