Анатомия "Кировлеса"

Фото: Мария Эйсмонт/PublicPost

17 апреля 2013 года в Кирове начинается суд над Алексеем Навальным — его обвиняют в том, что он, "находясь в г. Кирове и желая обогатиться преступным путем, организовал совершение хищения имущества Кировского областного государственного унитарного предприятия "Кировлес" путем растраты в особо крупном размере".

В 2009 году Алексей Навальный занимался проблемами "Кировлеса" в качестве советника губернатора Кировской области Никиты Белых. Тогда Навальному не удалось проявить себя в качестве успешного менеджера: он не смог предотвратить банкротство государственного "Кировлеса", выстроив эффективную схему реализации его продукции. Но это интересно разве что для его потенциальных инвесторов, работодателей или избирателей. Сами по себе менеджерские просчеты — не преступление. Правда, Следственный комитет России все же смог найти в действиях Алексея Навального состав преступления.

Кодекс, аренда, губернатор

Если верить следствию, и "дело Кировлеса" связано именно с лесом, а не с чем-нибудь еще, то можно сказать, что все началось 1 января 2007 года — тогда вступил в силу Лесной кодекс РФ. Одним из последствий этого события стала отмена сложившейся системы лесовосстановления, которое велось государственными лесхозами и напрямую субсидировалась из бюджета. Для того, чтобы эту систему как-то сохранить и поддержать — по крайней мере в неарендованных частниками лесах, в Кировской области в конце того же 2007 года произошло объединение всех районных лесхозов в госпредприятие "Кировлес". "Кировлесу" без конкурса передали под вырубку в аренду по значительно заниженной цене (по 160 рублей за куб при среднерыночных 400-450 рублях) огромные площади государственных лесов — с тем, чтобы прибыли от продажи вырубленной древесины шли на восстановление леса.

Фото: Мария Эйсмонт/PublicPost

В ноябре 2008 были заключены договоры аренды лесов с новым госпредприятием. Но тут случился кризис, спрос на древесину упал, рыночная ставка арендной платы за куб снизилась до 50 рублей — и вместо прибылей "Кировлес", вынужденный платить за аренду оказавшихся никому не нужных лесов теперь уже по завышенной в три раза ставке, с самого начала своего существования стал терпеть многомиллионные убытки.

В этот момент, в январе 2009 года, губернатором Кировской области стал Никита Белых. Белых — бывший член СПС, либерал и сооснователь оппозиционного движения "Солидарность". Он пригласил в свою команду "коллегу по оппозиции" Алексея Навального. Предполагалось, что Навальный, в частности, поможет разобрался с "лесными делами". За лесную отрасль в кировском правительстве отвечал сподвижник Белых по СПС пермяк Сергей Щерчков, а Навальный, будучи советником губернатора на общественных началах (а в первые месяцы так и вообще неофициально), время от времени появлялся в Кирове и пытался разобраться в хитросплетениях стагнирующей вятской экономики. Результатом его работы должны были стать рекомендации, которые правительство Белых могло бы учитывать в своей работе. Но могло и не учитывать. Никаких командно-распорядительных полномочий у Навального не было, приказы отдавали Белых и Щерчков.

План Навального

Меры, которые нужно было принять для исправления ситуации с кировскими лесами, кажутся очевидными: расторгнуть ставшие экономически необоснованными договоры аренды, ликвидировать "Кировлес", вернуть лесхозам самостоятельность, сделать их частными, а затем — уже как с частниками — по результатам конкурсов заключить с ними госконтракты на лесовосстановление. С оплатой работ по рыночным ценам, позволяющим бывшим лесхозам держаться на плаву и развиваться. Собственно, такой порядок действий и предложил Навальный.

Фото: Мария Эйсмонт/PublicPost

Однако Никита Белых, несмотря на свою репутацию либерала, сделал ставку на госмонополии. И не только в лесной отрасли. В дорожной до сих пор не ликвидирован и пользуется всяческими преференциями "Вятавтодор" — объединение всех районных дорожно-эксплуатационных предприятий, которое, вопреки здравому смыслу, экономическим расчетам и даже протестам прокуратуры и областных депутатов, получает в обход конкурсных процедур сотни миллионов рублей "дорожных" денег. Похожая картина и в транспортной сфере — доходы находящегося в государственной собственности кировского аэропорта "Победилово" на порядок меньше расходов, а безвозвратные бюджетные субсидии за годы губернаторства Никиты Белых превысили полмиллиарда рублей.

"План Навального", как ни странно, все-таки был реализован — но уже без Навального, через два года после его увольнения с неоплачиваемой должности советника. Навальный же, когда его первоначальные предложения по полной реконструкции системы лесного хозяйства не нашли поддержки у властей области, занялся ее оптимизацией и придумал реформу продаж древесины, которую заготавливали в лесхозах. Несмотря на потерю юридической самостоятельности, лесхозы продолжали торговать деревом напрямую и фактически бесконтрольно. По мнению Навального, это, во-первых, порождало "низовую" коррупцию, а во-вторых, строилось на договоренностях продавца и покупателя, а не на рыночных механизмах. Что приводило к занижению цены и потерям государственных денег.

Фото: Мария Эйсмонт/PublicPost

Навальный предложил централизовать весь сбыт "Кировлеса" в подконтрольной правительству частной структуре, которая бы профессионально занималась подбором покупателей, а в обозримом будущем занялась бы продажами ("спекуляциями") на лесной бирже, поднимая цены за счет конкуренции участников торгов. Для реализации этого плана был приглашен Петр Офицеров, с которым Навальный был знаком по работе в московском "Яблоке". На Офицерова было зарегистрировано ООО "Вятская лесная компания" (ВЛК), он же стал ее гендиректором. На работу в ВЛК были переведены некоторые работники сбытовой службы "Кировлеса", фирме поручили исполнение уже существовавших договоров лесхозов с покупателями леса, а в мае 2009 на совещании в кировском правительстве было принято решение, что вся древесина, вырубленная лесхозами "Кировлеса", будет продаваться через "Вятскую лесную компанию".

Лес сопротивляется

Рефоматорская затея, которая на совещаниях казалась логичной и привлекательной, столкнувшись с реалиями жизни, с треском провалилась. Авторы идеи смогли убедить в ее правильности заказчиков — то есть правительство, а вот с исполнителями, лесхозами, никто никакой разъяснительной работы проводить не стал. Наоборот, с ними поступили по классической чиновничьей схеме — приказали не рассуждать, а выполнять. В телефонных разговорах (а прослушки почему-то велись органами еще в 2009 году, а теперь фигурируют в обвинительном заключении) Навальный и шеф ВЛК Офицеров говорили о сотрудниках "Кировлеса" с крайним презрением, а про гендиректора "Кировлеса" Опалева — как про противника, который при первой возможности должен быть уволен.

Фото: Мария Эйсмонт/PublicPost

Поставленные перед фактом руководители лесхозов посчитали приказ о продаже всей древесины через ВЛК очередной блажью начальства и угрозой для своего служебного положения и предпочли его саботировать и работать с традиционными покупателями напрямую (как это было, рассказала PublicPost директор одного из них Наталья Коретнюк). А гендиректор "Кировлеса" Опалев закрывал на это глаза. Так что в итоге фирме Офицерова удалось перепродать лишь мизерную часть заготовленной "Кировлесом" древесины — на 15,5 млн рублей при годовом обороте государственного предприятия в пределах 1 миллиарда. Да и эти первые сделки "Вятской лесной компании" не были особо удачными: цена ВЛК в некоторых случаях оказалась даже ниже той, по которой продавали древесину "вороватые лесники". А расчеты с "Кировлесом" затянулись на многие месяцы, так и не завершившись: судя по решениям арбитражного суда Кировской области, в сентябре 2012 — феврале 2013 года удовлетворившего четыре иска "Кировлеса" к "Вятской лесной компании" на сумму более 1,5 млн рублей, неоплаченными оказались поставки, произведенные накануне окончательного фиаско проекта, в июле 2009 года. Хотя трудно говорить о его успешности или неуспешности, если он просуществовал всего два месяца.

Провал

На быструю и неожиданную кончину проекта Навального-Офицерова повлияло и то, что они не смогли заручиться поддержкой менеджеров среднего звена в самом региональном правительстве. Что стало их второй и решающей менеджерской ошибкой. Губернатор Белых назначил главой департамента государственной собственности своего бывшего однопартийца, выходца из красноярского СПС Константина Арзамасцева. Новый глава департамента невзлюбил "московских мажоров" и сделал все возможное, чтобы поставить их на место. Сначала он не согласился на замену Опалева на лояльного Навальному руководителя, а затем, спустя всего один месяц после начала деятельности ВЛК, инициировал аудиторскую проверку "Кировлеса". Вердикт аудиторов был предсказуем: сотрудничество с "Вятской лесной компанией" для "Кировлеса" невыгодно. Трудно оценивать успех долгосрочной стратегии через два месяца после ее запуска. ВЛК пыталась протестовать, назвала результаты аудита "заведомо ложными" и обратилась в арбитражный суд. Суд в апреле 2010 года не стал рассматривать дело по существу, посчитав, что аудит "Кировлеса" не имеет прямого отношения к ВЛК. В любом случае, никаких злоупотреблений аудит не обнаружил — только неэффективность.

В правительстве Никиты Белых таких результатов как будто ждали: не успело заключение аудиторов появиться на свет, как было созвано совещание в верхах, на котором решили приказ об исключительных правах ВЛК на древесину "Кировлеса" признать ошибочным и отменить. На этом вятскую миссию Навального можно было считать завершенной — по сути, ему указали на дверь. "Я застрял в дурацком Кирове, — пожаловался он в феврале 2010 года в письме Марии Гайдар, оказавшемся в открытом доступе благодаря публикации взломанной хакерами почты Навального. — Хотел с тобой посоветоваться: хочу написать пост о том, что слагаю с себя полномочия советника. Не хочу быть никаким советником и меня <НЕЦЕНЗУРНО> напоминаниями о Кировской области. Как бы это правильнее сделать?"

Некоторое время спустя, уже оставив пост советника, Навальный раздраженно выговаривал Никите Белых: "Почему бы тебе не писать лучше не мне, а арзамасцевским липовым аудиторам, самому ему, и вообще всем жуликам, которые под твоим крылом фабрикуют против меня дела и рассылают их в разные стороны? Ни одного пункта договоренностей не было выполнено. Ни одного..." (это уже из более позднего "слива" переписки Навального и Белых хакером Хеллом, после публикации которой появилось уголовное дело по факту продажи государственных акций Уржумского спиртоводочного завода по подозрительно низкой цене — сам Навальный не отрицал подлинности переписки).

Деятельность Алексея Навального в Кирове не привела ни к каким серьезным результатам — ни к положительным, ни к отрицательным. Возможно, он недооценил инертность системы управления лесным комплексом, переоценил свои силы и возможности. В итоге "получилось как всегда": реформа "Кировлеса" была свернута, едва начавшись. Через два года это обернулось банкротством предприятия, на которое в момент его создания возлагались большие надежды.

Навальный, потратив большое количество времени, сил и нервов, не заработал в Кирове ни копейки — это, очевидно, и не было его целью. Зато его безвозмездная работа в качестве советника губернатора Кировской области стала поводом для уголовного преследования.

Процесс

Начинающийся 17 апреля процесс не имеет прецедентов в современной России — Навальный обвиняется в злоупотреблениях, на совершение которых у него не было никаких полномочий. Он не входил ни в состав правительства Кировской области, ни в дирекцию "Кировлеса", ни в число собственников или руководителей компании ВЛК. Основанием для преследования стали бесплатные советы, которые он давал людям, принимающим решения — губернатору Белых, руководителю "Кировлеса" Опалеву, гендиректору ВЛК Офицерову. Отвечать за предполагаемые хищения в структурах, к которым Навальный формально не имел никакого отношения, он может только в одном случае — если его признают организатором преступного сговора.

Собственно, доказывать это уже не надо: в ходе следствия Вячеслав Опалев под угрозой более тяжелого обвинения в самостоятельном расхищении государственных средств на посту гендиректора "Кировлеса" признал свою вину и заключил с заместителем Генерального прокурора РФ досудебное соглашение о сотрудничестве. В связи с этим уголовное дело в отношении Опалева было рассмотрено в особом порядке. В декабре 2012 года он был приговорен к условному сроку заключения. А приговор по его делу, согласно принципу преюдиции, стал неопровержимым доказательством свидетельством события преступления, существования преступного сговора и вины Алексея Навального и Петра Офицерова.