Как исчезли $3 млрд, которые Борис Березовский и Бадри Патаркацишвили получили за российские активы. Расследование Forbes

Фешенебельный лондонский отель Four Seasons на Парк-лейн — излюбленное место встреч богатых представителей русской эмиграции. Именно здесь в одном из ресторанов гостиницы 22 марта Борис Березовский назначил встречу журналисту Forbes. На встречу бизнесмен пришел с небольшим опозданием — без пальто, лишь черный шарф поверх пиджака. «Давайте сменим столик», — с ходу предложил Березовский.

Эта встреча готовилась почти месяц. Сначала Березовский несколько раз ее переносил, просил перезвонить, но, когда выяснилось, что корреспондент Forbes все-таки едет в Лондон, сказал: «Езжайте, но я ничего не обещаю». Как объяснил Березовский, после суда с Романом Абрамовичем он никому не дает официальных комментариев — «иначе бы меня растерзали журналисты». Узнав, что Forbes пишет расследование о его финансовом состоянии, опальный олигарх решил сделать исключение, чтобы его мысли были донесены в статье. Как? «Вы это слышали как будто не от меня, а от моих друзей и знакомых, которые что-то слышали от меня. Можете со ссылкой на них даже давать прямые цитаты», — объяснил Березовский.

Позже журналист понял, что был последним, кто встречался с Березовским. Прямо со встречи бывший предприниматель поехал домой, где отпустил охранника и остался один. Утром Березовского нашли мертвым.

Встреча в Four Seasons не первое пересечение судеб Березовского и Forbes. Первый главный редактор журнала Пол Хлебников, погибший в 2004 году, был автором одной из самых известных книг о Борисе Березовском «Крестный отец Кремля». В 2003 году Березовский выиграл суд у Forbes в Лондонском суде из-за статьи Хлебникова с тем же названием — «Godfather of Kremlin?». Среди прочего он требовал опровергнуть информацию о том, что являлся владельцем акций «Сибнефти». Спустя девять лет его показания на том процессе стали главными козырями адвокатов Романа Абрамовича в другом процессе — Березовский в Лондонском суде доказывал, что всегда был совладельцем «Сибнефти». И проиграл.

Согласно распространенной версии, финансовый крах стал одной из главных причин депрессии Березовского, которая, возможно, и предопределила его смерть. Между тем в 1997 году с состоянием $3 млрд по версии Forbes он считался богатейшим русским бизнесменом. Пять лет назад, в 2008-м, с состоянием $1,3 млрд он занял 83-е место в русском рейтинге Forbes.

Как Березовский, продав почти все активы в России и пытаясь бороться с режимом из Лондона, умудрился промотать миллиардное состояние? Если верить его противникам, Березовский был современным профессором Мориарти, человеком с математическим складом ума, мастером интриг и изощренных политических комбинаций. Где же произошел сбой?

Бога за бороду

В 1999 году предприниматель Леонид Богуславский встретился со старым другом. Бориса Березовского он знал давно, с начала 1970-х годов. Вместе они работали в Институте проблем управления, потом, на закате Советского Союза создавали «ЛогоВАЗ», откуда Богуславский ушел в 1992 году. На вопрос «Как дела?» Березовский развел руками: скучно. «Парламентские выборы выиграл, премьера назначил. Президента организовал. Не знаю даже, чем заняться». К началу 2000 года Березовский был на пике своего могущества. Человек, которого он считал своим другом, был явным фаворитом президентских выборов. Бывший менеджер Березовского Игорь Шабдурасулов перешел с должности главы телеканала ОРТ, контролируемого Березовским, в Кремль — первым замглавы администрации президента. Глава администрации Александр Волошин был тоже многим обязан Березовскому и внимательно слушал олигарха. «Сибнефть», «ЛогоВАЗ» и «Русал» приносили стабильный доход. Причем бизнесом можно было не заниматься — за рост благосостояния Березовского отвечали друзья Роман Абрамович и Бадри Патаркацишвили.

В такой ситуации трудно было сохранить благоразумие. «Оказавшись на вершине в конце 1990-х годов, Борис посчитал, что держит Бога за бороду», — вспоминает Богуславский. Нынешний участник рейтинга Forbes (191-е место, состоянием $500 млн), когда-то дружил с Березовским, даже делил с ним «тройку» «жигулей» кирпичного цвета. Неделю на ней ездил Березовский, неделю — Богуславский. Делить актив с Березовским оказалось делом непростым. В то время как будущий миллионер проезжал за неделю 400 км, его партнер накатывал все 2000 км. «Только потом я догадался, что он просто «бомбил», — с улыбкой вспоминает Богуславский.

«Что он любил? — переспрашивает Богуславский. — Любил книгу Дейла Карнеги «Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей», приемы из которой часто использовал. И роман Марио Пьюзо «Крестный отец» — за преданность идеям команды и волю к достижению цели. А еще в нем уникально сошлись черты трех персонажей вестерна «Хороший, плохой, злой». В разное время тот или иной персонаж становился заметнее, но и остальные никогда не терялись внутри него».

«Злым» Березовский был, когда в мае 2000 года он пришел к недавно избранному Владимиру Путину. Незадолго до этого Путин подписал указ о создании семи федеральных округов, положивший начало путинской властной вертикали. «Володя, мы так не договаривались», — жестко сказал Березовский президенту. Но договариваться с кем-то Путину к тому времени уже не было необходимости. Путин начал атаку на Березовского. Дальше была известная история про уголовные дела в «Аэрофлоте», арест и побег менеджера «Аэрофлота» и друга Березовского Николая Глушкова, война за ОРТ.

Vanity fair

Осенью 2000 года Березовский и Патаркацишвили получили от Романа Абрамовича первые отступные за «Сибнефть». Березовский переселился сначала во Францию, а потом в Лондон. «Он все время со мной в 1990-е годы спорил, он считал, что Париж лучше для жизни. А я его убеждал, что Лондон лучше для бизнеса и для контактов», — рассказывает его друг Владимир Воронов. Бывший сотрудник российского посольства в Великобритании, долго работавший с Березовским, Воронов живет в Лондоне с 1991 года и еще в середине 1990-х консультировал Березовского по вопросам бизнеса на Западе. По словам Воронова, Березовский быстро прикипел к Лондону: «Он почувствовал важность Лондона в мире, к тому же ему здесь было по-настоящему комфортно». У Лондона было еще одно, решающее преимущество — в отличие от Франции Британия не выдавала России политических эмигрантов.

В престижном районе Мейфэр, на Даун-Стрит Березовский снял офис. «По духу и стилю он далеко не был похож на клуб "ЛогоВАЗа" в Москве, но офис был дизайнерски оформлен и очень функционален», — рассказывает Воронов. Но, несмотря на скромность офиса и немногочисленность персонала (там работали 8 человек), Березовский денег не экономил. Близкий партнер беглого олигарха, который в то время отвечал за финансовые расходы, рассказывает, что траты достигали $10 млн в месяц. «Летал на самолете как бешеный. Проводил в самолете по 80–90 часов в месяц. Франция, Израиль, Грузия — пока не было ограничений, он летал постоянно», — рассказывает знакомый олигарха. Следить за расходами Березовскому не требовалось. С самого начала ответственным за финансы и все бизнес-проекты был его партнер Бадри Патаркацишвили. Как рассказывал Березовский в последнем интервью Forbes, он с самого начала отдал все деньги Бадри и потом брал их у друга на жизнь и проекты.

Это подтверждают и его друзья. «Он говорил: Бадри, мне надо двадцать — и Бадри давал двадцать. Отношения между ними были настолько близкие, что Березовский даже не задумывался о том, чтобы юридически оформить договоренности. Бадри мог спокойно отправить своему партнеру грузинской еды специальным частным самолетом. Вы понимаете, какова стоимость рейса Тбилиси — Лондон, пять часов полета, с обслуживанием, парковкой и персоналом, и все это только для того, чтобы Боря поел хачапури!» — удивляется бизнесмен, наблюдавший этот рейс.

Кроме ежедневных трат, были и крупные — для подтверждения статуса влиятельного и богатейшего из предпринимателей. $25 млн Березовский потратил на приобретение самолета повышенной комфортабельности Bombardier Challenger, $10 млн — на покупку квартиры в престижном районе Белгравия, большие средства тратились на строительство 110-метровой океанской яхты.

Вся эти расходы делались не для веселой жизни, а для статуса, считает Богуславский. «По крайней мере так было в начале 1990-х, когда мы общались». Он вспоминает своего друга, когда тот жил в 10-метровой комнате со второй женой Галиной и с ребенком, но при этом разъезжал на 600-м «мерседесе». «Борис считал, что так надо. Нужно быть на определенном уровне — повара и няни вокруг. Это уважение». Так же Березовский вел себя и в эмиграции — главный враг Путина должен вызывать ужас и восхищение.

«Ай нид хелп»

В лондонском офисе Березовского закипела жизнь. Поток просителей не иссякал, и многим везло. Юлий Дубов, писатель и близкий друг Березовского, работавший с ним со времен «ЛогоВАЗа» рассказывает: «Собирательный портрет человека, который крутился вокруг Бориса и всячески с ним дружил, такой: умный, знает, чего хочет, ему нужна помощь. И он все получает — деньги, работу, рекомендации, протекцию, общение. Потом он с Борисом некоторое время дружит, целуются при встрече. Немного погодя оказывается, что все желаемое уже получено, а риски от общения с этим врагом народа растут и уже перевешивают все, что еще можно получить от Бориса. И человек говорит: спасибо, до свидания, я тебя люблю, только больше не звони. Это в лучшем случае. А то и просто предает в открытую». Бывший партнер Березовского Евгений Йоффе говорит о его окружении более жестко: «Это были либо воры и жулики, либо некомпетентные люди, либо и то и другое сразу. Его окружение было одной из причин, почему мы с ним не сработались».

Были и те, кто сразу получал деньги и исчезал. Йоффе вспоминает, как в 2001 году Березовскому предложили купить модельное агентство в Милане и попросили аванс, после этого люди «пропали с горизонта». Найти следы авантюристов некогда влиятельным олигархам было уже сложно — в ссылке влияние и Бадри, и Березовского сильно поубавилось.

Как рассказывает Йоффе, как-то к Березовскому пришел некий Джон Томпсон и предложил купить европейскую часть бизнеса компании Exodus. Одна из американских телекоммуникационных корпораций не смогла оправиться от кризиса «доткомов», и Томпсон предложил купить за $50 млн ее европейский актив — компанию Glidepass. По словам Йоффе, проект был провальный с самого начала: «Идея по развитию бизнеса была неумная, бизнес-план «не летал», но даже если бы и «летал», то доверять это конченому аферисту я бы не стал». В итоге Березовский, по словам Йоффе, с Томпсоном судился, но денег не вернул. Слышал об этой истории и другой партнер и друг Березовского. Однако подробности сделок неизвестны — ни Березовский, ни Патаркацишвили об этом не рассказывали.

Еще легче Березовский давал деньги, если это было связано с политикой. Как-то Березовский не задумываясь отдал $5 млн малоизвестному китайскому гражданину за организацию встречи с Цзян Цзэминем, тогдашним руководителем Китая. Китаец перечислил деньги в какой-то фонд и испарился.

По словам близкого партнера Березовского, бизнес-стратегии ему были откровенно скучны. «Я один раз пытался заставить его посидеть на совещании по бизнесу, — рассказывает источник. — Так он на нем уснул». «Бизнес перестал быть мне интересен начиная

с 1994 года», — подтверждал в беседе в Forbes сам Березовский. Некоторых партнеров это даже шокировало: «Я поразился, насколько этот человек интеллектуально развит и внутренне богат и насколько при этом он был примитивен в бизнесе, просто какой-то каменный век», — рассказывает Евгений Йоффе.

Joga bonito

Березовскому не был интересен классический, консервативный бизнес. Он хотел делать деньги из воздуха. «Это желание превалировало над любыми расчетами, — рассказывает близкий партнер и бывший помощник покойного. — Они оба с Бадри были законченные игроманы. Им нужно было зарабатывать не сто, а сотни процентов. Вот что их губило».

В 2004 году иранский предприниматель Киа Джурабчиан уговорил Бориса Березовского вложиться в бразильский футбольный клуб. Он создал компанию Media Sports Investments, которая приобрела права на управление знаменитым клубом «Коринтианс». Кроме того, русские инвесторы получили еще и часть прав на футболистов. По словам Березовского, идея с покупкой клуба была не его, а Патаркацишвили, у Бадри уже был «Динамо» (Тбилиси), и ему хотелось еще.

Впрочем, бывшие партнеры Березовского говорят, что идея все-таки принадлежала Березовскому. «Мы идем покупать страну, — передает слова Березовского Йоффе. —Купить самую знаменитую бразильскую команду — это путь к этому». У «Коринтианса» 23 млн активных фанатов и еще 7 млн «спящих» — то есть больше 15% населения страны болело за эту команду. Тогдашний президент Бразилии Лула да Сильва был членом попечительского совета, он искал инвестора для сборной, и Березовский решил: он снова кому-то поможет стать президентом. «Киа Джурабчиан его развел и напел, что в Бразилии тебе отдадут за три копейки национальную авиакомпанию, медное месторождение, потому что все там решается через политику», — вспоминает друг Березовского (Джурабчиан для комментариев не доступен).

Березовский поверил. Чтобы управлять «Коринтиансом», партнерам пришлось потратить около $50 млн. Еще в $50 млн обошлась покупка нескольких игроков. Сообщение о том, что права на мировых звезд, аргентинцев Маскерано и Тевеса, принадлежат беглым русским олигархам, вызвало громкий международный скандал. Как вспоминал Березовский в беседе с Forbes, ему предлагали авиационную компанию, построить стадион, а закончилось все печально. В мае 2006 года его задержали в аэропорту Сан-Паулу. Допрос длился больше восьми часов. Вопросы сводились к одному — происхождению денег, потраченных на покупку игроков и инвестиции в клуб. Вскоре Березовского отпустили, однако перед русским олигархом остро встала проблема происхождения его капиталов. Ему, по словам одного из его друзей, во время бразильского скандала прозрачно намекнули из Лондона, что, если бразильцы докажут, что Березовский действительно лично владеет правами на игроков, придется его выдать Бразилии и дело будет совсем уже не политическим. Олигарх понял, что играет с огнем, и больше на приглашения бразильских чиновников не откликался.

Апельсины, тюльпаны и бульба

Политика всегда занимала Березовского гораздо больше, чем бизнес. Еще в 2000 году Березовский организовал фонд, через который поддерживал политические и гражданские проекты в разных странах. Возглавил его Александр Гольдфарб. Его как раз тогда уволили из Фонда Сороса за то, что он по просьбе Березовского помогал вывезти из России в Лондон Александра Литвиненко. «Сорос сказал мне, что ключевой человек в фонде не может заниматься ввозом и вывозом сотрудников ФСБ», — вспоминает Гольфарб. Фонд поддерживал до 150 различных организаций, включая интернет-СМИ и Музей Сахарова. Всего же, по словам Гольдфарба, фонд потратил $60 млн, из которых «примерно половина ушла на поддержку демократических институтов на Украине».

Идея поддержать Виктора Ющенко родилась за полгода до «оранжевой революции». Как рассказывал Березовский Forbes, к нему обратился украинский депутат Давид Жвания. «Быстро определились, что надо делать: давать деньги на развитие демократических институтов. Майдана еще не было, но было понятно, что надо готовиться», — вспоминает Юлий Дубов.

Как рассказывают друзья предпринимателя, Березовский не только финансировал политическую кампанию, но и принял в ней деятельное участие. Он лично писал письма Ющенко и Тимошенко, и их потом передавали его люди. Когда Ющенко оказался в больнице, Березовский буквально поднял его с койки. Вот что рассказывает Дубов: «Он позвонил ему в клинику в Австрии и сказал: если хочешь быть президентом, бери свои капельницы и дуй в Киев. Если еще день пролежишь — историю можешь считать законченной». Ющенко послушал Березовского и приехал в сентябре обратно, несмотря на запрет врачей «Рудольфинерхауса». Виктор Ющенко не смог связаться с Forbes, поскольку, по словам его представителя Ирины Ванниковой, находился в командировке. По словам Ванниковой, Березовский не звонил Ющенко в клинику, а Ющенко никогда ничего не обещал Березовскому. Когда же случился Майдан, деньги Березовского оказались кстати. По словам Гольдфарба, во время противостояния на Майдане палатки, еду и все оборудование для многотысячного городка закупали на деньги Березовского.

«Ни копейки не дали американцы, пообещали двадцатку — кинули в последний момент», — жалуется один из близких партнеров Березовского, занимавшийся в том числе расчетами по Украине. Причем Березовский сам занимался организацией.

«Я как-то раз зашел, а он сидит и объясняет по телефону: «Юля, там туалеты поставьте, еду подвозите в такое-то время. Он конкретно отстраивал все вручную», — рассказывает Йоффе.

В общей сложности на поддержку «оранжевой революции» Березовский потратил более $70 млн — частично через Гольдфарба, а частично напрямую, структурам Ющенко. Березовский рассчитывал, что Украина изменит Россию, но, как он сам признавался в последнем разговоре с Forbes, недооценил российское общество: «На постсоветском пространстве демократия стала не в моде».

Как это всегда бывает с Березовским, кроме гипотетических расчетов на перемены в России, которые частично оправдались — по Москве стали ездить люди с оранжевыми ленточками, а Кремль надолго испугался «оранжевой чумы», — у партнеров были конкретные бизнес-интересы. Люди в его окружении говорят, что Березовский и Патаркацишвили сформировали список предприятий, над которыми они рассчитывали получить контроль. Главной целью был «Укртелеком», украинский монополист связи. Кроме того, в «листе желаний» присутствовали Одесский припортовый завод, доля в «Криворожстали» и участок под строительство 1 млн кв. м жилья в Киеве.

По словам источника, близкого к переговорам, Ющенко посулил Березовскому лишь половину «Укртелекома». Другую половину должен был купить польский миллионер, член списка Forbes Ян Кульчик, заработавший основные средства на телекоммуникациях. Учитывая, что в 2010 году «Укртелеком» оценивался в $1,3 млрд, Березовский мог отбить инвестиции в революцию в десятикратном размере. Но олигарх на переговоры не пошел и стал требовать всю компанию. В итоге ему закрыли въезд в страну, а потом Тимошенко и Ющенко перестали подходить к телефону.

Другой близкий друг Березовского, который в том числе отвечал за переговоры с украинцами, рассказывает, что Березовского подвела непоследовательность. Изначально договоренность была на тандем Ющенко — Порошенко, но когда Ющенко попал в больницу, Березовский стал опасаться провала и сделал ставку на Тимошенко. Он начал с ней сепаратные переговоры и согласился с тем, что она станет премьером. По словам представителя Ющенко, бывший президент Украины никогда не обещал Березовскому ни акций «Укртелекома», ни чего-либо еще. Помощница Юлии Тимошенко Ольга Трегубова сообщила, что с Тимошенко связаться невозможно из-за того, что экс-премьер отбывает срок в тюрьме. Отказался от любых комментариев, связанных с Березовским, и Давид Жвания.

Больше повезло Березовскому с другой революцией. По его словам, в Киргизии они с Патаркацишвили финансировали «консультативную группу», которая помогала Курманбеку Бакиеву. По словам источника, близкого к Березовскому, он участвовал в подготовке «тюльпановой революции», причем обошлось это недорого — всего $5 млн. После победы Бакиев расплатился долей в золотодобывающем активе — месторождении Джеруй, втором в стране по запасам золота. Большая часть компании принадлежала госагентству «Кыргыз-Алтын». Запасы месторождения составляют ориентировочно 84 т золота и 13 т серебра. Предварительно лицензию отобрали у британской золотодобывающей компании Oxus Gold и в мае 2006 года передали «западным инвесторам» — австрийской компании Global G.O.L.D. Holding Gmbh. Представителем инвесторов и председателем совета директоров стал Рафаэль Филинов, президент фонда «Триумф». Предприятие было оформлено на него и еще одного партнера, за которыми стояли Березовский и Патаркацишвили. По данным российской Генпрокуратуры, 29 июля 2006 года Березовский даже прилетал в Бишкек — видимо, чтобы лично заключить сделку. Рафаэль Филинов прожил в Киргизии полтора года, провел предпродажную подготовку компании. «Я его «причесал», сделал красивый ТЭО, — рассказывает Филинов в интервью Forbes. — Потратил на это около $12 млн. Нашел хороших покупателей. Так как я все сделал вбелую, они дали хорошие деньги». В 2007 году доля в Джеруе была продана — $130 млн были переведены на счет Патаркацишвили как управляющего деньгами Березовского. В апреле 2010 года Бакиев был вынужден бежать из страны. Сейчас власти Киргизии приостановили действия лицензии на месторождение, принадлежащее «Кыргыз-Алтын» и казахстанской Consolidated Exploration Holding.

Березовский вкладывался не только в революции, но и во вполне реакционную стабильность. Последний политический проект «по улучшению имиджа страны» бизнесмен реализовал в Белоруссии. Начиная с 2008 года улучшением имиджа Белоруссии на Западе занимался лорд Тимоти Белл и его компания Bell Pottinger Group. Главные достижения Белла — встреча Лукашенко с папой римским Бенедиктом XVI и приглашение Лукашенко на саммит ЕС, что ранее невозможно было представить. Александр Лукашенко в интервью Russia Today в марте 2013-го признался, что Белла рекомендовал ему Березовский. По его словам, лорду Беллу Белоруссия денег не платила. Что логично, поскольку деньги Белл получил от Березовского. По данным источника, входящего в оргкомитет проекта, всего на Белоруссию было потрачено $60 млн. Березовскому открыли Белоруссию, однако российская Генпрокуратура запрос не посылала — Россия избегала противостояния с Лукашенко. Березовского у самолета встречала машина с «мигалкой», и в сопровождении охраны он ехал в резиденцию в Радошковичах под Минском. «Он там построил себе деревню и кайфовал, — рассказывает друг Березовского. — Березы, русские женщины, свежее мороженое по 20 копеек, черный хлеб… Он чувствовал себя на родине».

Сам Березовский рассчитывал на многое. «У него были огромные планы. Он хотел сделать Белоруссию офшорной зоной, настроить там казино и так далее», — рассказывает один из близких друзей беглого предпринимателя. Но одним из пунктов соглашения с Белоруссией было привлечение инвесторов. Инвесторов Березовский, конечно, не привел. Поэтому вскоре был расторгнут контракт с Беллом, а после массовых протестов в Белоруссии в декабре 2010 года и жесткой реакции на них Лукашенко Европа опять отвернулась от Минска. Минск же отвернулся от Березовского. В марте 2011 года из Минска вывезли все вещи олигарха, были закрыты и представительства.

По словам бывшего кандидата в президенты Белоруссии Ярослава Романчука, именно Березовский посоветовал Лукашенко на выборах 2010 года зарегистрировать всех конкурентов и провести их по возможности прозрачно. Это должно было его легализовать в европейском сообществе. Но не сложилось.

На хлебе и воде

По мнению партнера Березовского, деньги от продажи киргизского месторождения были единственной прибыльной операцией олигарха в 2000-е годы, если не считать доходов от сделок с недвижимостью. Продажи «Сибнефти», «Русала», «ЛогоВАЗа», «Коммерсанта» и ОРТ таковыми не считаются, поскольку эти активы были приобретены в 1990-е. Неужели у Березовского вообще не было сколько-нибудь успешного бизнеса?

Когда во время встречи корреспондент Forbes спросил Березовского, был ли у него какой-то успешный бизнес-проект за последние 12 лет, тот вспомнил Salford Capital Partners, которая управляла деньгами, заработанными тремя фондами. В начале 2000-х Березовский и Патаркацишвили вложили в один из них $320 млн. Фонд заработал, а Salford провела ряд успешных сделок, в частности купила завод «Боржоми». Вокруг головного предприятия Йоффе стал выстраивать сбытовую и производственную цепочку. Фонд купил около 20 брендов по всей России, в том числе «Святой источник». На скупку активов тогда потратили около $100 млн, а концу 2000-х IDS Borjomi стала крупнейшей компанией по выпуску природной бутилированной воды в России и странах СНГ. Деньги Березовского и Патаркацишвили были так умело спрятаны, что претензий не возникало даже к российским активам. Несмотря на то что российская Генпрокуратура требовала у Березовского больше 3 млрд рублей и в качестве обеспечения замораживала счета в Швейцарии и арестовывала яхты во Франции, предприятия в России спокойно работали. Суммарная выручка IDS Borjomi в 2012 году достигла $350 млн. 13% выручки приходилось на Грузию, более 70% — на Украину.

Йоффе интересовали не только активы в СНГ. Фонд под управлением Salford купил 15 молокозаводов в странах бывшей Югославии, а также кондитерскую фабрику и завод питьевой воды. На момент приобретения активов в 2006 году общая EBITDA балканского холдинга была на уровне $20 млн, а уже к 2012 году она достигла $100 млн. В это время семья Патаркацишвили и Березовский потребовали продать активы. В январе 2013 года «Альфа-Групп» приобрела около 55% IDS Borjomi, заплатив $230 млн (вся компания была оценена в $420 млн). Балканские активы пока еще ждут своего покупателя.

Но доходы от успешного бизнеса Березовскому так и не достались. Отчасти по его собственной вине. Йоффе вспоминает, что в 2000-х Березовский просил его структурировать активы по образу и подобию Millhouse Capital Романа Абрамовича. Но дело так ничем и не кончилось. «Это было бесполезно, как кукурузу в Сибири выращивать. Боря — динозавр, он не готов был меняться, не готов был бороться со своим окружением и жить по каким-то четким правилам», — рассказывает человек из окружения бывшего олигарха.

Путь к разорению

Двенадцатого февраля 2008 года около 23:00 по Гринвичу от сердечного приступа в своем доме скончался Бадри Патаркацишвили. В этот момент Борис Березовский потерял большую часть своего состояния.

В последнем разговоре Березовский признавался Forbes, что не ожидал, что Бадри умрет раньше него. Судя по всему, не ожидал этого и Патаркацишвили. По словам друзей Березовского, оба партнера не позаботились о том, чтобы юридически оформить раздел собственности. Березовский был уверен, что деньги и активы он делит пополам с партнером, но, как оказалось, это было не так. Сразу после смерти Бадри его вдова Инна подписала бумагу, по которой обещала передать половину активов Березовскому, но потом передумала, сказав, что была в состоянии аффекта. Так одномоментно Березовский лишился одновременно и денег, и их добытчика. Последний транш, $40 млн, за продажу киргизского месторождения был отправлен Патаркацишвили в день его смерти. Но им уже не смог воспользоваться ни грузинский предприниматель, ни его лондонский партнер.

Смерть Бадри стала тяжелым ударом для Березовского. Он не ожидал, что останется у разбитого корыта. Как рассказал Березовский в интервью Forbes, он понял, что не разобрался в человеческих качествах партнера. В своем иске к семье Патаркацишвили, который он подал позже в Лондонский суд, он оценил потери в 50% всех активов Бадри. Эммануил Зельцер, адвокат Джозефа Кея, двоюродного брата Бадри Патаркацишвили и одного из претендентов на наследство, оценивал состояние Бадри на тот момент в $2,1 млрд. В материалах суда, копией которого располагает Forbes, упомянуты 152 компании, на доли в которых мог так или иначе претендовать Березовский. Среди них и знаменитый офшор Andava, через который Березовский и его управляющий Николай Глушков вели дела АвтоВАЗа, «Аэрофлота», «ЛогоВАЗа», ИД «Коммерсантъ», ОРТ и многие другие активы. Со временем Березовский стал снижать сумму претензий.

Это был не единственный удар. Почти сразу после смерти Бадри подала на развод вторая жена Березовского Галина Бешарова, с которой бизнесмен не жил с 1993 года, но формально разрыв не оформил. По итогам судебного разбирательства в 2011 году Галина сумела отсудить у него £200 млн. В разговорах с друзьями до смерти Березовского, Бешарова заявляла, что «ничего не получила». Общаться с Forbes она отказалась.

Потеряв сотни миллионов долларов, Березовский был вынужден распродавать активы. Сначала предприниматель перестал финансировать строительство яхты. Затем заложил самолет. Потом заложил и продал два поместья в графстве Суррей — Wentworth Estate, в котором он жил с женой Еленой Горбуновой, и Hascombe Court, купленный в 2004 году дочери и зятю. По словам друзей Березовского, с Галиной Бешаровой он все-таки расплатился, но лишь частично, продав дома и еще некоторые активы.

Все свои надежды Березовский возложил на судебное разбирательство с Романом Абрамовичем. Иск он подал в 2010 году. Он претендовал на $5,5 млрд, якобы недополученных от сделки по продаже «Сибнефти» и доли в «Русале» «Газпрому» и «Базэлу» соответственно. Подробности и ход этого дела хорошо известны. Примечательны детали. К примеру, рассказывает друг бизнесмена, Березовский не стал слушать адвокатов, рекомендовавших ему говорить в суде с переводчиком. «Я говорю с ней на одном языке, это мое преимущество», — настаивал бывший олигарх. Художественный руководитель премии «Триумф» и близкая подруга семьи Березовского Зоя Богуславская встречалась с Березовским в начале 2012 года на дне рождения его матери. По ее словам, он был в восторге от судьи: «Он говорил, какая замечательная судья Глостер, как он ею очарован и, главное, как она очарована им». Тем ужаснее для него оказался вердикт. «Я его встретил в Four Seasons после суда, — рассказывает Йоффе. — Его лицо было серо-зеленого цвета. Сколько я его знаю, таким его никогда не видел».

Сразу после проигрыша в суде Абрамовичу в сентябре 2012 года Березовский прекратил все судебные процессы (а он судился не только с семьей Бадри, но и со своим бывшим управляющим Йоффе, с участником списка Forbes Василием Анисимовым и др.). Березовский заключил мировое соглашение с семьей Бадри, по которому отказался от всех своих претензий на общие с Патаркацишвили активы. По словам управляющего активами семьи Патаркацишвили Ираклия Рухадзе, мировое соглашение «бизнесмен бы никогда не подписал, будь он в другом состоянии». Условия соглашения Рухадзе не раскрывает, но утверждает, что все выплаты были сделаны в первые недели после соглашения. По его словам, денег Березовский не получил — все средства, минуя счета Березовского, сразу ушли кредиторам Березовского и адвокатам Романа Абрамовича. Это косвенно подтверждает источник Forbes в «Альфа-Групп», купившей холдинг Borjomi. Он рассказывал, что все деньги за пакет Березовского были отправлены напрямую Абрамовичу в счет погашения долга Березовского. Другой собеседник Forbes из окружения Березовского говорит, что семья Патаркацишвили обязалась оплатить судебные издержки Березовского в ответ на отказ последнего от всех претензий. Эту сумму он оценивает в £40 млн.

В состоянии депрессии после суда с Абрамовичем, Березовский продумывал план возвращения в Россию, рассказывает Forbes друг Березовского, встречавшийся с ним.

Последующее решение Березовского было абсолютно в его стиле. Через несколько недель после проигрыша он написал письмо Абрамовичу с просьбой простить и помочь вернуться, рассказывает Forbes высокопоставленный источник в правительстве. Знакомый Абрамовича рассказал Forbes, что Березовский даже просил Абрамовича простить долги по процессу. Другое письмо о прощении он отправил Путину. По мнению собеседника Forbes, Березовский совершил ошибку, начав говорить о письме Путину направо и налево — даже приезжающим в Лондон с гастролями российским артистам, к примеру Евгению Миронову. «Очевидно же, что если надеешься на положительный ответ, то надо помалкивать», — комментирует чиновник. «Единственный шансом на его возвращение было сотрудничество с российскими спецслужбами. Он написал письмо, уже проиграв. Но всем было понятно, что в случае победы его бы понесло. Он бы вкладывал деньги в российскую оппозицию, поехал бы финансировать оппозицию в Белоруссии, — считает источник, близкий к Путину. — С его размахом одной России ему мало. Он совершенно оторвался от действительности. Новое поколение, которое хочет перемен, не хочет Березовского».

Распродажа

Один из друзей Березовского пересказал Forbes историю, характеризующую последние дни жизни бывшего олигарха. После оглашения решения Лондонского Высокого суда Березовский рассматривал золотые карманные часы, которые случайно обнаружил в офисном сейфе. Раритетный столетний Patek Philippe, скорее музейный экспонат, чем дорогой подарок. Все портила гравировка «Дорогому другу Рафу от Лены и Бориса в День рождения». Когда-то Борис подарил эти часы своему другу. Проведя пальцем по шершавой гравировке, он вдруг спросил свою помощницу Светлану, нельзя ли счистить надпись. Она изумилась — Рафаэль Филинов передал ей эти часы на хранение. Но Березовский всерьез интересовался, за сколько можно их продать.

Когда незаложенной или непроданной недвижимости не осталось, в расход пошли личные вещи. Часть имущества Березовский был вынужден продавать на аукционах. Корреспондент Forbes присутствовал на последнем из этих торгов, проходивших в полупустом зале. Аукционист Christie’s уже продал наброски Марка Шагала, Анри Матисса, за $2,8 млн гравюру «Девушка на берегу» Эдварда Мунка. Очередь дошла и до Энди Уорхола. Сотрудник салона в рубашке с галстуком и переднике Christie’s вытащил на сцену картину «Красный Ленин». Впервые послышалась русская речь: когда цена дошла до £90 000 картина стала интересовать лишь двух агентов, один из которых, женщина, на русском диктовал цены клиенту. Спор за картину, принадлежавшую ранее самому влиятельному в России предпринимателю, занял лишь пару минут. Русский клиент не стал бороться — на £110 000 агент, говорившая по-русски, улыбаясь, покачала головой. Аукционист легонько стукнул молоточком по столу — продано. Имущество Березовского уходило с торгов тихо, не привлекая внимания ни аудитории, ни самого предпринимателя. Когда позже корреспондент спросил у Березовского, встретит ли он его на аукционе, Березовский рассмеялся: «Вы правда думали, что я туда пойду? Я о том, как проходят аукционы, знаю лишь по Fantom Opera. Ни разу лично не присутствовал».

Леонид Богуславский вспоминает, что Березовский всегда занимал деньги. Но никогда ранее он не был должен столько, и никогда в числе его кредиторов не было столько людей со сложной историей. По данным Forbes, своим адвокатам он должен был около $40–50 млн. Несколько лет он платил им ровно половину от выставленного счета. $50 млн он одолжил у Максима Бакиева — сына бывшего президента Киргизии Курманбека Бакиева, которому помог в свое время взять власть. Еще $30 млн он одолжил у предпринимателя Михаила Черного. Он должен был компенсировать Роману Абрамовичу судебные издержки по иску, который проиграл, — $62 млн. Обязательства перед Галиной Бешаровой на начало весны достигали $100 млн. Еще на $8 млн претендовала Елена Горбунова, третья жена. Итого $300 млн только по личным долгам, не считая банковских кредитов.

В качестве обеспечения по делу Горбуновой суд арестовал поместье Шато де ла Гаруп и виллу Клоше де ла Гаруп на мысе Антиб, которые Березовский купил еще в 1996–1997 годах. По словам одного из друзей Березовского, занимавшегося его активами, сейчас эта недвижимость стоит больше $300 млн, но продать ее невозможно — дома проходят по делу о легализации средств, рассматриваемому во Франции. Кроме французских поместий у Березовского на тот момент уже не было имущества, оцениваемого в миллионах долларов.

Пока продавали его картину, Березовский звонил другу: «Я тебя умоляю, это моя предсмертная просьба. Позаботься о Кате, дай ей денег, хоть $2000» — передает слова Березовского его друг. Он спокойно отнесся к словам «предсмертная просьба» — эту метафору Березовский использовал не впервые. Тем более что он просил дать денег своей знакомой Екатерине Сабировой на поездку в Тель-Авив, куда он сам должен был лететь 23 марта вечером. Одолжить на поездку $5000 у зятя Егора Шуппе и купить билеты в Тель-Авив Березовский успел еще раньше. Но поездке не суждено было осуществиться.

В день вылета, 23 марта, тело Березовского было обнаружено в ванной небольшого поместья в деревне Аскот. Это поместье он когда-то купил Галине Бешаровой и в последние месяцы жил здесь. С разрешения бывшей жены.

Кто разорил Бориса Березовского?