Сирия: С-300, зарин и ручка президента

О российских ракетных комплексах для Башара Асада

О новой дипломатической дуэли между Кремлем и Западом, о российских ракетных комплексах для Асада и о том, чем все это в итоге аукнется на Ближнем Востоке — The New Times выяснял в Лондоне, Москве, Тель-Авиве и Дамаске

Пуск ракеты ЗРК С-300 в рамках учений ПВО на полигоне Ашулук, Астраханская область

Переговоры госсекретаря США Джона Керри с президентом РФ Владимиром Путиным и главой МИДа Сергеем Лавровым 7 мая в Москве российский официоз преподнес как «конструктивные» и «многообещающие», федеральные каналы, строго следуя духу и букве кремлевских комментариев, называли американцев не иначе как «партнерами». Телекамеры то и дело выхватывали улыбающегося Путина и едва ли не с полуслова, судя по фамильярным жестам, понимающих друг друга Керри и Лаврова. Главный итог — обоюдное решение созвать в конце мая международную конференцию по Сирии. Сия благостная телекартинка начала рассыпаться на глазах, едва Керри улетел. Утром 8 мая Израиль по неофициальным каналам передал Москве просьбу не поставлять Дамаску «грозное оружие» — комплексы С-300. 10 мая в Сочи Путин встретился с британским премьером Дэвидом Кэмероном. Тема та же — Сирия.

Поигрывая ручкой

В 2008 году Владимир Путин опоздал на встречу с тогдашним шефом Пентагона Робертом Гейтсом и госсекретарем Кондолизой Райс на 40 минут. В 2013-м Джону Керри, который привез в Кремль «большой привет» от президента Обамы, пришлось ждать Путина три часа, два из них он провел в аэропорту, а еще один — на незапланированной прогулке по Красной площади. И хотя погода в Москве стояла хорошая, да и формальная причина для президентского опоздания — нагоняй кабмину — более чем уважительная, сигнал угадывался безошибочно: несмотря на все «приветы», пепел «закона Магнитского» все еще стучит в сердце нацлидера. Керри начал излагать Путину американскую концепцию урегулирования в Сирии, которая многим обозревателям показалась явным отходом от прежних позиций: свержение президента Башара Асада отнюдь не необходимо, усадить его за стол переговоров с оппозицией для создания переходного правительства — вполне возможно. Но Путин был не слишком внимателен — он демонстративно поигрывал ручкой. Будто выжидал, когда же Керри поведет речь о главном. О чем?

Госсекретарь в тот момент не мог не знать о разведданных: Дамаск через российский Внешэкономбанк с начала мая уже проплатил транш — по разным оценкам, около $100 млн — в счет 900-миллионного контракта по поставкам Сирии четырех ЗРК С-300. (Контракт был подписан еще в 2010 году, но в 2012-м поставки были приостановлены. — The Nеw Times) «Главное, естественно, произошло на закрытой части переговоров, — рассказал The New Times на условиях анонимности дипломатический источник в Лондоне. — Русские дали понять американцам, что контракты по С-300 и другим вооружениям будут выполнены». И пересмотреть свое решение они могут только в том случае, если Запад откажется от «расчленения Сирии», как того хотят англичане и французы, обдумываюшие план создания «буферной зоны». В ответ на возражение американцев, что, мол, в Париже и Лондоне хотят совсем другого, в Москве шутливо заметили: «Ну пусть тогда приедут расскажут». Дэвид Кэмерон решил использовать для этого давно планировавшуюся встречу с Путиным в рамках майского международного турне.

Кто пустил газ?

Повстанцы Свободной армии Сирии (САС) после боя в пригороде Дамаска Аль-Зиябийя

Перед тем как отправиться на встречу с Путиным, британский премьер заявил, что все меньше сомневается в достоверности сообщений о применении сирийскими военнослужащими химоружия. «Количество причин для сомнений продолжает уменьшаться», — сказал Дэвид Кэмерон 9 мая в британском парламенте. Споры о том, кто применил химоружие — правительственные войска или оппозиция, идут с 19 марта, когда официальный Дамаск объявил, что повстанцы провели в Алеппо «газовую атаку». Позже эту версию не исключила известный швейцарский дипломат Карла дель Понте, входящая в состав специальной комиссии ООН по расследованию нарушений прав человека в Сирии. При это она уточнила, что речь идет о применении нервно-паралитического газа зарин. Кстати, слова дель Понте российские федеральные телеканалы преподнесли как истину в последней инстанции. И при этом практически обошли вниманием последовавшие 7 мая уточнения спецкомиссии ООН: никаких неопровержимых данных о применении химоружия какой-либо из воюющих сторон пока нет. «Послушайте, о чем мы спорим! Ну откуда у оппозиции зарин? — недоумевает в разговоре с The New Times сирийский политолог Хайсам Бадерхан. — Он (газ) есть у Асада, еще старые советские запасы. Это армия Асада в декабре 2012-го пустила зарин, и не в Алеппо, а в Хомсе — в районах Аль-Байда и Дейр-Балбах. А если официальный Дамаск так уверен в обратном, то почему не пускает в страну группу экспертов по химоружию, которая уже три недели находится на Кипре и ждет разрешения на въезд в Сирию?»

Главной задачей Кэмерона было убедить Путина в том, что именно Дамаск пустил в ход зарин в Алеппо. «Применение армией Асада химоружия, относящегося к ОМУ, — это ключевой аргумент в пользу международного вмешательства и создания «бесполетной зоны» над Алеппо, все остальные не работают», — разъясняет лондонский источник The New Times. Но несложно предвидеть возражения Москвы: мол, Джордж Буш уже однажды «нашел» у Саддама Хусейна химоружие, а потом выяснилось, что это был лишь предлог начать войну. Нужен ли Сирии такой «иракский опыт»? «Мы готовы держать русских полностью в курсе расследования по Сирии и завершить его к той самой конференции, о которой договорились Керри и Лавров в Москве, — уверяет британский собеседник журнала. И добавляет: — Кэмерон не случайно после Сочи едет в Вашингтон на встречу с президентом Обамой. Нам нужна согласованная позиция».

«После нас хоть потоп»

Однако примет ли Москва во внимание эти аргументы — большой вопрос. Так, российский МИД почему-то никак не прокомментировал случившийся в конце апреля авианалет на город Саракиб в провинции Идлиб на северо-западе Сирии. Что за бомбы асадовские сбросили на город — до сих пор загадка, несмотря на многочисленные видеоролики на YouTube. «В том месте, куда упала бомба, появилось облако белого дыма, похожее на газ, который распространялся с большой скоростью, — рассказывает в телефонном разговоре с The New Times 25-летний житель Саракиба Сухейб эль-Халид. — Некоторые жители нашего района побежали на место взрыва, чтобы помочь пострадавшим, но потом почувствовали запах газа и «отключились». У всех потерпевших одни и те же симптомы: удушье, лихорадка, рвота… Через несколько часов мы с ребятами снова пришли туда, где была воронка, подобрали осколки снарядов, кусочки земли, остатки одежды в том месте… Мы готовы все это показать экспертам ООН. У нас есть доктора, которые все смогут доказать. Сейчас мы ждем две комиссии из Турции и Британии».

Между тем официальный Дамаск в случившемся в Саракибе поспешил обвинить оппозицию.

«Режим сейчас исповедует тактику «после нас хоть потоп», — считает Хайсам Бадерхан. — Отсюда и резко возросшее число жертв: если раньше в Сирии ежедневно погибало 120–150 человек, то теперь — 400–500».

Вопросы без ответа

Сочи, 10 мая. В фокусе переговоров Путина и Кэмерона — Сирия

Прекратить войну без дипломатии не получится. Но как? Даже если Асад и согласится на диалог с оппозицией, как откликнется другая сторона? Оппозиция до сих пор раздроблена, и ни одному из ее лидеров до сих пор не удавалось привлечь сколь-нибудь значительные средства из-за рубежа. «Саудовская Аравия и Катар обещали «золотые горы», но одно дело поселить аль-Хатиба (только что ушедший в отставку лидер сирийской оппозиции. — The New Times) в пятизвездном отеле, а другое — дать денег на строительство серьезной политической и военной структуры, — разъясняет Хайсам Бадерхан. — Но ведь этого не происходит».

«С первого дня, как я взял в руки автомат, я думал, что сражаюсь за свой народ, против армии убийцы, который до сих пор на свободе. Свержение Асада остается моей целью, — говорит The New Times солдат Свободной армии Сирии (САС) из бригады «Ахфад аль-Расул» («Внуки пророка») 29-летний Абу Юсеф, с которым удалось поговорить по телефону.

Готов ли он сложить оружие, если переговоры начнутся, но Асад не уйдет с президентского поста?

«Если оппозиция будет решать вопросы с президентом, а не требовать его отставки, то они предатели. Что эти парни из «коалиции» (Национальная коалиция революционных и оппозиционных сил (НКОРС). — The Nеw Times) сделали для моих ребят? И сейчас, и год назад — ничего. Одни только постоянные сообщения о спонсорах из Европы. Но к нам их деньги почему-то не попадают… Мы сами все достаем — деньги, оружие, медицинские препараты…»

Проблема, однако, не только в нехватке средств. Оппозиция не только раздроблена — она чересчур разношерстна. «Новым лидером оппозиционной коалиции стал христианин Джордж Сабра, — поясняет Хайсам Бадерхан, — но сможет ли он, к примеру, оказывать влияние на радикалов-исламистов из группировки «Джабхет аль-Нусра» («Фронт поддержки») — ответить я пока не берусь».

А кто возьмется?

---

«С-300 — это Рубикон» Елена Шафран, политический обозреватель 9-го канала (Израиль)
Совпадение или нет, но едва появились слухи о решении Москвы поставить-таки Башару Асаду комплексы С-300, Израиль принялся в срочном порядке укреплять границы. На севере — у Хайфы и Цфата — установили системы ПРО «Железный купол». По периметру границы с Сирией демонтируют старые пограничные заграждения, напоминающие заржавелую сетку рабицу на подмосковных огородах. Их меняют на четырехметровые непроницаемые заграждения, напичканные электроникой. ЦАХАЛ передислоцировал на Голаны двухтысячный контингент. Все это заметили в Сирии, Ливане, Иордании… Поднялась шумиха: не готовится ли Израиль к наземной операции? Но министр обороны Израиля Моше Яалон, вместо того чтобы дать внятный ответ о причинах израильской тревоги, заявляет, что был, дескать, не в курсе того, что происходит на северной границе, наверное, это армейские учения, о которых ЦАХАЛ ему не доложил. К чему эти увертки?
Есть и другие малопонятные эпизоды. С начала года израильские ВВС дважды — 30 января и 3 мая — нанесли удары по объектам военного назначения на территории Сирии. Для всех в Израиле очевидно, что налеты были. Есть очевидцы. Есть съемки. Есть жертвы. Наконец, сам Асад прекрасно знает, кто бомбил. Но официально факт налетов Израиль так и не признал.
Та же самая история с применением режимом Башара Асада химического оружия. То утверждается, что Асад применил ОМУ против повстанцев, то опровергается. Точно констатировать, что режим перешел «красную черту», не решается никто — ни Израиль, ни ООН, ни Запад. Все словно чего-то ждут. Чего?
Засуетились только после того, как стало известно о поставках С-300. Появление такого оружия у Асада резко меняет расстановку сил. Через Сирию — что бы ни случилось с Асадом — у этих ракет прямой путь в руки ливанской шиитской группировки «Хезболлах», которая есть и останется опорой Ирана в регионе.

фотография: РИА Новости, Reuters