Абажурнальная полемика

О заявлении Бориса Вишневского

Борис Вишневский может обвинить меня в терпимости к откровенной мерзости, коей является высказывание г-жи Скойбеды. Он может даже обвинить меня в популяризации оной мерзости. И все же я начну с того, что переведу это высказывание на нормальный русский язык. По сути это несколько переиначенный весьма популярный тезис неосталинистов в их полемике со сторонниками теории идентичности сталинского и гитлеровского тоталитаризма. В оригинале звучит он так: "Вот вы СМЕРШ на одну доску с СС ставите, а не будь этого СМЕРШа с его не вполне интеллигентными методами, из вас СС абажуры бы понаделала".

Я не буду углубляться в сто раз высказывавшиеся аргументы за и против этого тезиса. Спор на эту тему был, есть и будет. И любому добросовестному наблюдателю ясно, что в подоплеке этого спора лежит не стремление докопаться до исторической истины, собрав и правильно разложив все имеющиеся исторические факты, а, скажем так, философско-этическая позиция. Это все тот же извечный спор между "так было надо" и "так было нельзя". Сторонники "так было надо" полагают, что, в отличие от чужих зверств, свои зверства могут и должны быть оправданы. Благой целью. Необходимостью борьбы с чужими зверствами. Да просто тем, что это свои, а не чужие зверства. Им нельзя, а нам можно.

Далее. Приверженец "так было надо" считает, что те, кто отказывается оправдывать "наши" зверства и "клеветнически" приравнивает их к зверствам "чужих", суть враги, мешающие нам жить. И их можно и должно устранить из нашей жизни любыми средствами. Расстреляют их "свои" в подвалах Лубянки или "чужие" наделают из них абажуров в Бухенвальде - это уже непринципиально. Все во благо. Такие взгляды могут быть названы фашистскими или нацистскими. Хотя фашизм и нацизм – безусловно яркие, но не единственные проявления философии, предполагающей насильственное устранение из нашей жизни тех, кто мешает нам жить и триумфально шествовать к нашей великой цели.

А теперь я хочу спросить Бориса Вишневского, уже обратившегося в соответствующие органы на предмет привлечения г-жи Скойбеды к уголовной ответственности по 282-й статье: будем сажать всех, кто так думает? А ГУЛАГа на них хватит?

Статьи, карающей за "оправдание фашизма", не должно быть хотя бы потому, что доказать "оправдание фашизма" будет невозможно, не вывернув трижды эту статью наизнанку. Вы хотите сказать, г-жа Скойбеда оправдывает изготовление из людей абажуров? Но она всего лишь "иногда жалеет", что не из всех либералов сделали абажуры. Признается в таком грехе. То есть вроде как признает, что это грех. То есть признает, что делать абажуры из людей не следует.

Мы все, конечно, знаем, что она врет. Что на самом деле она не "иногда жалеет" в запальчивости, а только об этих абажурах и мечтает. Так будем судить за то, что человек не сказал, но подумал? У соответствующих органов нашей страны богатый опыт выявления того, что человек на самом деле подразумевал или на что только намекал. И в этом они всегда проявляли творческий подход. Привет Борису Вишневскому от ульяновской полиции, задержавшей людей за раздачу на Пасху листовок с портретом Маркса и надписью "Воистину Маркс!" Это так у нас сейчас с оскорблением религиозных чувств борются. Идея уголовной защиты всяческих оскорбленных чувств у нас сейчас вообще стала чрезвычайно популярна. Высказывание г-жи Скойбеды безусловно оскорбляет чувства. Оскорбляет память жертв, оскорбляет их потомков. Хотите нового судебного процесса об оскорбленных чувствах? Одного мало?

Мир так устроен, что одних оскорбляет глумливенькое напоминание про абажуры, а других – приравнивание СМЕРШа к СС. Г-жа Скойбеда посчитала себя оскорбленной и ответила оскорблением на оскорбление. Между прочим, как частное лицо. Гораздо страшнее то, что немалое количество наших граждан готово добиваться сатисфакции за свои оскорбленные чувства не в частном порядке, а обращаясь к репрессивной машине государства. И я подозреваю, что знаю, на чьей стороне эта машина в итоге окажется. Воля сажать своих идеологических оппонентов всегда будет сильнее у сторонников условной Скойбеды, чем у сторонников условного Гозмана. А в государстве, узаконившем уголовное преследование за высказывания, они всегда будут ближе к рычагам воздействия на судебную систему. Борис Вишневский хочет посадить Скойбеду, а посадит Гозмана. Вот его уже и Дума проверяет на предмет "оправдания" и "отрицания".

И еще. Я, конечно, понимаю, что делать из своих противников абажуры и всего лишь сажать их в тюрьму – это не одно и то же. Но различия между этими вещами чисто количественные. А вот качественно между ними существует общность: готовность оправдать насильственное изъятие из жизни тех, кто тебе идеологически неприятен. Вот и получается, что наши деды проливали кровь зря. Не было никакой Великой Победы. Гитлер победил нас изнутри. Фашизм разлит в наших жилах и триумфально шествует по России.