Мотив для убийства

Репортаж из Волгограда, где с молодым человеком расправились за то, что он якобы был геем

В ночь с 9 на 10 мая в Волгограде жестоко убили 22-летнего Владислава Торнового. По данным следствия, с молодым человеком расправились за то, что он якобы был геем. The New Times отправился в город на Волге выяснять подробности резонансного преступления

Погибший Влад Торновой (слева) с отцом Андреем Николаевичем. Фото из семейного архива

*Волгоград входит в так называемый «красный пояс» — группу российских регионов с устойчивой поддержкой КПРФ на местных и федеральных выборах. В декабре 2011 г. КПРФ набрала в городе 25%, а «Единая Россия» — около 30%.

Город Волгоград встречает гостей красными флагами, растяжкой «Вечная слава героям, отдавшим свои жизни за священное дело освобождения Родины и всей Европы от коричневой чумы фашизма» и большими плакатами «С Днем Победы!» Корреспондент The New Times посетил город 12 мая. Всего за три дня до этого Волгоград был Сталинградом: в январе 2013 года местные депутаты приняли закон, по которому городу в дни памятных военных дат возвращается прежнее название*.

Красноармейский район, в котором произошло убийство Торнового, располагается на южной окраине города. Местность болотистая — по обеим сторонам дороги качается сухой прошлогодний камыш. В советские времена здесь находились крупные заводы: канатный, судостроительный, нефтехимический, сажевый, к ним же была привязана и система училищ. В перестройку, по словам местных жителей, все «захирело» и «работы для молодежи не осталось». Сейчас район называют «криминальным». «Ты только телефоном здесь не сверкай», — напутствуют корреспондента Thе New Times местные пацаны.

Все четверо участников трагедии — сам Влад Торновой, его лучший друг Алексей Бурков, их знакомые Антон Смолин и Павел Семикин — жили в одном дворе, выходящем на проспект Канатчиков, длинную аллею с вязами, тополями и цветущей акацией.

Убийство

По словам Лилии Торновой, бабушки погибшего, 9 мая внук сказал ей, что к девяти вечера пойдет смотреть салют вместе с одноклассниками. После салюта он отправился домой один и по дороге встретил троих приятелей. Компания расположилась во дворе дома № 16 по улице Российской на лавочке под деревом рядом с песочницей. «Я видел их из окна своей квартиры около одиннадцати вечера. Двое сидели на лавочке, двое — на корточках перед ними. Играли в карты, пили пиво и курили», — рассказал The New Times местный житель Максим.

Что случилось дальше — есть несколько версий. Участковая уполномоченная полиции Алена Краснова рассказала The New Times: главный подозреваемый Антон Смолин утверждал на допросе, будто бы друг погибшего Алексей Бурков сказал ему, когда они сидели на лавочке: «А ты знаешь, что Влада пытались изнасиловать или изнасиловали когда-то на вечеринке?» «Смолин же, как человек, сидевший в колонии, воспринял это остро: мол, с нами на лавочке сидит «опущенный», — говорит Краснова.

Влад Торновой после окончания школы в 2007 г.

Друзья Торнового предложили иную версию: якобы сам Влад оскорбил Смолина намеком или шуткой о том, что тот во время своего пребывания на зоне мог иметь гомосексуальные контакты. «У Влада было своеобразное чувство юмора», — заметила его одноклассница Валерия Горан. Наконец, свое видение ситуации предложил The New Times старший следователь отдела СК Красноармейского района по Волгограду Бадма Гиляндиков: «Все просто. Один сказал: да ты гомик! А второй сказал: да ты сам гомик! Они начали обвинять друг друга и понеслось».

Во время допроса подозреваемые в убийстве объяснили, что сначала хотели лишь «пошутить» — раздеть Влада и отправить его домой голым. Но шутка приняла другой поворот.

«Я взял бутылку и засунул ее горлышко в анальное отверстие, а Леха ударил по бутылке ногой, после чего она вошла почти полностью», — рассказал 27-летний Смолин на следственном эксперименте, запись которого уже есть на YouTube. На вопрос, зачем он это сделал, Антон ответил так: «Потому что он сказал, что он гомосек».

Потом Смолин стал бить лежавшего на земле Влада по ребрам ногами. «Под конец Смолин взял 21-килограммовый булыжник и шесть раз опустил его на голову жертвы. Камень спрятали в мусорном баке во дворе», — говорит следователь Гиляндиков. Тело оттащили в центр детской площадки и, подложив под него кусок картона, решили сжечь, но это не удалось и труп просто бросили. Бабушка одного из подозреваемых, Людмила Васильевна Буркова, рассказала The New Times, что ее внук пришел домой около двух часов ночи, умылся и лег спать. Видимо, так же поступили и остальные.

Кто-то из местных жителей обнаружил труп в семь утра, вызвали полицию. Лицо жертвы было обезображено так, что его еле опознали. Влад лежал на боку, голый, в одних носках. Подозреваемых спустя несколько часов задержали — все они были дома, спали.

Семья Торновых

Родители Антона Смолина. Соседи считают их благополучной семьей

Дом Влада — старая кирпичная пятиэтажка. После того как родители несколько лет назад развелись, Влад стал жить с бабушкой Лилией Тимофеевной в ее большой трехкомнатной квартире. Квартира уютная, чистая и ничем не примечательная: на стенах висят ковры, мебель советская. Из-за гибели сына семья вновь собралась вместе: мама Влада Виолетта отказалась давать комментарии, зато охотно общается с журналистами его отец Андрей Торновой. Он специально вернулся из Тобольска, где теперь живет и работает начальником участка строительно-монтажной организации, чтобы «отстоять честь сына». Торновой-старший — накачанный мужчина в голубой футболке, черных очках, с толстой золотой цепочкой на шее — показывает стопку распечатанных страниц интернет-сайтов, где его сына «посмели назвать геем». Говорит, что обзванивает журналистов, грозится подать на них в суд.

По приезде в Волгоград отец Влада первым делом поехал к следователю Андрею Гапченко, который и озвучил прессе версию об убийстве на почве гомофобии. «Я объяснил ему: дружок, ты со мной не шути. Вы со слов каких-то ублюдков заявляете на всю страну, что убили гея. Меня сейчас сорвет, и я пойду на крайние меры. Твое счастье, что ты не в 90-х» — так Андрей Торновой пересказал корреспонденту The New Times свой разговор со следователем. Коллеги следователя говорят, что после этой беседы Гапченко ушел на больничный.

Подозреваемым в убийстве сына Андрей Торновой тоже пригрозил: говорит, сделает все возможное, чтобы в тюрьме им пришлось несладко. Намекнул, что он человек «с определенным прошлым» и у него есть связи в местах лишения свободы.

Про Влада отец рассказывает так: в школе парень хорошо учился, подавал большие надежды, но потом наступил переходный период, в который он бросил два вуза. Сначала поступил на менеджера в местный филиал Московского финансово-юридического университета, потом бросил и пошел на факультет электроники и вычислительной техники в Волгоградский политех, но бросил и его. Наконец, начал учиться на электротехника в местном училище, в этом году должен был его окончить. Отец хотел забрать сына в Тобольск и уже подыскал для него место.

Проблемы с учебой окружение Влада объясняет тем, что он связался с плохой компанией, в частности, с некоторыми из тех, кого теперь обвиняют в его убийстве.

Вдохновленный битой

Главный подозреваемый в убийстве — Антон Смолин

Главный подозреваемый в убийстве 27-летний Антон Смолин, по словам их общих знакомых, с Владом тесно не общался. Смолин пытался зарабатывать на жизнь ремонтом квартир. Дважды сидел за кражи и разбой: последний раз он освободился из колонии в августе 2012 года. «Образ жизни у него такой: выпил, украл — в тюрьму», — говорит участковый Алена Краснова. По ее словам, Смолин — картежник и любитель алкоголя. Известен тем, что, выпив, становится очень агрессивным.

Семья Смолиных живет на первом этаже дома № 4 по улице Удмуртской — напротив дома, где жил Влад. Мать работает диспетчером, отец — бизнесмен. Комментарии прессе они не дают. Соседи рассказывают, что Смолины живут замкнуто. Когда Антон сидел в колонии, родители говорили, что сын уехал на Север и хорошо там зарабатывает.

Друзей у Антона было немного. Знакомые описывают его так: молчаливый, вежливый, всегда поздоровается, агрессии не проявлял. Один из знакомых рассказал The New Times на условиях анонимности, что Смолин был скинхедом. На страничке подозреваемого на сайте «ВКонтакте» одна любимая цитата (орфография и пунктуация авторские): «Самое драгоценное что есть у нас это наш собственный народ, и ради этих людей и вместе с ними мы будем сражаться и будем бороться и не когда не отступим назад и не когда не сдодимся да здравстует наше движение, да здравствует наш народ (адольф гитлер)». На той же страничке Смолин обозначил свои политические взгляды как «социалистические», в графе «мировоззрение» у него — буддизм. В разделе «меня вдохновляют» Антон написал «дюралевая бита». Жизненные цели определил так: «дом, работа, создание семьи, очищение россии от черножопого говна». Любимая книга — «Майн Кампф», а из музыкальных групп предпочитает «Коловрат» и «Последние танки в Париже».

Все опрошенные The New Times знакомые Смолина говорят, что сомневаются в его психическом здоровье. «На допросе он улыбался и шутил», — сказала Краснова.

Лучший друг

22-летний Алексей Бурков — один из лучших друзей Влада. Вину свою отрицает, несмотря на показания Смолина и свидетеля Семикина.

Последние три года друзей постоянно видели вместе. Влад часто приходил к Алексею, они вместе гуляли, ездили на дачу, а недавно даже устроились вдвоем на стройку. Бурков сирота, его отец умер в начале 2000-х, мать — в 2010-м. Воспитывала его бабушка. Жил Алексей на пенсию, положенную по сиротству, учился на менеджера — правда, в училище появлялся редко. Знакомые Алексея говорят, что ни на одной работе он подолгу не задерживался, часто впадал в депрессию, винил в своих неудачах окружающих, вел себя то пассивно, то агрессивно.

По словам Алены Красновой, Бурков был четырежды судим по статьям мелкой и средней тяжести: кража, грабеж, нанесение побоев из хулиганских побуждений. А его бабушка Людмила Васильевна рассказала, что подозревала внука в увлечении азартными играми: «Как только у него появлялась пенсия, они с Владом ее тут же куда-то спускали».

Были у Буркова и проблемы с алкоголем: он не раз привлекался к административной ответственности за распитие алкогольных напитков в публичных местах. Его друзья говорят, что злоупотреблять алкоголем он начал лет пять назад, а после смерти матери пил запойно. «Постоянно здесь пьяный сидел на площадке. У него часто была белая горячка — скандалил, выбивал двери. Я знала, что чем-то ужасным все и кончится», — рассказывает соседка Мария.

Все знакомые удивлялись, почему Торновой связался с Бурковым. «Они с Владом были как плюс и минус, и видимо, каждый в этой дружбе находил то, чего ему не хватало», — предполагает Андрей Торновой. Бабушка Людмила Васильевна в виновность внука не верит: «Алексей не мог участвовать в убийстве, но почему он сразу не ушел или не заступился за друга — я не пойму. Он вообще человек добрый. Когда у него крыса умирала — он плакал. И еще я не понимаю, при чем там эти педики».

Свидетель

Место, где обнаружили тело убитого

Четвертый участник ночной трагедии — 22-летний Павел Семикин, который находится в статусе свидетеля, — от прессы скрывается. «У меня нет сил и желания давать интервью. Все на суде будет. Не хочу ничего сливать», — сказал Семикин The New Times. Однако он успел дать интервью телеканалу НТВ, после чего его мать упрашивала корреспондентов стереть запись. Следователи о Павле тоже говорить не хотят: боятся, что до суда он может «переобуться», то есть поменять показания.

Семикин много общался с Алексеем Бурковым, но его близким другом не был. На учете в полиции не состоит, проблем с законом не имел.

«Павел пытался остановить совершавших преступление, но как остановишь пьяных? Они его оттолкнули, сказали, чтобы не мешал, и продолжили», — говорит следователь Бадма Гиляндиков. Почему не убежал и не позвал на помощь? Алена Краснова полагает, что Семикин просто растерялся и испугался.

«Он был безобидный, заторможенный и немного глуповатый. Вряд ли он бросился бы кого-то защищать», — рассказывает Станислав Сытытов, знакомый Павла.

Вопрос ориентации

На детской площадке, где расправились с Торновым, снова играют дети

Пацаны из Красноармейского района, где жили убитый и подозреваемые, политикой не интересуются, к новостям равнодушны. О том, что в Санкт-Петербурге есть депутат Милонов, который яростно выступает против геев, впервые услышали от корреспондента The New Times. Но они и так считают гомосексуализм заболеванием. «Это у нас ругательство. Сидишь в компании, и тут один начинает: ах ты пидор, — говорит Сергей, светловолосый парень лет 25, посасывая сигаретный бычок. — А шутки про опущенных в нашем районе не прощаются».

ЛГБТ-сообщество в Волгограде находится чуть ли не в полуподпольном состоянии: активисты из Санкт-Петербурга рассказали, что у них нет связи с местной ячейкой. The New Times выяснил, что в городе действуют три клуба для людей нетрадиционной ориентации, а также существуют многочисленные группы на сайте «ВКонтакте»: группа «Гей-Волгоград» насчитывает 1257 участников, Mix-bar «Пульс» — 545, Golden flirt — 912, Full House club — 1370, «Pulsar-Волгоград» — 74. Ни в одной из этих групп Торновой не состоял, местные геи его не знают.

«Был Торновой геем или нет — непонятно. Подозреваемые озвучили такую информацию, а друзья Влада и его родственники это отрицают. Предположим, что геем он не был. Тогда получается, что убийцы сознательно выбрали гомофобный мотив, в надежде, что это вызовет понимание и сочувствие, а возможно, даже смягчение наказания. Сам факт того, что звучат слова «убили, потому что он гей» — вот что ужасно», — делится соображениями с журналом член местного гей-сообщества Николай.

Сейчас про трагическое убийство в Красноармейском районе в Волгограде говорят на каждом углу. Избегают лишь обсуждать мотивы. Следователь Гиляндиков даже сказал сердито: «У нас такие трагедии чуть ли не каждую неделю случаются. Это называется обычное бытовое убийство. По пьяной лавочке. Так и напишите».

На самой площадке, где все случилось, будто ничего и не было: в песочнице играют дети, к вечеру лавочки занимают мужчины с пивом. Жители окрестных домов иногда подходят посмотреть на место трагедии. «Бедный мальчик, какую смерть принял», — причитает бабушка из соседнего подъезда. «Вы что, геев оправдываете? — говорит ей молодой человек, представившийся Игорем. — Это не повод, конечно, убивать, но лечить их надо».

фотографии: со страницы vk.com, Юлия Чернухина, из личного архива