Что может лучше всего доказать несамостоятельность российских губернаторов? Например, их вызов в Кремль на курсы повышения квалификации

Российский губернатор — странный типаж! Его допускают руководить регионом, но в его опыте и достаточной квалификации сомневаются, почему и считают необходимым его учить. Тому подтверждение — намеченные на июнь (сразу после съезда Народного фронта) семинары для губернаторов в Москве.

С самого начала новейшей российской истории, когда в 1991 году председателей облисполкомов сменили назначаемые Борисом Ельциным главы администраций (имя «губернаторов» они присвоили себе позднее), отношение Кремля к руководителям регионов отличалось двойственностью. Уже с первого момента Москва не доверяла ею же направленным губернаторам, ибо вдогонку к ним назначались представители президента (сегодня переименованные в «федеральных инспекторов»).

Но важнее было то, что у глав регионов не имелось необходимой полноты власти для осуществления своих функций, ибо центр оставил за собой львиную долю тех полномочий, которые в других странах принадлежат именно губернаторам. Милиция, налоговики, пожарные, органы ЧС, статистики, СЭС (называю первые пришедшие в голову ведомства) им не подчиняются никоим образом. В лучшем случае губернаторы могут их о чем-то просить или согласовывать с ними.

Но главное свое предназначение — охрану жизни, здоровья и имущества граждан — они исполнять самостоятельно никак не могут.

Любопытно сравнить ситуацию в современной России с царскими временами, когда в высшей степени эффективно функционировал одноименный институт. Тогда губернатор вообще не имел экономического влияния в губернии и доступа к финансам. Он назначался министром внутренних дел и, по сути, был главным полицейским губернии, агентом МВД на территории с преимущественно контрольными функциями. Реальная экономическая и финансовая власть была у земств, казенных палат и других учреждений, от губернатора независимых.

Он же обходился минимальным штатом чиновников и не управлял жизнью в губернии, а надзирал за ней. Представить вмешательство губернатора в хозяйственные споры пароходств или купеческих домов было в принципе невозможно. Сейчас все наоборот. У руководителя региона нет формальной власти в отношении силовиков, зато масса возможностей кошмарить бизнес путем «разрешу — не разрешу» и собирать натуральный налог взяткой. Другими словами, губернатор, не способный выполнять своих функций по охране населения, объективно обрекается на коррупцию, ибо главное, что у него остается, это перераспределение имущества и финансов.

Уместная аналогия — постановка воеводы «на кормление» в допетровской Руси.

Добавим к этому отсутствие реального контроля за губернатором со стороны местного сообщества. Общественного мнения и понятия чести в отличие от царского времени не существует. Тогда вновь назначенный начальник губернии считал своим долгом заручаться, например, поддержкой предводителей дворянства, которые держали себя абсолютно независимо. Выборы в земство происходили всегда активно и «без дураков». Сегодня же оппозиции нет в принципе, депутаты заксобраний и прочие представители местной «элиты» озабочены лишь одним — собственным бизнесом и чтобы губернатор не мешал им обогащаться. Все остальное их совершенно не касается. «Политика» убита начисто.

Немудрено, что назначенный губернатор въезжает в область как триумфатор и вершит что хочет: назначает своих челядинцев на ключевые должности, переписывает региональный устав и… поучает. Сколько раз доводилось видеть повторяющуюся картину: новенький губернатор разъезжает по вверенной губернии, знакомится с ней и ничтоже сумняшеся распекает, разгоняет кадры, объясняет, как должно работать (разительный контраст с поведением губернатора американского, который, во-первых, всегда местный уроженец, а, во-вторых, учится у людей, ежеминутно спрашивая их мнение). Он дает невероятные обещания, слова «инвестиции», «бизнес-инкубатор» и т. п. то и дело слетают с уст, но через полгода-год все затихает, и жизнь возвращается в свое привычное застойно-коррупционное русло. Ведь до сих пор еще ни один заезжий миллионер — ни Александр Хлопонин в Красноярске, ни Дмитрий Зеленин в Твери — ничего нигде не изменил. Формальное возвращение «выборов» ничего не поменяло в этом раскладе, ибо все понимают, что выбора нет, и 14 октября прошлого года это ярко показало. Малейшие ростки конкуренции в Рязани и Брянске были пресечены на корню.

Инициатива по учебе губернаторов лишний раз показывает всю межеумочность их положения. С одной стороны — они самовластные князьки в своих регионах. С другой — им не доверяют. Абсурдность ситуации подчеркивает и то, что, по сути, в знаниях и способностях губернаторов то ли сомневаются, то ли полагают их совсем не обязательными, поскольку получается, что назначили их неподготовленными, раз требуется «обучение».

По большому счету региональная политика Кремля сводится к банальному торгу.

Регион отдают на откуп тому, кто гарантирует стабильность и нужный результат на выборах, но и ему до конца веры нет, и оттого к губернатору приставлены инспекторы, а силовики неподотчетны. Стоит, увы, заметить, что на местах альтернативой «вертикали власти» является либо хаос, либо неограниченное самодурство, но только не свободная и правильная политическая жизнь. Единовременная учеба губернаторов — также один из элементов контроля и воспитания лояльности, особенно по мере того как число формально избираемых глав регионов будет возрастать, а вместе с ними — и вероятность политических рисков. Губернаторской вольницы никто не допустит.

Неуправляемая Россия: зачем нужны главы регионов?