У власти всегда есть соблазн использовать свои полномочия против оппозиции, но при наличии зрелого гражданского общества это не так-то просто сделать

Оппозиция в России обвиняет власти в том, что уголовное и налоговое право и другие полномочия государства используются для преследования политических противников режима. Представитель Следственного комитета Владимир Маркин признал, что повышенное внимание его ведомства к Алексею Навальному связано с тем, что тот «дразнит власть». Прокуратура, Минюст и налоговые органы рука об руку проводят «ковровые» проверки российских НКО в поисках доказательств политической деятельности и зарубежного финансирования. Понятие политической деятельности при этом трактуется крайне расширительно — в нее включается все, что может иметь общественнное значение, вплоть до социологических опросов, охраны природы и борьбы с болезнями.

Давление государства на российский «третий сектор» привлекло внимание международных организаций, в том числе Совета Европы, и правительств ряд стран, которые усматривают в этой кампании признаки ограничения гражданских свобод. Озабоченнность происходящим выразил госдепартамент США, обвинив российские власти в охоте на ведьм. Российская сторона ссылается в ответ на необходимость борьбы с экстремизмом и отмыванием доходов.

Между тем в самих США одновременно разгорается политический скандал, где на сей раз американское правительство обвиняется в использовании ресурсов и полномочий государства для подавления оппозиции.

Суть дела и риторика при этом удивительно напоминают происходящее в России — Налоговая служба США (IRS) подвергала политически мотивированной дискриминации некоммерческие организации правого толка под предлогом все того же недопущения экстремизма. Сторонники попавших под налоговый пресс организаций в свою очередь говорят об использовании IRS для охоты на ведьм. Президент Обама во время предвыборной кампании сетовал, что организации с невинными названиями («Американцы за процветание», например) расходуют миллионы долларов, возможно полученные из иностранных источников, для борьбы с кандидатами Демократической партии, и настаивал на том, чтобы «иностранные компании не могли оказывать влияние на наши выборы». Так похоже на Россию ... только все же не Россия.

Американская история разворачивается вокруг получения некоммерческими организациями от IRS особого статуса «501(c)(4)», который подтверждает, что организация действует ради общественного блага и поэтому ее доходы освобождаются от налогов. К тому же подобные организации имеют право не разглашать имена своих доноров. При этом организации 501(c)(4) могут участвовать в политических, в том числе предвыборных, кампаниях, при условии, что их основной целью остается работа в интересах общества. Количество таких организаций в США исчисляется десятками тысяч.

Стало известно, что в последние годы IRS «фильтровало» поступающие заявки на получение статуса 501(c)(4) по ключевым словам «tea party» , «9/12», «patriots», характерным для риторики оппонентов нынешней администрации США, выступающих против «большого правительства», повышения налогов, реформы здравоохранения и пр., и в случае обнаружения крамолы задерживала решения на многие месяцы, требуя списки членов организации, доноров и волонтеров, протоколы заседаний, содержание речей, копии раздаточных материалов — вплоть до постов на Facebook. Одновременно заподозренные в нелояльности организации, ранее получившие статус 501(c)(4), подвергались аудиту, которого от IRS требовали влиятельные сенаторы-демократы.

Власть во всех странах испытывает соблазн распорядиться своими немалыми полномочиями не по назначению – не для сбора доходов в бюджет, борьбы с преступностью, предотвращения болезней и пожаров и пр., а для подавления оппозиции. Вопрос в том, как далеко ей будет позволено в этом зайти.

Механизмы защиты от таких злоупотреблений хорошо известны — разделение властей, политическая конкуренция, свободная пресса. В США могут быть задействованы все три линии обороны. Во-первых, независимы суды, поэтому попытки уголовного преследования политических оппонентов по сфабрикованным обвинениям имеют мало шансов на успех. Примеры судебных расправ с оппозицией в истории Америки встречаются нечасто — «первая красная паника» 1919-1920 годов с преследованиями «большевиков и анархистов» и ее реинкарнация после Второй мировой войны в виде маккартизма — вот, пожалуй и все за последние сто лет. Знаменательно, что в избавлении страны от маккартизма важную роль сыграл Верховный суд США.

Налоги — другое дело, здесь все происходит внутри исполнительной ветви власти, так сказать, среди своих.

Не случайно поэтому попытки использования налогового оружия в политической борьбе предпринимались в Америке достаточно регулярно, начиная с администраций Рузвельта и Трумэна. В годы президентства Кеннеди IRS запустил программу «аудита идеологических организаций»; эта практика сохранилась во времена Никсона, но была перенацелена с правых консерваторов на антивоенные группы, правозащитников и видных деятелей Демократической партии. Кампания налоговых преследований оппонентов при нынешней администрации США продолжила тенденцию, однако на сей раз потерпела крах.

Сопротивление началось снизу, когда пострадавшие от IRS организации стали обмениваться друг с другом информацией, пришли к выводу, что являются жертвами скоординированной кампании, и договорись о коллективной самозащите. Аналогичной тактики придерживаются сейчас и российские НКО, охваченные волной проверок, однако их усилия не находят официальной поддержки, а обращения в суд заканчиваются безрезультатно.

В Штатах между тем на помощь tea party groups пришли республиканские конгрессмены и сенаторы.

История быстро получила огласку: в течение одного дня Том Завистовски, правый активист из американской глубинки, инициировавший самооборону от IRS, дал 25 интервью для прессы, включая крупнейшие телекомпании, которые разместили этот материал в прайм-тайм.

Началась волна официальных разбирательств, включая проверку самой IRS контрольными органами казначейства США, а также слушания в специально созданных комиссиях палаты представителей и сената. К расследованию подключились Министерство юстиции США и ФБР, а прокуратура рассматривает возможность уголовного дела по обвинению замешанных в скандал сотрудников IRS в злоупотреблении властью.

IRS пришлось срочно идти на попятную и принимать чрезвычайные меры к минимизации политического ущерба. Заведующая отделом IRS, отвечающего за налоговые льготы НКО, принесла публичные извинения за происшедшее. Президент Барак Обама назвал случившееся возмутительным, пообещал привлечь виновных к ответу и сделать все возможное для того, чтобы налоговое законодательство применялось справедливо и беспристрастно. Двумя днями позже президент объявил об отставке главы IRS.

Герой знаменитого романа и сериала Глеб Жеглов говорил, что правопорядок определяется не наличием воров, а умением их обезвреживать. Аналогичным образом о защите конституционных прав и свобод следует судить не по попыткам власти ограничить эти права, а по тому, насколько эффективны механизмы защиты от таких попыток. Невозможно не заметить сходства между использованием официальных органов в России и США для контроля над сегментами гражданского общества, которые с большими или меньшими основаниями рассматриваются как оппозиционные режиму. Нельзя не видеть и того, что в России гражданское общество может полагаться только на себя в защите от этих попыток, тогда как в США — по крайней мере на сей раз — оно смогло эффективно мобилизовать на свою защиту ресурсы и институты государства.

НКО: как это (не) делается в Америке