Мэр Махачкалы, камера 24

2 июня Басманный суд Москвы арестовал на два месяца Саида Амирова, мэра Махачкалы. Следствие подозревает градоначальника в причастности к организации убийства в декабре 2011 года и.о. руководителя следственного отдела СК по Советскому району Махачкалы Арсена Гаджибекова

«Инвалид-колясочник к нам уже заезжал, — говорит мне сотрудник СИЗО «Лефортово». — То был Юрий Шутов, его еще называют «ночным мэром Санкт-Петербурга». Амиров же — мэр настоящий. Дагестанский».

В маленькую камеру — метров восемь — мы заходим вчетвером: два сотрудника, я и Лидия Борисовна, правозащитница из ОНК*, которая вместе со мной часто бывает в «Лефортово». Нас встречает крупный седой мужчина в инвалидной коляске. В шортах и майке. На ногах большие вязаные носки. Это карантинная камера, и Саид Амиров, секретарь республиканского политсовета «Единой России», недавно признанный лучшим мэром в конкурсе муниципальных образований России, сидит в ней один.

«Посмотрите на меня, — жалуется он, — у меня только руки двигаются».

Амиров поднимает майку и показывает шрамы, полученные в результате пятнадцати покушений.

Не верится, что этот человек еще совсем недавно жил в шикарном особняке. А теперь он жалуется правозащитникам, что не может спать на узкой кровати: боится упасть.

«Разрешите сыновьям принести мне матрас, сделайте мне тахту, чтобы я мог сам из коляски перекладываться на нее, чтобы я мог нормально спать, а то я всю ночь лежу согнувшись», — просит он тюремщиков. Рост Амирова 1 метр 82 см, а шконка в СИЗО «Лефортово» — 1 метр 80 см в длину.

Со 2 июня этот один из самых могущественных людей в Дагестане зависит от сотрудников «Лефортово». Без их помощи он не может ничего. Они служат ему и охранниками, и сиделками. На прогулку и следственные действия Амирова носят на руках. Если ему нужно пойти в туалет или пересесть из инвалидного кресла на кровать, он должен звать корпусного (сотрудник, который следит за заключенными). В камере есть специальный выключатель, с помощью которого можно подать сигнал о помощи. Но дотянуться до него, сидя в инвалидной коляске, Амиров никак не может.

«Меня сюда загнали: якобы я кого-то убил, — говорит он. — А я инвалид первой группы, просил о домашнем аресте. У меня есть жилье в Москве».

Адвокаты Амирова уже заявили, что их подзащитный может умереть в тюрьме и стать вторым Магнитским.

По закону такие больные должны содержаться под домашним арестом. Например, полковника Дмитрия Павлюченко, обвиняемого в похожем преступлении — в пособничестве убийству, до суда отпустили домой. Хотя он не инвалид, а вроде бы страдает эпилепсией. Правда, его обвиняли в убийстве не следователя из ведомства Бастрыкина, а Анны Политковской. Зачем держать в тюрьме инвалида? Знающие люди объясняют: будь Амиров на свободе, он мобилизовал бы в свою поддержку недюжинные связи и ресурсы. Сидя в инвалидной коляске в камере, дубася в «кормушку», чтобы тебя посадили на унитаз, это сделать не так просто.

Говорят, в «Лефортово» с мэром Махачкалы будут торговаться. На кону — большие деньги, его влияние в Дагестане и его собственная жизнь.