За первое полугодие акции "Газпрома" упали в цене на 26%. Соответственно, снизилась и капитализация компании. Кроме того, из-за инициатив правительства по ограничению роста тарифов "Газпром" в ближайшие полтора года недополучит порядка $4 млрд. Если ситуация не изменится, в перспективе компания может превратиться в еще одну обузу для российского бюджета, считает экономист Сергей Алексашенко.

Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ / купить фото

Капитализация компании упала в три с половиной раза. Продажи не растут. Потеряны позиции на экспортных рынках. Конкуренты освоили новые технологии и наступают на пятки. Дорогостоящие проекты не приводят к положительным изменениям.

Знакомая ситуация, не правда ли? Motorola, Polaroid, Kodak, Nokia – этот список можно продолжать. Но я говорю не о Западе, я говорю о России. И компания эта называется "Газпром". Которая для России будет поважнее, чем General Motors для Америки.

В середине 90-х деньги газовой монополии помогали затыкать наиболее болезненные дыры в бюджете. В 2000-е рост цен на нефть снял напряжение, и от "Газпрома" перестали просить денег в казну, зато стали активно использовать его как инструмент политики. Это Украина, которую десять лет ставят на колени. Это Китай, к которому власть хочет намертво привязать российскую экономику. Это Прибалтика, которой просто хотят показать ее место.

Но ситуация изменилась. Источник благополучия — растущие мировые цены — иссяк после кризиса 2008 года. И пришло время государству поддерживать национальное достояние. Власть решила – так и непонятно, зачем — поднять внутренние цены на газ до уровня европейских. Ежегодные индексации стали инструментом передачи прибыли из несырьевого сектора в сырьевой. От граждан – государству. И это еще больше засасывало страну в сырьевое болото.

Но вот при планировании бюджета 2014-го стало ясно, что этой политике пришел конец. Ее продолжение чревато социальным взрывом, которого мало кому хочется.

Если бы "Газпром" был нормальной компанией, то акционеры задумались бы о естественных вопросах: в чем состоит стратегия компании? А может ли нынешнее руководство ее (стратегию) реализовать?

Но в современной России такое немыслимо. Будущее "Газпрома" зависит только от государства. И вот мы слышим идею перевода городского транспорта на газ. Вот руководитель РЖД, почуяв, куда ветер дует, выпрашивает у премьера разрешение перевести на газ свою отрасль. Впрочем, понятно, что он просит совсем другого – денег из бюджета.

Интуиция подсказывает: все это как мертвому припарки. Или "Газпром" прямо сегодня начнет превращаться в компанию, работающую по правилам бизнеса, или он превратится в очередного бюджетного нахлебника. Третьего, увы, не дано.

"Будущее "Газпрома" зависит только от государства"