Реформа и расформирование

Уже не один год нас учат ничему не удивляться, заранее смириться с любой нелепицей, идущей с "верхов". Однако цинизм, с которым проводится сейчас ликвидация Российской академии наук и прочих государственных академий, способен удивить и шокировать даже бывалых.

РАН, конечно, давно подвергалась заслуженной критике, в том числе и со стороны либерально и прозападно настроенных ученых. Фактически это наше "министерство фундаментальной науки" представляет собой пережиток прошлого - этакого неповоротливого ящера, долгое время занятого в основном пресечением попыток ее реформирования со стороны Минобрнауки. Далеко не самые глупые люди не раз предлагали забыть наконец про Академию и сосредоточить всю науку в университетах по образцу большинства западных стран. Но при этом сколько-нибудь вменяемые эксперты сразу оговаривались: у нас исторически так сложилось, что научными исследованиями занимаются в основном не в учебных учреждениях, а в институтах системы РАН, то есть собственно наука у нас всегда явно отделялась от преподавания. Эта особенность не уникальна: есть и другие страны со сходной системой, вполне успешно решающей стоящие перед ней задачи (Германия, Испания, Китай и т.д.). В таком положении можно найти как свои минусы, так и плюсы.

Министр образования и науки Дмитрий Ливанов - давний противник РАН, и нынешняя его атака далеко не первая. Однако и он, казалось, всегда отдавал себе отчет в том, что разговоры о неэффективности Академии и неуклонном старении ее кадрового состава применимы в той же мере и к системе образования. Попытки выйти из тупика путем создания "параллельной академии" (в виде структур, подчиненных путинскому выдвиженцу Михаилу Ковальчуку) или пресловутое Сколково энтузиазма не прибавляли - денег вбухали немерено (в основном мимо Академии, которую теперь и обвиняют в бездарном проедании подросшего научного бюджета и коммерчески провальном использовании многочисленной недвижимости), часть их предсказуемо разворована, а эффективность оказалась еще ниже, чем у старой доброй Академии.

Всё это вполне естественно: в нынешних российских реалиях практически невозможно заново выстроить работоспособную структуру, правильную систему независимой экспертизы, и решения в конечном счете всегда зависят от произвола начальства. От перестроечных лет сохранилась достаточно удачная грантовая система Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ), но ее давно не расширяют и держат на голодном пайке. Непрозрачность принимаемых решений, отсутствие публичного их обсуждения, всеобщая зависимость лишь от высшего начальства - все это приводит к неизбежной коррупции на всех уровнях. Отдельные положительные начинания быстро теряются среди "распилов" и бессмысленных "мегапроектов". Выборность же и консервативность Академии по крайней мере способствуют определенной зависимости руководителей от личной репутации.

Научное сообщество, еще несколько лет назад условно разделившееся на сторонников и противников реформы РАН (что бы под этими реформами ни подразумевалось), сходилось в основном на том, что альтернативы Академии пока нет, поэтому "динозавра" нужно сохранять и надеяться на то, что необходимость самообновления будет осознанна самими академическими структурами. Крайностями можно счесть призывы всё сломать не считаясь ни с чем при первой возможности (и тогда у нас якобы автоматически станет как на Западе) или же вообще ничего не менять и не сотрудничать с властями, дожидаясь ухода Путина (а жить-то все равно как-то надо; работа администраторов, в том числе и по модификации существующих структур под насущные потребности, порой так же необходима, как труд пахаря, кормящего людей при любом режиме).

И вот, казалось бы, время самообновления РАН наступило. Бессменный (на протяжении всей постсоветской эпохи с 1991 года) президент Академии наук Юрий Осипов в ходе выборов был заменен сторонником реформ Владимиром Фортовым, обновился наполовину и состав президиума. При этом академики отделения физики в который раз продемонстрировали свою "неуживчивость", лишив директорского поста в Институте кристаллографии (входящем в систему РАН) путинского "любимчика" Михаила Ковальчука (пять лет назад Общее собрание не позволило Ковальчуку превратиться из члена-корреспондента в академики и претендовать на должность президента РАН).

Умные головы еще тогда предсказывали, что этот демарш академикам даром не пройдет (плюс письма против засилья РПЦ, плюс так и не забытая история с Петриком и Грызловым...), и советовали обращать особое внимание на то, насколько быстро Путин утвердит Фортова в должности (ведь длительное ожидание означает крайнюю степень недовольства властей). Прошел месяц, президента РАН так и не утвердили, а тут и как снег на голову грянула министерская "реформа", воспринятая многими прежними сторонниками Ливанова как личное оскорбление.

Впрочем, мало кто сомневается, что за этой реформой стоят не Ливанов и Медведев, которые в случае неудачи могут сыграть лишь роль мальчиков для битья, а обиженные Ковальчук и Путин, решившие попросту сломать то, что не смогли контролировать. Оскорблением и практически незавуалированной попыткой подкупа многие уже сочли обещание пожизненной пенсии всем академикам "по крайней мере в 100 тысяч рублей в месяц" (все равно не дадут или отберут) и звания академиков для всех бывших членкоров, в том числе из сельскохозяйственной и медицинской академий. Впрочем, статус академика неизбежно обесценится и мало чем будет отличаться от звания, скажем, академика РАЕН или Российской академии космонавтики. Некоторые крупные ученые уже заявили, что не будут "проситься" в новую академию, к чему их обязывает новый регламент.

Лишь человеку совершенно стороннему может показаться противоестественным, что всего за один день прежние сторонники реформирования РАН отказались от какой-либо поддержки Ливанова и переметнулись в противоположный лагерь. Ведь это все не крикуны, а люди наиболее конструктивные, готовые к всякому сотрудничеству, идущему на благо науки. Дмитрий Ливанов в одночасье лишился всей возможной поддержки, предпочтя разрушить хрупкое доверие дееспособной части научного сообщества в угоду хозяину Кремля. Те, кто не следил за событиями, могут недоумевать: призывавшие к "разрушению Карфагена", казалось, должны радоваться, что наконец получили свое. Но дьявол кроется в деталях. Основная претензия связана с тем, как скоропалительно, втайне ото всех и без каких-либо обсуждений возник новый проект, который был немедленно отправлен в Думу, где его тут же обещали принять в рекордные сроки. Все это напоминает карательную экспедицию, а не предложение сотрудничества.

Существенно также наличие специальной "операции прикрытия", убаюкавшей научное сообщество, создававшей ощущение, что в руках общественности есть хоть какие-то рычаги, какой-то контроль над ситуацией. Ведь начало работы нового министра ознаменовалось созданием при Минобрнауки двух советов, куда вошли действующие и авторитетные ученые: Совета по науке и Общественного совета (набор в последний происходил путем голосования на сайте "Эха Москвы"). Юмор в том, что советы, предназначенные для обсуждения реформ, подобных нынешней, просто не были о ней проинформированы (как, собственно, и руководство реформируемой Академии) и уже успели принять протестные постановления (каждый в отдельности и совместное), призывающие немедленно отозвать законопроект из Думы и начать его всестороннее обсуждение. Характерно, что в ходе "блицкрига" правительство ничтоже сумняшеся "забыло" и о своих же собственных инструкциях, обязывающих публично обсуждать подобные проекты в течении по крайней мере нескольких месяцев.

Разумеется, претензии вызваны не только беспардонными методами продвижения закона. Отъем собственности и властных полномочий неизбежно вызывает множество коллизий. Если "экспроприация" производится в пользу тех, кто может этим лучше распорядиться, то возникает вопрос: что же это за собственник такой и каковы гарантии правильного использования отнятого? Законопроект говорит об этом глухо: будут созданы некие агентства, куда власть назначит своих представителей. Так что есть большой риск, что решения по конкретным научным программам будут принимать чиновники, а не ученые, возникнет чудовищная система откатов, потоки бумажек и все прочие прелести бюрократизации. Между тем "непрофильная" недвижимость РАН быстро реализуется за счет структур, подобных скандальному "Оборонсервису", обогатив совершенно посторонних лиц. Избежать этого можно было бы путем введения независимой внешней экспертизы и полной прозрачности, однако сама история продвижения закона о РАН таких надежд не дает. Скорее всего и дальнейшая судьба всех объектов РАН будет решаться втихомолку, а дельные эксперты и просто честные люди, в других обстоятельствах способные сотрудничать с министерством Ливанова, будут избегать его как чумы. Отыграть назад уже не удастся. Даже если "реформа" будет остановлена, третьего шанса Ливанову никто не даст. Но ведь если его и заставили провести реформу именно таким образом, то на его месте любой сколько-нибудь проницательный человек предпочел бы сразу уйти в отставку.

Среди неизбежных в такой ситуации "теорий заговора" самой фантастической кажется та, по которой Ливанов выбрал роль камикадзе, чтобы собрать в один противодействующий министерству лагерь всех неравнодушных, вывести таким образом ситуацию из анабиоза. Академики Рубаков с Некипеловым уже садятся вместе на одной пресс-конференции! Заявления Осипова, Алферова и Фортова по сути мало чем отличаются друг от друга. Практически полное единодушие наблюдается при обсуждениях на любых площадках, ранее склонных в основном поддерживать Ливанова: от "Троицкого варианта" и Клуба научных журналистов до Общества научных работников, Научно-образовательной колонны и профсоюзов. И какой "ручной" ни была бы у нас Дума, вряд ли те же коммунисты проголосуют за подобные "реформы" и столь явно продемонстрируют свою сервильность. Даже со стороны "Единой России" слышны голоса, призывающие отложить принятие законопроекта во втором и третьем чтении до осени. Если действительно отложат - все преимущества "блицкрига" сойдут на нет, все преимущества скрытности и скорости обернутся против Ливанова.

А между тем происходит то, что еще неделю назад трудно было представить: в пока еще не отнятых помещениях под благожелательным присмотром дирекции устраиваются собрания различных подразделений РАН, представители самых разных "серьезных" структур подписывают гневные петиции. Тем же самым они будут заниматься все ближайшие месяцы, а затем вольются в ряды недовольных повышением стоимости услуг ЖКХ и прочих страдальцев. От призывов остановить реформу многие собрания уже перешли к призывам отправить в отставку правительство. Обращаются они за этим, конечно, к Путину, однако каждый при этом понимает, что без монаршей воли ни одна серьезная бумага не начинает движения, тем более такого скоростного, как с реформой РАН. Ливанова (а может быть, даже и Медведева) в результате всего этого ералаша снимут (есть вариант, что интрига, в частности, для этого и затеяна) - либо за остановленный неудачный проект, либо за бездарную реализацию (если он-таки пройдет и станут ясны все масштабы катастрофы). Но мало кто при этом будет сомневаться, что оценка "два" ставится тем самым лично Владимиру Владимировичу.