Москву ждет партизанское лето

В штабе Навального готовят «визуальный захват города»

В штабе Навального готовят «визуальный захват города»...

Фоторепортаж Евгения Фельдмана

До выборов мэра в Москве — два месяца и тридцать кандидатов. В эти дни они пытаются преодолеть «муниципальный фильтр». Этот барьер с трудом дается всем, кроме Сергея Собянина. Из его штаба уже сообщили о 250 подписях муниципальных депутатов — это на 134 больше, чем необходимо по Избирательному кодексу Москвы.

«Новая» посетит штабы всех основных кандидатов. Начинаем с единого кандидата от Координационного совета оппозиции Алексея Навального.

Со всеми депутатами Навальный разговаривает сам. Напротив него сидит помощница с пачкой листов. На листах — краткая информация о муниципалах: имя-отчество, район, партия. Листы она протягивает Алексею по очереди, он ставит их на ноутбук, как на пюпитр. «Иван Иванович, добрый день. Это кандидат в мэры Алексей Навальный беспокоит… Уже отдали свой голос за Собянина? Понятно, извините».

— Собянин устроил тактику выжженной земли: говорят про 250 подписей, а на самом деле собрали у всех, до кого дотянулись, — успевает вздохнуть Алексей, а помощница уже протягивает ему айфон с очередным депутатом на проводе. Отказывают муниципалы часто. Торгуются редко.

— Иногда говорят: у нас в районе незаконная стройка, помогите поднять информационную волну, дайте юристов… — рассказывает Навальный. — Помогаем. Юридическую поддержку нам проще всего оказать, что у нас есть — так это юристы.

По рассказам ребят из штаба, депутат из района Фили-Давыдково требовал за свою подпись деньги. С такими разговор короткий. «У Навального телефон прослушивается. Если бы он предложил кому-то взятку, запись через час бы опубликовал «Лайфньюс» — это убойное доказательство честности в штабе приводят своим же сторонникам-новичкам.

Удача: Алексей дозванивается до муниципала, который не подписался за Собянина, но не хочет отдавать свой голос ни одному кандидату.

— Вы заняли принципиальную позицию, но не ко мне, а к «Единой России»: я в вашей игре не участвую, — терпеливо объясняет Алексей. — Я согласен, итог выборов ясен заранее. А наша с вами задача как раз в том, чтобы эту предугаданность сорвать, продавить независимых кандидатов на выборы. Да, они мошенники. И чтобы громче заявить об этом, мне нужен ваш голос.

Депутат на том конце провода начинает сомневаться и просит время подумать.

Коридор штаба увешан списками депутатов разных районов — там ставят пометки, какой район «закрыт», какой еще не охвачен. На доске расписаны направления работы и ответственные за них сотрудники. Сверху — надпись красным: «Кто не с нами — тот не с нами». Стрелочкой после «тот» вставлено слово «пока».

— Это наши оптимистки исправили, — объясняет глава группы по сбору подписей Роман Рубанов. — А написал я. Может статься, мы не соберем подписи. Кто не с нами, тот не с нами, все свободные люди.

Счет на день — из сорока четырех взявших трубки четыре депутата обещали подпись. Теперь дело за командой — договорятся о встрече муниципала с нотариусом или привезут его к депутату: «Нотариусы — народ еще более гордый, чем сами депутаты, но мы уговорили нескольких работать ненормированно». Не меньшая проблема — поиск телефонов депутатов. Десяток человек со следами недосыпа на лицах не отрываются от мониторов.

Около четырех часов дня Алексей не выдерживает: «У меня фраза «Здравствуйте, это кандидат в мэры Навальный, уделите мне пару минут» в печенках засела!» Решает навестить волонтеров, раздающих на улицах листовки. Агиткампания Навального стартовала раньше всех остальных кандидатов: это вызвало недовольство ГУВД, но вскоре выяснилось, что говоря о нарушении сроков начала агитации, там ссылаются на несуществующий закон.

За рулем черного джипа водитель, рядом с ним на переднем сиденье — охранник. В машине Навальный сидит, ссутулившись, и устало листает ленту «Твиттера» на айфоне. Автомобиль тормозит, мы выходим под дождь и втискиваемся под крышу куба-палатки. «Привет!» — улыбается Алексей, становясь радушным, жмет по десять протянутых ладоней и фотографируется со всеми желающими. Каждый визит в куб превращается в маленькое совещание. «Кто просто гуляет — готовы нас слушать, спорят, интересуются, а те, кто спешит, не глядя, проходят мимо. Надо агитировать народ в парках», — торопливо излагает свою идею волонтер на Трубной площади.

Самый суровый ливень застал нас на площади Революции. Закрывая головы, в куб забежали два незнакомых парня и девушка — вчерашние школьники — и, только спрятавшись от дождя, спросили: «Ой, а что здесь у вас?»

— Вы знаете, что в Москве в сентябре выборы? — Навальный заговорил тоном школьного учителя. — А какие кандидаты, знаете?

— Собянин, — хором ответили парни.

— И еще… вот, — застенчиво добавила девочка, ткнув пальцем в фотографию Навального на плакате-крыше над нашими головами.

— А как правильно называется «Единая Россия»? — спросил живой Навальный, упираясь макушкой в собственный портрет. — Партия жуликов и…

— ...воров! Ну, это понятно! — заявили все трое.

Ставку делают на волонтеров. «Вы наш единственный ресурс», — объясняет глава предвыборного штаба Леонид Волков на собрании добровольцев. Для них снят отдельный офис, но сотня пришедших туда не поместилась — собрание проводят во дворике.

Среди пришедших добровольцев почти нет людей старше тридцати, в основном это студенты: все лето свободно. Пока они записываются кто в группу IT— поддержки, кто безопасности, я допытываюсь: вы понимаете, что Навальный не то что не выйдет в мэры — его даже до выборов, скорее всего, не допустят?

— Я потому и пришел: чтобы собой увеличить ничтожный процент на успех, — отвечает Руслан, студент юрфака.

— Лучше делать безнадежное дело, чем не делать ничего и возмущаться, что все плохо, — пожимает плечами студентка Анна.

В главном штабе кампанию собираются продолжать, даже если избирком «завернет» их кандидата. «У собянинцев задача: сохранить власть и при этом не очень потерять лицо. А наша задача — сделать их репутационный «минус» таким большим, чтобы он перечеркнул им дальнейшие планы, — объяснял волонтерам Волков. — Впервые за много лет предвыборная кампания выпала на лето: это потрясающая возможность для партизанских акций. Нам предстоит визуальный захват города».

Волонтеры люди пытливые. В палатке-кубе под ливнем многие впервые увидели рядом с собой живого Навального — и мгновенно забросали его неудобными вопросами, стремясь удостовериться, стоит ли верить в этого человека:

— Чем вы зарабатываете на жизнь?

— Я адвокат. У меня сейчас три дела, в частности, защищаю фигуранта второго «дела ЮКОСа» Ивлева...

— Алексей, что делать с Кавказом? — перебивает его девушка.

— Погодите с Кавказом! — обрывает волонтер постарше. — Как вы из этой ситуации с Кировлесом выбираться планируете?

— Приговор точно будет обвинительным, вопрос в том, условный или реальный дадут срок, — спокойно отвечает Навальный. — Если реальный — ну, сяду. Вы же от этого никуда не денетесь, правда?