Россия обустраивает временного беженца Сноудена, а эксперты догадались о причинах ее решения

Получивший временное убежище в России Эдвард Сноуден уже определился с жильем: "Все в порядке", - заверил РИА "Новости" в пятницу консультирующий американца адвокат Анатолий Кучерена. Правда, подглядеть на новом месте за экс-сотрудником спецслужб, чьи разоблачения о глобальной слежке взбудоражили весь мир, любопытным не удастся: адрес засекречен по соображениям безопасности.

А вот чем теперь заняться, Сноуден пока не решил, хотя ему уже поступило как минимум одно предложение работы - от команды "ВКонтакте". "Как только он определится, что будет делать далее, надеюсь, он сам сделает заявление", - позже сказал адвокат ИТАР-ТАСС.

В "Шереметьево", где Сноуден пребывал пять с половиной недель, он, напомним, оставался неуловимым для журналистов. Хотя в интервью телеканалу "Россия 24" накануне Кучерена прокомментировал: "Я не знаю, где его искали, надо было позвонить мне, я бы показал".

- Взгляд с Запада: гражданское неповиновение Сноудена, глобальное неповиновение Москвы

1 августа уехал из аэропорта на такси - и опять же незаметно для большинства: лишь Life News в пятницу публикует эксклюзивное ФОТО весьма счастливого Сноудена, который покидает транзитную зону в сопровождении Кучерены и сотрудницы WikiLeaks Сары Харрисон.

По словам адвоката, Сноудену теперь нужен "процесс реабилитации или процесс адаптации", потому что он "морально устал". "Те условия, в которых он жил, в которых находился - их можно приравнять к домашнему аресту, - сказал Кучерена по поводу его почти 40-дневного пребывания в транзитной зоне. - Это не домашняя обстановка. Представьте себе: ежедневно динамик, который оповещает, например, что осуществил посадку рейс из Нью-Йорка, Вашингтона или Рима. И это все время, практически ежеминутно этот динамик что-то произносит".

В пятницу Кучерена повторил: "Ему нужен процесс адаптации, пройти через такой кошмар, такое ожидание, - каким будет ответ на его запрос, это достаточное мучительное волнение".

Как стало известно, представители США уже успели встретиться с российскими коллегами, чтобы обсудить ситуацию вокруг Сноудена. "Сегодня посол @McFaul (Майкл Макфол. - Прим. NEWSru.com) встретился с помощником президента РФ Юрием Ушаковым для обсуждения российско-американских отношений", - сообщается в Twitter посольства США в РФ. Кроме Сноудена, они обсудили сокращение ядерных вооружений, программу ПРО, ситуацию в Сирии и вопросы торговли.

Две вероятные причины решения РФ: "небольшая забава" и "путаница"

А пока Россия обустраивает своего временного беженца, наблюдатели на Западе и в Москве пытаются объяснить решение властей РФ. Подробными рассуждениями на эту тему делится в спецматериале для CNN бывший британский посол в Москве Эндрю Вуд.

Можно было бы предположить, что фигуру Сноудена, раскрывшего гражданам методы незаконной слежки американских спецслужб, Россия противопоставит постоянной критике с Запада по поводу нарушающихся в этой стране прав человека. Однако у Владимира Путина нет сочувствия к ренегатам, как и необходимости дополнительно и особо подчеркивать свое отвращение к США, пишет эксперт дипломатии.

Еще один несостоятельный вариант - предполагать, что российские спецслужбы заинтересованы в секретной информации, которая может иметься у Сноудена. Но если бы это было так, решение по его статусу приняли бы быстрее. Да и наверняка сразу же проверили, убедившись, что ничего чрезвычайно полезного для них у американца нет.

"Так если Сноуден не нужен ни Путину, ни ФСБ, то зачем же все-таки Россия взяла на себя обязанность им заниматься?" - задается вопросом Вуд. И отвечает: с одной стороны, ради того, чтобы "немного позабавиться" - в рамках оставшейся со времен СССР привычки на всякую критику огрызаться в духе "сам такой".

Но вероятнее всего, застрявший в аэропорту Сноуден стал "затруднением", и другого способа поступить с ним просто не нашли, полагает автор материала. "Часто именно путаница лучше объясняет действия любого правительства, чем тщательно сбалансированная тактика, и Россия, безусловно, не исключение этому правилу", - поясняет он.

К тому же временное убежище - это не решение, утверждает бывший посол. Дело Сноудена просто переносится в другой контекст и затрудняет для Москвы возможность его возвращения в США, где его отдали бы под суд, отсылки в другую страну или предоставления ему постоянного убежища в России. "Русские, возможно, надеются, что американцы устанут оказывать давление по этому делу, и что о Сноудене можно будет удобно забыть", - заключает он.

России "неохота связываться с США, но положение обязывает"

Похожим образом рассуждают российские эксперты. "По прежней (советской) логике Москва должна бы принять его с распростертыми объятиями, если и не как носителя гостайн, то как бесценный пропагандистский архив. Ничего подобного. Россия не знает, что с ним делать", - сказал в эфире "Коммерсанта FM" председатель президиума неправительственного Совета по внешней и оборонной политике, главный редактор журнала "Россия в глобальной политике" Федор Лукьянов.

"Отдать (Сноудена США) неприлично. Отправить восвояси в третью страну не получилось. А пускать под откос и без того извилистые российско-американские отношения из-за новоявленного правдоискателя очень не хотелось, просто смысла нет, - объясняет он. - В мире почти не осталось стран, способных противостоять давлению Соединенных Штатов - у одних союзнический долг, у других интересы, третьим просто связываться неохота. России ведь тоже неохота, но тут уж положение обязывает".

Впрочем, серьезных последствий для российско-американских отношений эксперты не ждут. Как отметил в отдельном комментарии радиостанции доцент кафедры политической теории МГИМО Кирилл Коктыш, примерно половина американцев, а то и больше, понимают и разделяют идеалы, которые защищает Сноуден. Они скорее поймут Россию, приютившую беглеца, чем собственные власти, которые хотят его вернуть и сурово наказать. Так что "после неизбежной и абсолютно требуемой по жанру реакции Штаты предпочтут отодвинуть эту тему на периферию и по возможности ее не поднимать, оставив ее уделом специалистов", уверен Коктыш.