По всей России появится сеть лагерей для нелегальных мигрантов. ФМС откроет 83 новых места для содержания нелегалов, а также увеличит свой штат на 4,5 тыс. работников, пишет газета "Коммерсантъ". Директор Института семьи и демографии Игорь Белобородов прокомментировал ситуацию ведущей Дарье Полыгаевой.

Фото: Сергей Киселев, Коммерсантъ / купить фото

Под инициативу ФМС планирует разработать соответствующий закон. Неделю назад полиция организовала масштабные "зачистки" Москвы от нелегалов. Были задержаны более 3 тыс. граждан Вьетнама, Египта, Марокко, Сирии и Киргизии и других стран. Часть из них отправили в специальный палаточный лагерь в Гольяново, где задержанные ожидают решения суда о депортации. Сейчас лагерь почти заполнен. По последним данным, там находятся около 600 человек.

— Как вам такая инициатива, нужны ли специальные лагеря для мигрантов в России?

— Полагаю, что все-таки какой-то порядок в этой сфере необходим. Единственное, нам надо уходить от понимания лагеря как какой-то репрессивной формы принуждения человека к неким нашим законам. Я здесь бы, конечно, сделал акцент на обязательном доступе ко всем необходимым бытовым и пищевым условиям, а иначе это будет выглядеть не очень демократически.

— "Коммерсантъ" отмечает, что лишать людей свободы по российским законам можно только в определенных учреждениях — в ОВД, в тюрьме или спецприемнике. Как вы считаете, такое место, как лагерь, вообще подпадает под это определение?

— В данном случае мы это делаем в интересах российского общества. А приоритет интересов коренных жителей над людьми пришлыми всегда будет на первом месте. Кроме того, речь идет не об ограничении свободы, а о содействии мигрантам в их депортации. То есть в любом случае любой поезд или любой авиарейс мы должны рассматривать как ограничение свободы, ибо человек не может распоряжаться собственной судьбой, даже собственным телом как он хочет.

— Сейчас, насколько я понимаю, иммигранты, ожидая решения суда о депортации, находятся в спецприемниках. Эти лагеря понадобились в связи с последним рейдом или в целом с ситуацией задержания иммигрантов по России, как вы считаете?

— Мы же помним, что предшествовало этим событиям, если дошло уже до избиения депутатов Государственной думы и полицейских, то чего нам тогда ждать дальше? В целом мне не очень понятно, что сейчас происходит. Потому что сегодня акцент государственных действий и вся активность сместилась со стороны внутренней миграции в сторону внешней. Сейчас идет вся борьба с внешними мигрантами. У меня возникает резонный вопрос: а чем помешали вьетнамские торговцы, жители Египта, беженцы из Сирии? Это самая тихая часть наших мигрантов, и их удельный вес в российском обществе отнюдь не так велик.

— Вы о тех, кто был задержан в Москве?

— Да. Совершенно очевидно, что внутренние мигранты, те, о которых говорил президент с настороженностью, и о которых писали в СМИ, уже давно попрятались и снова вынырнут, как только представится первая возможность.

Здесь, конечно, непонятно для чего вся эта имитация. Я принимаю это как акцию устрашения. Если это некая система действий по наведению порядка, то порядком здесь и не пахнет.

"Речь идет не об ограничении свободы, а о содействии мигрантам в депортации"