М.Климентьев/ РИА Новости

Пятничная прогулка Владимира Путина по безлюдной каменной улице в Петербурге неожиданно стала одной из самых обсуждаемых тем выходных. Картинка была воспринята как символическая. Вершина вертикали власти одинока по определению - в этом ее сила и в этом же ее слабость.

В отличие от Ельцина и Горбачева Путин никогда не зарабатывал народную поддержку на улице, никогда не вступал в горизонтальные отношения с населением, старательно поддерживая вертикальные. Третий срок, начавшийся незабываемым проездом кортежа по пустынной Москве, оказался отчетливым подтверждением иноприродности верховной власти. Правитель одинок, поскольку единственен в своем роде. Отделив от себя разложившуюся элиту, Путин опирается на массу и ни на кого в отдельности. Потому и вынужден подчеркивать образ одинокого правителя.

Путин вполне последовательно проводит линию своего одиночества. Мы слышим, что у него есть друзья, но это не те, у кого он ищет поддержки. Наоборот, это люди, которых он «не бросил». Путин в кругу друзей - картина невероятная. В кругу семьи тоже - и недавний развод лишь подтвердил это ощущение.

Роль тех, в общении с кем правитель отдыхает, радуется, черпает силы, последовательно выполняют животные и природа. Тепло и человечность передаются фотосессиями с тигром, с щукой, с собаками или стерхами. Так живет неординарный человек, которому нет равных среди людей - ни в кадре, ни на политической сцене. Прямая линия, когда на протяжении нескольких часов президент остроумно отвечает на любые вопросы, - не диалог с народом, а демонстрация сверхъестественных способностей лидера.

Платон, родоначальник политической философии, называл идеальным государственным устройством правление совершенного правителя, божественного мудреца, пишущего законы, а не подчиняющегося им. Все прочие типы правления - так или иначе искажения этого идеального образца. Сакральному правителю нет равных, он не нуждается в советниках, его «политическое знание» сверхъестественно. Но тот же Платон признает, что в реальном мире, за неимением такого мудреца, государство должно подчиняться законам. Как только правитель, претендующий на высшее знание, оказывается подвержен человеческим страстям, он неминуемо превращается в тирана, наихудшего из правителей.

В каком-то смысле переход от идеала к реальности происходит и у нас на глазах. Средствами пиара и телевидения политическим менеджерам удается создать образ главного мудреца-правителя. На остальных политиков и чиновников нет средств, да им и не полагается столько внимания. Чиновники копируют образец как могут, и мы получаем бесчисленные попытки изобразить одинокого, отстраненного, сакрального лидера - в Следственном комитете, в департаменте министерства, даже в посольствах России за границей.

От редакции: Развивая Платона