Вранье во исполнение поручения. Часть 2

В Части 1 (ТрВ-Наука, № 134, 30.07.2013) в связи с «рядом мероприятий по повышению заработной платы» в МГУ обсуждались вопросы относительно простые — «организационные». Они при наличии здравого смысла так или иначе выясняются на основе регламентирующих документов, в крайнем случае — при помощи юристов. А в Части 2 придется обсудить вопросы, не всегда имеющие однозначные ответы. Если коротко, то это блок вопросов «Кто, кого и чему учит в МГУ?»

Ректор наш все придумывает рейтинги — такие, чтобы подтвердили будто бы «МГУ готовит элиту, специалистов высшего класса с хорошим фундаментальным образованием» (www.rg.ru/2012/07/10/sadovnichiy.html). Я не утверждаю, что ректор говорит неправду, — но необходимо уточнить какую именно часть студентов нам удается превратить в указанную «элиту». По крайней мере на крупных естественно-научных факультетах мы заняты вполне массовым, а отнюдь не элитным образованием. И мы все участвуем в разнообразном вранье, поддерживающем имидж «главного университета страны» в отрыве от его реалий.

О гуманитарной части МГУ мало что знаю, это отдельный мир, разрастающийся с невероятной скоростью. Про разные естественные факультеты и институты МГУ знаю в разной степени. Однако мы все в одной изрядно накренившейся лодке, и я буду признательна коллегам с любых факультетов МГУ за продолжение темы, независимо от их согласия или несогласия с написанным ниже.

Сразу и категорически не принимаю обвинений в выносе сора из избы, называемом нынче «нарушением корпоративной этики». В МГУ есть много замечательных научных людей и традиций. и именно для того, чтобы все это сохранить, необходимо, наконец, перестать врать себе и другим. Нет больше «внутренних проблем МГУ», есть общая проблема сохранения высшего образования в стране, которая на фоне общегосударственного безумства требует активного вмешательства «рядовых» сотрудников университетов. Не митингов, не создания «обществ», а просто профессиональных действий.

Многослойное вранье содержится в предмете особой гордости нашего ректората — в отношении 1:4 (число сотрудников: число студентов), как в числителе, так и знаменателе. Хотя вполне допускаю, что при взгляде сверху из ГЗ представителям административной вертикали это самое 1:4 кажется достоверным. Тут многое зависит от ракурса.

Пинг-понг вдоль вертикали

В МГУ имеется вертикаль со сложной иерархией, что удобно для ответов на вопросы трудящихся — факультетские администраторы объясняют разные заморочки необходимостью выполнять указания ректората, а ректорат указывает, что все проблемы возникают на факультетах, мол «сами там у себя разбирайтесь». Шарик налево — шарик направо… Бессмысленно вникать в этот пинг-понг — решать производственные вопросы можно только без оглядки на вертикаль, возвышающуюся в параллельном мире. У них там рейтинг, спутник, размах стройки на противоположной стороне Ломоносовского проспекта, встречи с патриархом и с гранд-дамой из Госдумы, международные олимпиады с присвистом и проч. А у нас розетки в аудиториях из стен вываливаются и мел казенный на доске следов не оставляет — ну что ж, мы мела не купим? — если даже реактивы и расходники, несмотря на все их тендеры, умудряемся покупать? — а они пусть себе запускают спутник…

Так было годами. Но сейчас качественно иная ситуация. Местная вертикаль столь трепетно приникла к государственной вертикали, что окончательно обвалиться может вся конструкция. В случае сокращения штатов по неадекватному механизму мы не то что «элиты» — и ликбеза — то обеспечить не сможем. А сверху опять шарик налево — шарик направо. Вот, например, проректор В.Е. Подольский, находясь в отпуске, любезно ответил на некоторые мои вопросы: «По каким критериям предполагается выбирать «кандидатов на сокращение»?» и «Кто и когда будет определять соответствие этим критериям?». Оказалось, что ректорат предоставляет факультетам возможность самостоятельно решать судьбы научного штата. Это, однако, предполагает какую-то «разнарядку» по подразделениям… Интересно бы на нее посмотреть, в частности — на «квоты» для институтов МГУ, в которых вообще штат только научный, хотя без них числитель в пресловутом отношении 1:4 сильно пострадает.

1:4 в «главном университете страны» — числитель

Регулярно направляемая куда-то вверх отчетность о числе часов у каждого преподавателя МГУ — это двухслойное вранье, и опять от «производственной необходимости». В первом слое — легко наблюдаемый факт: часть аудиторных часов отрабатывает научный штат, а вовсе не педагогический. На разных факультетах и кафедрах — в разной степени, потому что исторически сложилось штатное расписание с совершенно разными пропорциями. Во втором слое — и это наблюдать куда труднее — участие научного штата во внеаудиторной педагогической работе: в составлении и проверке задач, в поддержке и обновлении практикумов, в приеме экзаменов и, самое главное, — в руководстве курсовыми, дипломными и аспирантскими работами. «Часы» на некоторые из этих видов деятельности «выписываются», но очень смешные (например «от 1 до 3 часов на руководство курсовой работой»). Подсчет часов в этой шкале в связи с формированием штатного расписания — это циничное вранье.

По нашему опыту, на химфаке и факультете наук о материалах внеаудиторные затраты времени превышают аудиторные ровно на порядок — если, конечно, ставится задача действительно чему-то научить студентов. Глагол «преподавать», согласно словарю, имеет значения (1) сообщать, передавать знания по определенному учебному предмету, учить чему-либо и (2) работать в учебном заведении. В связи с достижением результата обучения нас, безусловно, должно бы интересовать значение (1), независимо от трудозатрат. По факту без участия научного штата этого результата не получается.

Разумеется, не всякий представитель научного штата оказывается востребован в педагогическом процессе — но и далеко не каждый представитель ППС занимается обучением без оглядки на «часы». Поэтому сокращение штатов в МГУ никак не может затрагивать только научных сотрудников. Оно должно способствовать тому, чтобы студентов обучали люди, занятые современной наукой, без разделения на чистых и нечистых с разными «показателями в эффективных контрактах». Исключения для общеобразовательных дисциплин (в первую очередь математики), конечно, возможны, но в профильной части образования исключений быть не может.

Отношение 1:4 безусловно содержит в числителе вранье — далеко не все сотрудники учат студентов или могут их учить в принципе.

1:4 в «главном университете страны» — знаменатель

Заламывая руки и возводя глаза к потолку, преподаватели рассказывают друг другу страшные истории типа «представляете, а он мне отвечает, что в литре 10 миллилитров». Члены ГАКов, выползая из аудиторий после заседаний, отплевываются и бормочут: «Это же не дипломы, а очень средние курсовые». И вовсе это не старческое брюзжание. Конкурс на некоторые естественные факультеты чисто символический, уровень на входе действительно очень низкий, учебный план под это не подстроен.

Нет у нас сейчас «материала для подготовки элиты», да и само слово «элита» исключает массовость. На общем потоке мотивированным студентам сейчас еще можно дать крепкое ремесло. Например, на химфаке это органический синтез, аналитическая химия, рентгенофазовый анализ — широко востребованные ремесла современной науки и производства, владение которыми, однако, еще не превращает человека в исследователя. Мне совершенно не жаль усилий на подготовку кадров для компаний и индустрии. Но без мотивации (а ее нет, например, более чем у половины общего потока, который мне приходится обучать) никакими усилиями нельзя подготовить грамотного специалиста. Да, стала невозможна мотивация деньгами — это некоторые называют «потерей престижа естественно-научных специальностей». А людей с мотивацией иной природы (просто с потребностью работать головой) мало было всегда. И то, и другое — непобедимые экспериментальные факты. Для сохранения хоть какого-то научного потенциала нам нужно сориентировать всю систему обучения, прежде всего, на не озабоченное прямолинейно понятым «престижем» меньшинство, на будущих исследователей. С этим мы справляемся, на мой взгляд, куда хуже, чем с рутинным обучением ремеслу.

Исследователей нужно готовить штучно, не один год, в крепких научных коллективах, с хорошей публикацией по результатам диплома. И коллективы эти должны быть не сами по себе, а в здоровой научной среде — с содержательными семинарами, с внешними рецензентами, с регулярными лекциями зарубежных коллег. Примеры такие в МГУ до сих пор еще есть, но это капля в море в сравнении с масштабом общих потоков. Немногочисленные сильные студенты часто даже не успевают найти такие коллективы до отбытия в зарубежную аспирантуру. Все, что до отъезда может им дать сейчас МГУ — это некоторые подпорки для самообразования (что тоже не так мало).

А вообще учить мы, конечно же, обязаны всех, кого в МГУ набрали. И по возможности рук не заламывать от того, что на 4 курсе регулярно встречаются студенты, не знающие, что такое логарифм. То есть они, может быть, знают определение — но при решении задач пишут log2 + log3 = log5. Мотивированные, как только им объяснишь по-человечески (без двоек и ругани) где ж они находятся,- упираются рогом и чему-то учатся в конце концов. А которые после окончания планируют торговать зубной пастой или улыбаться посетителям в турагенстве — те ужаса собственной ситуации не понимают. Отчислять пачками? — нет, просто не изображать из себя элитного учебного заведения, а неотступно заниматься трудоемкой селекцией и подстройкой учебных планов. Других решений не оставила нам наша вертикаль.

Правильно было бы резко сокращать прием и обеспечивать реальный конкурс (понимаю, что такое решение руководством МГУ не будет принято никогда). Помог бы переход на двухуровневую систему: оставшихся в магистратуре точно удалось бы учить эффективнее. Но даже такое очевидное решение руководством МГУ уже отвергнуто — более того, зафиксирован «шестилетний специалитет», повышающий число «часов». Значит, нам остается только концентрировать усилия на создании и поддержании спецгрупп и малых факультетов, чтобы дать возможность более сильным и мотивированным студентам учиться в более однородной среде.

Ну и что такое в итоге 1:4? Числитель явно меньше 1, знаменатель сильно меньше 4 — если иметь в виду результат, а не сам процесс. А теперь про «сам процесс».

Чему числитель учит знаменатель?

Моя мама окончила химфак в 1948, я сама — в 1981, мой сын — в 2006 году. И мы все учились по структурно неизменному учебному плану, хотя и со всякими нюансами. За эти годы существенно изменилась структура науки, что в зарубежных университетах привело к изменению именно структуры химического образования. А на нашем острове стабильности обновления (в основном спецкурсы) скорее напоминают заплаты на старом, когда-то очень элегантном и функциональном, но уже изрядно потертом пиджаке.

Я вовсе не к тому чтобы пиджак выкидывать. Его надо бережно перекраивать — то есть заниматься согласованием всех старых и новых курсов между собой. Формально методкомиссии этим занимаются. Я вот прихожу, время от времени, на одну такую методкомиссию и показываю — документально — что программа моего общего курса в 7 семестре огромными кусками перекрывается с программами двух предшествующих общих курсов. И далее на конкретных примерах (сканы из студенческих решений задач)- к чему приводит кусочное изложение в непрофильных курсах. Предлагаю изменения — подвох какой-то подозревают, хотя часов лишних не прошу и даже готова их отдать… Но всё годами тонет в согласованиях, а это ведь вопрос куда проще, чем о согласовании общих курсов со спецкурсами.

В этом году по весне вертикаль распорядилась писать программы «шестилетнего специалитета» в части специализации, ни слова не сообщая о судьбе учебных планов на младших курсах. То есть для упомянутого пиджака мы должны были пошить рукава, воротник и карманы, а к чему их прицеплять — кто-то решит потом. Было только указано, что фасончик должен включать «Место дисциплины в структуре ООП», «Перечень компетенций» и т.п. Формат затребованных программ окончательно сообщили через неделю после первоначального deadline. Потом велели всё то же написать на английском, но этот deadline несколько раз переносили, пока, кажется, он утонул в сезоне отпусков.

Параллельно еще затеяли инновацию — «межфакультетские курсы», согласно приказу ректора № 43 от 13.02.2013. Заказали курсы от 24 до 30 академических часов, с таким вот условием (цитата из рассылки по факультету, приказ не показывали):

Мы еще в рамках обычного учебного плана не научились что-либо подобное согласовывать, а тут за 30 часов надо чтоб независимо от специализации и возраста все всё поняли. Как в известной «Наноазбуке» — для всех, от министров до домохозяек. То есть от нас хотят еще и такого нового вранья, мало им старого.

Первые жертвы — «полставочники»

Повторю, что спецгруппы — это единственное, что мы можем сейчас делать результативно. Для них и программы легче согласовать, поскольку меньше число участников. И уже понятно, что практически ни одна такая серьезная программа не может быть обеспечена только сотрудниками МГУ — необходимы приглашенные лекторы, а иногда и «семинаристы». Их с трудом, но удается еще находить в институтах РАН. Ранее их оформляли на полставки — к сожалению, не только их, но и разных свадебных генералов, от чего, возможно, сложилось у администрации представление о совместителях как о балласте. В свете грядущего сокращения этот балласт показался, видимо, неплохим резервом.

В письме из учебной части (Date: Wed, 5 Jun 201313:43:06) нам сообщили, что «для своевременного проведения на химическом факультете МГУ зачисления совместителей на 2013/2014 учебный год кафедрам химического факультета МГУ необходимо предоставить до 12:00 6 июня 2013 года в учебный отдел предложения по кандидатурам совместителей из числа профессорско-преподавательского состава, планируемых для работы в очередном учебном году, по форме, указанной в приложении». То есть на исполнение дали аж 22 часа 17 минут. К письму был приложен приказ от 28.05.2013, в котором то же самое предлагалось сделать до 31.05.2013. То есть за трое суток, но за 5 дней до рассылки. Оформить бумаги строго к deadline, который уже прошел, — это мы как-то умеем. Кстати, прочитайте, что дальше в приказе, и не говорите, что во всем виноват факультет (шарик налево — шарик направо…): до 15 июля (45 дней) судьбы наших полставочников будет решать некое Управление, а потом еще до 15 сентября (60 дней) будет готовиться приказ, который будет затем пережевывать другое Управление.

Управления — наросты на вертикали в ее ректоратской части. И этими наростами вопрос о зачислении совместителей будет окончательно решен уже после начала учебного года, хорошо, если в сентябре — называется «своевременное проведение». Считаю просто неприличным обращаться к коллегам из РАН с просьбами об участии в нашем образовательном процессе на таких условиях.

Трогателен пассаж про «ведущих ученых». Докторов приглашать можно, а кандидатов нет… зато можно академиков. Вероятно в природе бывают академики, готовые на полставки действительно читать курс, но мне таких не встречалось. Зато знаю очень способных и относительно молодых людей вне МГУ, готовых работать в команде и возиться со студентами всерьез. И мы опять будем врать, оформляя их работу каким-то непрямым путем.

Грустные прогнозы

Среди нас ходят слухи о том, что ректор в поте лица добывает деньги на прибавку научному штату, чтобы избежать сокращения. Можете бросать в меня гнилыми помидорами, но я считаю, что если добудет — то шансов на перемены у нас нет совсем. Если не добудет, то легко предвидеть два очень плохих сценария, в которых критериями становятся «привлеченные деньги» или «формальные показатели» (публикационные рейтинги).

Оба этих сценария достаточно просты в исполнении, и оба приведут к потерям действительно важных для университета сотрудников.

Первый сценарий не обсуждаю в силу его первобытной дикости. Второй был заранее заботливо обустроен — всех нас поставили на счетчик в системе «Истина» (http://istina.msu.ru.) Посыл вроде верный — пусть публикации всех сотрудников будут видны на сайте МГУ. И техническая реализация неплохая, разработчики из НИИ механики создали ряд вполне разумных инструментов. Но цель затеи с автоматическим отсчетом цитирования по Web of Science (WoS) и Scopus в отсутствие детальной классификации научных тематик представляется сугубо бюрократической, поскольку цена этим цифиркам для всех совершенно разная — не только в пределах каждой области знания, но даже внутри узких разделов. Судить о том, велико или мало цитирование специалиста, могут только другие специалисты того же профиля.

Кроме того, «Истина» часто врет самым откровенным образом. Она выдает за данные WoS некоторые вершки, которые легко вытащить нажатием кнопки, особенно при наличии MyResearcherlD. и полностью игнорирует существование в том же WoS большого слоя ссылок на нереферируемые этой базой издания. Для многих математиков, ботаников, геологов это может приводить к занижению цитирования их работ в разы. Для сотрудников старших поколений такое же занижение возникает иногда и в других науках, подробнее см. в статье «Библиометрический азарт как следствие отсутствия научной экспертизы» (www.expertcorps.ru/static/cms/Bibliometric_excitement.pdf). В таблице для некоторых сотрудников разных факультетов МГУ приведены примеры вранья, они находятся моментально. При проведении аттестаций «Истина» бодро распечатывает каждому бумажку с цифрами, которые насчитал автомат, а остальное, конечно, можно приписать в каком-нибудь представлении… Но кто ж поверит на фоне «Истины»… а разбираться лень или некогда.

«Истину» надо бы переименовать… пора уже… А то перед людьми неловко.

Выборочное сопоставление данных в системе «Истина» (http://istina. msu.ru) с данными Web of Science (WoS), извлеченными по опции Cited Reference Search www.expertcorps.ru/science/whoiswho (M_all — общее число упоминаний работ автора в WoS, M_ref — число работ автора, реферируемых WoS).

факультет или иное подразде­ление МГУ (тематика)	«Истина»* 8.08.2013		по опции Cited Reference Search
	статей	цитиро­ваний по WoS	M_ref	M_all	цитирований по WoS (дата загрузки)
Биологический (zooloqy)	292	227	143	302	1111 (3.04.2012)
ВЦ (computer sci, math)	171	183	39	240	1492 (7.05.2013)
ВМК (math)	319	154	318	159	593 (7.08.13)
Мехмат (math)	263	223	79	448	2771 (29.03.2013)
Фундаментальной медицины (med)	69	56	19	50	201 (13.04.2013)
Геологический (mineraloqy)	406	565	159	350	1010 (5.11.2012)
Химический (phys chem)	591	2852	325	1283	9051 (9.03.2013)
Физический (acoustics)	425	1374	133	470	3605 (18.11.2012)
ГАИШ (astro)	89	492	86	203	909 (21.12.2012)

«Автоматика «Истины» умеет считать цитирование только M_ref работ, что приводит к существенно разной недооценке цитирования в разных разделах наук и для людей разных поколений. M_all может быть выше общего числа статей, опубликованных данным автором, поскольку включает ссылки на учебники, монографии, монографические главы и т.п

И что же со всем этим делать?

Опишу схематически сценарий сокращения штатов в МГУ, который позволил бы начать решать накопившиеся в нашем заведении проблемы. Этот сценарий трудоемок, поскольку основан на внешней экспертной оценке научных тематик и учебных планов, но мне он представляется единственно возможным для сохранения университета.

1. Администрация университета не должна иметь никакого отношения к назначению экспертов. Не потому, что среди наших администраторов нет грамотных специалистов (безусловно есть, хотя есть и другие). А потому, что в классическом жанре peer-review иначе просто неприлично. Координаторами этого процесса могут выступить уважаемые люди из других вузов и из институтов РАН, не имеющие к МГУ никакого отношения — Fellows международных обществ, редакторы международных журналов и т.п. Их труд должен быть достойно оплачен. Опыт работы внешних координаторов в МГУ есть уже года два — но до сих пор это касалось только некоторых внутренних конкурсов.

2. Каждый реальный научный коллектив (лаборатория, группа, включающие как ППС, так и научный штат) должен сформулировать свою тематику за последние 3-5 лет и план на такой же будущий период. К этому тексту приложить репрезентативные статьи по выбору авторов, список участников коллектива (включая «инструменталистов», часто не имеющих собственной тематики), информацию об участии в преподавании, о дипломах и диссертациях последних лет, а также данные о цитировании.

3. Минимум 3 внешних эксперта, назначенных внешним координатором, должны оценить актуальность или тупиковость каждой тематики, уместность подготовки по ней специалистов, перспективы их трудоустройства в России и продолжения обучения за рубежом. На основании этих оценок нужно выделить коллективы, которые нужно сохранить любой ценой, а также другие категории коллективов.

4. Сотрудники, не входящие в научные коллективы (занятые только преподаванием), должны представить для аналогичной экспертной оценки развернутые программы своих дисциплин, включая предлагаемые студентам задачи, и краткие сведения о том, с какими иными дисциплинами сопряжена их педагогическая деятельность.

5. Внешним экспертам, имеющим опыт преподавания, нужно предоставить указанные в п.4 материалы вместе с учебными планами и получить их рекомендации об актуальности этих планов и необходимости их модификации с участием работающих в МГУ или приглашенных преподавателей.

В этой схеме не может быть никаких «квот» для подразделений. Эта схема может быть реализована только при активной поддержке ее основного принципа значительным числом рядовых сотрудников МГУ и детализирована с их участием — вопреки зашатавшейся вертикали, растерянность которой вполне очевидна.

Посмотрите на РАН: оголтелое законотворчество конца июня 2013 года всего за один последующий месяц привело к невиданному до сих пор взаимодействию сотрудников совершенно разных институтов, к появлению содержательных проектов документов, то есть к реальной самоорганизации и попыткам «самореформирования». Коллегам из РАН в чем-то проще — там в этом процессе практически на равных с «рядовыми» участвуют и директора институтов, и маститые носители званий. А вот от ректоратов крупнейших вузов пока ничего кроме «взятия под козырек» по поводу поручения и постановлений не слышно. Ну, значит надо попытаться обойтись без них…