Кирилл Журенков: лингвисты бьют тревогу

Сенсационная новость из Австралии: в архивах найдена информация о сотне языков местных аборигенов, многие из них считались навсегда потерянными. Тем временем лингвисты бьют тревогу: с каждым годом языки исчезают все быстрее

Иногда от языка остается только словарь в архиве
Фото: NSW state library

Материалы подготовил Кирилл Журенков

Известный лингвист из Университета Сиднея Майкл Уэлш и не предполагал, что найдет в старейшем книгохранилище Австралии — Государственной библиотеке штата Новый Южный Уэльс — настоящий научный клад. Несметное количество ранее неизвестных текстов, рассказывающих о многих давно забытых языках коренного населения. Например, в двух записных книжках, обнаруженных в простой коробке, оказался "Краткий словарь аборигенов залива Раффлс", составленный одним из прибывших сюда давным-давно колонистов. Не менее уникальная находка — 130-страничный словарь, где дается перевод с языков дияри и вангкангурру на немецкий. Обычно ученые рады и нескольким десяткам слов, а тут — более сотни страниц! Новость о находке уже облетела мировые СМИ — лингвисты в последнее время пытаются привлечь самое широкое внимание к своим проблемам. Мол, биологи уже давно бьют тревогу по поводу исчезновения животных и растений, но тот же самый процесс из-за глобализации и миграции населения происходит и с языками. Их нужно спасать, и без мирового сообщества тут не обойтись.

Беспокойство ученых можно понять, ведь проблему осознали совсем недавно: первый в истории "Атлас исчезающих языков" ЮНЕСКО был опубликован в 1996 году. При этом ситуация с каждым днем ухудшается. Согласно атласу 2001 года, под угрозой исчезновения находилось 900 языков, а на нынешней интерактивной карте их уже 2471!

Лингвисты не случайно поминают биологов — оскудение языкового ландшафта чувствуется во всех сферах жизни. К примеру, носители исчезающих языков зачастую знают о редких животных и растениях гораздо больше, чем мы, отмечает лингвист из Филадельфии, автор книги "Когда умирают языки" Дэвид Харрисон в интервью газете The Independent. Для примера он приводит язык каллавая, который используется боливийским племенем целителей. В нем содержатся сведения о растениях, помогающих излечивать всевозможные недуги. Самое занятное, что язык тайный, а передается он от старшего к младшему — исчезнет он, исчезнут и уникальные знания. Отечественные специалисты согласны с западными коллегами: так, у эвенков примерно 50 слов для описания снега, но это не просто поэзия, а точное понимание состояния снежного покрова. Не пригодится ли это экологам и климатологам в будущем?

К счастью, в последнее время проблемой озаботились не только ученые, свой вклад в ее решение внес и IT-гигант Google. Его специалисты недавно создали сайт, где энтузиасты могут делиться информацией об исчезающих языках или, наоборот, находить ее. В качестве примера таких энтузиастов в Google приводят Дэрила Болдуина из американского племени майами (Оклахома): он сам выучил исчезнувший язык майами-иллинойс по древним манускриптам и теперь работает в университете над тем, чтобы его оживить. И вот новые технологии должны помочь в подобных изысканиях. На открытый IT-компанией сайт можно загружать видео- и аудиофайлы, допустим, с записями людей, говорящих на том или ином языке, а создатели призывают специалистов присоединяться к проекту. Призыв услышан — уже сейчас в базе данных более 3 тысяч языков! Начинание тем более важное, что, по подсчетам директора Института живых языков Грегори Андерсона, научно зафиксировать исчезающий язык — дорогое удовольствие. Это стоит около 200 тысяч долларов и занимает несколько лет.

Кстати, сам доктор Андерсон вместе со своим коллегой Дэвидом Харрисоном даже снялся в документальном фильме "Лингвисты", показанном на популярном фестивале Sundance. Оба ученых часто выступают в СМИ — к теме нужно привлекать как можно больше внимания, ведь люди и желание есть, а вот денег не хватает.

Для России проблема не менее актуальна: согласно ЮНЕСКО, на нас приходится 135 вымирающих или даже абсолютно исчезнувших языков. Например, камасинский умер в 1989 году с последней его носительницей Клавдией Плотниковой, а чулымско-тюркский вот-вот исчезнет, его носителей всего около 35 человек. Впрочем, известны и случаи, когда языки у нас пытаются восстановить (как, например, язык сойотов, народа в Бурятии, для которого была разработана письменность, напечатан букварь...), однако специалисты отмечают, что этих усилий, как всегда, недостаточно. Вот, мол, наши соседи, те же норвежцы, делают для малых народов гораздо больше.

Что же ждет нас, если исчезновение языков не удастся остановить? Уже звучат предсказания о том, что на все человечество останется один, в крайнем случае — два или три языка. Известный футуролог Йен Пирсон, часто выступающий в качестве комментатора на страницах нашего журнала, и его коллега Патрик Такер недавно провели эксперимент. Они оценили по десятибалльной шкале различные прогнозы, касающиеся нашего будущего. Так вот, вероятность того, что на Земле сохранится лишь английский, китайский и испанский, в результате оказалась 8 из 10. Задуматься об этом надо уже сегодня, ведь футурологи дают нам всего сотню лет. Особенно это актуально в преддверии Европейского дня языков, который приходится на 26 сентября и по традиции привлекает внимание к тому, как нам друг с другом общаться.

Выручить язык