Сандра Буллок в "Гравитации"

Премьера кино

Фото: filmz.ru

Героиню Сандры Буллок, тоскующую по родной планете, тяготит даже невесомость

Фото: filmz.ru

Научно-фантастический блокбастер Альфонсо Куарона "Гравитация" (Gravity) войдет в историю кинематографа среди прочего и тем, какая жуткая очередь величайших голливудских актрис современности выстроилась за правом сыграть астронавтку, выжившую в открытом космосе практически в одном скафандре, после отпавшей первоначальной кандидатки Анджелины Джоли как слишком дорогостоящей. Представленную в итоге на экране Сандру Буллок ЛИДИЯ МАСЛОВА считает совсем неплохим выбором.

Восторженная англоязычная пресса приписывает "Гравитации" едва ли не такое же революционное значение, как "Космической одиссее" Стэнли Кубрика, обнаружив, видимо, известное визуальное сходство между кубриковскими и куароновскими орбитальными пейзажами. Разница, однако, в том, что изобразительные проблемы, которые в 1968 году мог решить только гений, в 2013-м вполне под силу просто терпеливому и настойчивому человеку: Альфонсо Куарону пришлось ждать лишь каких-то несколько лет, чтобы современные технологии позволили создать панораму бескрайнего космоса, вполне убедительную даже без 3D и IMAX. Более кропотливая задача, стоявшая перед оператором Эммануэлем Любецки, заключалась в том, чтобы совместить видные в скафандрах физиономии живых актеров с компьютерной панорамой звездного неба, в котором происходит действие фильма. В "Гравитации", если рассматривать ее как некий космический натюрморт, человечки явно в подчиненном положении: здесь гораздо больше места, чем маленькие человеческие лица, занимают далекая, хотя и очень красивая в таком ракурсе Земля, равнодушная Луна, пара орбитальных станций, на которых не осталось никакого народу — ни русского, ни китайского, а также проносящийся с известной периодичностью ураган из обломков русского спутника, который сами же русские и взорвали на всякий случай. "Имеют право",— комментирует герой Джорджа Клуни, олицетворяющий в "Гравитации" несокрушимое самообладание, невозмутимость, здравый смысл и смекалку. "Пусть за нас беспокоятся эти парни внизу",— говорит этот орбитальный мачо, мечтающий в своем летательном "ранце" побить рекорд некоего Анатолия Соловьева по пребыванию в открытом космосе. Вообще, пиетет Альфонсо Куарона по отношению к космическим успехам России способен доставить местному зрителю отдельное удовольствие, особенно вера персонажа Джорджа Клуни в то, что в крайнем случае космическим топливом отлично может послужить водка.

Было бы, однако, не совсем правильно считать технически и визуально изощренную "Гравитацию" некоей демонстративной залепухой с идеологической точки зрения, в которой звездолеты заправляются "Столичной", а пилоты молятся на укрепленную над приборной доской экзотическую иконку святого Христофора с песьей головой, покровителя путешественников. У Альфонсо Куарона, написавшего сценарий вместе с сыном Хонасом, мелкие, не всегда заметные, а иногда довольно нелепые сюжетные ниточки, связывающие героиню с Землей, так же важны, как болтающиеся в космосе канаты и стропы, то помогающие ей уцепиться за спасительную станцию, то, наоборот, мешающие ей стартовать к следующему пункту маршрута, тем более обреченного закончиться гибелью, поскольку после гибели четырехлетней дочки героиню на Земле никто не ждет.

Помедитировав на русского святого с собачьей головой, американская космонавтка тут же выходит на связь с китайцами, правда, не с теми, на чьем корабле она рассчитывает, если повезет, вернуться домой, а с земными китайцами, у которых где-то за сотни километров лают собаки и плачут дети. И пока героиня, расчувствовавшись и стосковавшись по родной планете, начинает самым душераздирающим образом подвывать в эфир вместе с китайскими собаками, одна из ее принявших в невесомости идеально круглую форму слезинок подплывает к самому объективу, как бы ставя вплотную вопрос о том, стоит ли покорение космоса слезинки женщины-космонавта.

Вопрос этот, разумеется, на новизну не претендует, но решение его не лишено известной психологической оригинальности. Мы так никогда и не узнаем, ради чего героиня Сандры Буллок столько времени судорожно барахталась в космосе — возможно, для того, чтобы побыстрее встретиться на том свете с покойной дочкой (в критический момент, когда она совсем уже решает прекратить борьбу и отправиться к дочке, эффектное появление погибшего вроде бы персонажа становится одним из лучших моментов "Гравитации"). Однако первым живым существом, встречающим ее на земле, становится лягушка — почти как из той басни, в которой надо было очень быстро сучить лапками, чтобы превратить молоко в масло и не погибнуть. Примерно этим же самым занимается весь фильм лягушка-путешественница, которую играет Сандра Буллок, и ее инстинктивная двигательная активность вызывает даже больше уважения, поскольку взбивать безвоздушное пространство в отсутствие гравитации значительно тяжелее.

Широко открытый космос