Оригинал материала
Киев: Евромайдан-2013
Вероятно, у каждого поколения должен быть свой Майдан, и новый «Евромайдан», который окончательно оформился вчера в Киеве, мало чем похож на легендарный Майдан-2004: и по географии, и по демографии, да и по энергетическому ощущению и смысловому наполнению это совершенно другое действо.
Собственно, в воскресенье 24 ноября все стало понятно с географией и демографией. А началось все несколькими днями раньше, 21 ноября, когда после заявления украинского Кабмина о приостановке курса на евроинтеграцию, журналист «Украинской правды» Мустафа Наем призвал всех выйти на Майдан (через фейсбук, разумеется) и несколько сотен человек собрались в тот же вечер у памятника Независимости. С тех пор на протяжении трех дней импровизированный митинг на Майдане не прекращался, но в воскресенье ситуация изменилась.
Во-первых, спонтанно или нет — кажется, все же концептуально — поменялась география, вернее, дислокация. Основные события переместились на Европейскую площадь. В полдень многотысячная колонна прошла от памятника Шевченко, что на одноименном бульваре напротив одноименного университета, через Крещатик на Европейскую площадь, сметя по дороге палатку коммунистов у памятника Ленина в начале бульвара и увлекая за собой участников старого Майдана и «псевдомайдана», который Партия регионов спешно собрала на Михайловской площади. Для ясности: Европейская площадь находится в сотне метров от Майдана, вдоль по Крещатику, а Михайловская площадь — в той же сотне метров, но выше. Менее чем в сотне метров от той же Европейской площади, по улице Грушевского, находится здание Кабмина — главная цель митингующих. Утром в понедельник было заявлено, что участники митинга намерены пикетировать Кабмин и «блокировать» работу правительства Николая Азарова. Технически это уже произошло, несмотря на вмешательство «Беркута» (украинского ОМОНа): дело в том, что в отличие от настоящего Майдана (площади Независимости), Европейская площадь — реальная транспортная развязка, у собравшихся там нет иного места, кроме проезжего «круга», и хотели они того или нет, но они заблокировали движение в центре Киева.
Вся эта достаточно тесная география (буквально тесная, Европейская площадь гораздо компактнее Майдана, она почти вся состоит из проезжей части, людей оттуда гораздо проще вытеснить на склоны и в переулки) определяет условную демографию. Чтобы ни говорили с обеих сторон о числе митингующих — оппозиция насчитала от 200 до 500 тысяч, МВД — 25 тысяч, — «стационарно» там помещается не так много народу. При этом маневра у митингующих практически не осталось: Майдан с утра перекрыт тем же «Беркутом», официально там началось сооружение новогодней елки и, как это ни смешно звучит, зимнего катка (в Киеве, между тем, тепло и дождливо).
Кажется, пока еще рано говорить о дальнейшем развитии событий, известно лишь, что у оппозиции в планах продержаться «до Вильнюса», а там видно будет… Но уже сейчас понятно, что настоящие лидеры этого нового Майдана, не системные политики, не Александр Турчинов и не Арсений Яценюк («Батькивщина»), не опоздавший по странному стечению обстоятельств Виталий Кличко (его самолет в воскресенье не принимали столичные аэропорты, он приехал в Киев к вечеру из Кривого Рога, но у фейсбучной общественности возник естественный вопрос: почему, собственно, Кличко не мог прилететь в субботу?), и даже не гальванизированный Юрий Луценко и пишущая письма из узилища Юлия Тимошенко. На этот раз никто не скандировал «Так!» условному «ющенко». Видимо, мы учли уроки того Майдана, никаких «ющенко» здесь не предвидится, а «спикеры» на импровизированной трибуне воспринимались в лучшем случае как диджеи. И реально люди хотели услышать тех, кого они привыкли слушать в том же фейсбуке: Мустафу Наема (журналиста) и Андрея Бондаря (поэта), Ивана Семесюка (художника) и Александра Ройтбурда (тоже художника). Кажется, они понимают в происходящем больше, чем политики с аналитиками, и реально стоят (вернее, живут) на этой земле.
И вот, собственно, то, что должно было быть сказано на Майдане, но сказано в фейсбуке: «Так, наші «майдани» часом схожі на вистави з акторами з провінційних труп. Ок. Але вони в нас є. Сам той факт, що здібність агроельфів підняти свої дупи і припертися з транспорантами на майдан, враховується як значний фактор при побудові тактичних схем в політичних перегонах — тішить. Бо міг би і не враховуватися, але враховується. Ніяких потрясінь не буде (здається), але тиха еволюція триває. І це добре, шановні. Ну хз, карочє».
(«Да, наши «майданы» зачастую похожи на театральные постановки с актерами из провинциальных труп. Ок. Но они у нас есть. Сам факт того, что агроэльфы способны поднять свои задницы и припереться с транспарантами на майдан, учитывается как серьезный фактор при построении тактических схем в избирательных кампаниях — и это радует. Потому что мог бы и не учитываться, но учитывается. Никаких потрясений не будет (кажется), но мирная эволюция продолжается. И это хорошо, уважаемые. Ну, хз, короче».)