Жук врать не будет

Среди рисков, которыми наделяют ГМО, чаще всего поминается их потенциальная способность вредить здоровью. Речь не о трагикомичной идее «встраивания генов», не о таинственных вирусах, обитающих в чужеродных генах, даже не об изменении в экспрессии генов посредством микроРНК, а о почти правдоподобной идее, встречающейся не только в популярной прессе, но и в заявлениях вовсе неглупых людей. О том, что проводя генетические манипуляции, нарушая тонкую структуру живого организма, мы не можем предсказать, что получим в итоге. Нельзя врываться в эти сферы и крушить всё топором!

Новые токсины, аллергены, канцерогены — любые ужасные последствия возможны. Совсем другое дело — селекция. Она же точно не создаст ничего вредного и предосудительного, она натуральна и проверена временем?

К примеру, ГМ-картофель, в который «встроен» ген, отвечающий за производство смертельного для колорадского жука токсина, традиционно считается вещью страшно подозрительной и непредсказуемой. Если картошку даже жук не ест, значит, с ней что то не то, и не картофель это вовсе. Представляете, что он может сделать с человеком?

Давайте представим. Пусть жук действительно может считаться индикатором съедобности картофеля. Но еще совсем недавно по меркам эволюции не только человек, но и жуки ничего не знали о картофеле и вообще питались никому не нужным колючим паслёном. Нужно ли признать паслен съедобным как традиционную пищу жуков? А может, стоит счесть полезной беладонну, которой это вредное насекомое не прочь отобедать? Наконец, что мы будем делать с капустой, морковкой, клубникой, яблоками и киви, всей остальной едой, которую вредитель есть категорически отказывается?

«Применимость колорадского жука как инструмента для определения съедобности ограничено только одним картофелем», — однажды возразили мне. Удобно и снимает ехидные вопросы. Жаль, что также абсурдно.

Каждое растение на этой планете является кладезью не только витаминов и микроэлементов, но и разного рода антибиотиков, пестицидов, фунгидидов, консервантов и прочей химии. Любое растение изначально является маленькой фабрикой по производству химического оружия, и оно готово в любой момент развернуть его против желающего полакомиться им. Съедобность картофеля для жука не показатель съедобности для человека. Это показатель находчивости эволюции, давшей насекомому возможность избавляться от вредных картофельных гликоалкалоидов (http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/15260230). Это свойство жука не делает картошку безопаснее, случаи отравления натуральным соланином из селекционного картофеля не так уж редки.

В конце 1960-х годов в США на рынке появился новый вкусный сорт картофеля «Ленапе» (Lenape). Красивый желтый цвет и высокое содержание крахмала делало его идеальным для жарки. Был и еще один приятный бонус — устойчивость к фитофторе, способной уничтожить урожай чуть ли не полностью. Колорадские жуки при этом такой картошкой не брезговали. Что, с точки зрения современных противников ГМО, однозначно говорит о безопасности.

Темная сторона желтых клубней открылась уже через несколько лет после начала культивирования. Потребители стали жаловаться на тошноту, диарею и другие симптомы отравления. Проверки выявили виновного. В погоне за устойчивостью против вредителей селекционерам удалось многократно увеличить уровень производства картофелем соланина, безвредного для колорадского жука, но вредного для человека. Генных модификаций не понадобилось — всё произошло абсолютно естественным путем. Но проверять на безопасность ведь не надо, это же селекция!

Колорадский жук врать не будет, не так ли? Кто знает, сколько таких «соланиновых» сортов картофеля, а вместе с ними напичканных натуральными токсинами капусты, моркови, кабачков и остальной «натуральной» еды сегодня можно купить?

Опыты на потребителях были прекращены достаточно быстро, и картофель отозван (http://link.springer.com/article/10.1007%2FBF02864812). Никто не успел погибнуть. К слову, если бы «Ленапе» был сделан с помощью генной модификации, то никого даже не стошнило бы. Он просто не прошел бы элементарную лабораторную проверку. Но ГМО ведь нельзя. Нет, нет! У них же риски и непредвиденные последствия.

Это удивительное явление современной жизни. Пытаясь уйти от рисков и достичь максимальной эффективности, мы целенаправленно выбираем самые рискованные и непродуктивные технологии. ГМО с парой известных измененных генов, изучаемых десятилетиями, считаются подозрительными. А сорта, выведенные с помощью селекции, часто с применением ионизирующего излучения и сильных химических мутагенов, меняющих и тасующих случайным образом одновременно тысячи генов, считаются безопасными и не требующими дополнительных исследований. На самом же деле именно селекция, а не генная модификация, является даже не топором, а бензопилой, создающей хаос в геноме растения.

Хотя что еще можно ожидать от тех, кто всерьез считает колорадского жука индикатором съедобности!