Где наше кино для наших хороших деточек?

Выход российского семейного фильма — целое событие на фоне многолетнего и многомиллиардного голливудского карнавала

Выход на экраны российской новогодней антиутопической сказки «Страна хороших деточек» — повод осмотреться на киноместности в поисках утраченного детского кино (которое вроде бы сегодня вновь финансируется государством)...

Выход на экраны российской новогодней антиутопической сказки «Страна хороших деточек»—повод осмотреться на киноместности в поисках утраченного детского кино (которое вроде бы сегодня вновь финансируется государством)...

О «Стране хороших деточек»

Однажды во время боя курантов родители неряхи и безобразницы Сашеньки загадали: а пусть у них будет хорошая покладистая девочка, чистюля и отличница. Дед Мороз, известное дело, во время новогоднего боя часов не дремлет. Вот и появилась на пороге сталинской квартиры не совсем своя, зато благообразная, воспитанная, гладко зачесанная девочка. А непослушную растрепу на волшебном лифте отправили на перевоспитание в волшебную Страну неумолимо хороших деточек. Лишили имени и пронумеровали.

В этой стране без чипсов и конфет вышколенные круглейшие наутюженные отличники не тратят время зря на бессмысленные игры; не ябедничают, но немедленно сообщают куда надо, если кто-то кое-где… В стране послушания все по расписанию. День начинается с гимна хорошей Королеве — нет, самой лучшей из всех королев! Церемония забвения — важнейший из уроков. Память, вообще вещь тревожная и вредная. Границы лучезарной страны непомнящих родства на невидимом замке. За порядком и дисциплиной пронумерованных деток следят остроконечные солдаты, вмиг собирающиеся-складывающиеся из часовых механизмов.

Среди прародителей этой истории и Кэрролл, и «Королевство кривых зеркал», и «Вовка в тридевятом царстве», и «…Швамбрания», и инверсия михалковского «Праздника непослушания». И все же автор сценария Анна Старобинец придумала особенный сладостно-тоталитарный мир, в котором детям запрещено быть детьми. По сути, это воспитательный концлагерь, стачивающий углы индивидуальностей — конвейер по производству откалиброванных, дисциплинированных жизнерадостных функций. Распорядитель, или часовщик заводного государства или часового конвейера, — готический волшебник, он же полпред распрекрасной Королевы, он же — сама распрекрасная Королева (Вячеслав Манучаров) — сам когда-то «выпал» из детства. А лишенные детства мальчики вырастают в настоящих разбойников, по совместительству… в мстительных государственных правителей.

Заметим, реальный мир сценаристу и режиссеру, дебютантке Ольге Каптур удается хуже. Родители Саши, ее дедушка с бабушкой выглядят глуповато, от таких родственничков впору эмигрировать хоть в какую тридесятую страну. И работе с актерами (а в фильме наряду с детьми снимаются профессионалы вроде Пеговой, Назарова, Селезневой, Грамматикова) Ольге Каптур еще предстоит учиться. При этом «Страна хороших деточек» — пример вполне качественного продюсерского кино. Когда за относительно небольшой бюджет ($3 500 000), в отсутствие блестящих афористичных диалогов (как в «Вовке в тридевятом царстве») на экране возникает и одушевляется волшебный мир, который и после титров вспоминается во многих подробностях. Художники вместе с компьютерщиками сочинили прекраснодушное, желто-сиренево-голубое, расчерченное на клеточки и кружки безвоздушное «выставочное» пространство. К тому же важно отметить, что фильм студии «Новые люди» следует не только проторенным за океаном путем голливудского авантюрного блокбастера, но и лучшим традициям отечественного кино. А именно — желанию вести диалог с ребенком и его родителями не по касательной: о существенных проблемах, о непростых взаимоотношениях в семье, о наших взаимных неутоленных требованиях. И премьера фильма в «Пушкинском» продемонстрировала, как ни странно, готовность детской аудитории внимать и разделять экранные переживания с героями вне 3D и навороченных аттракционов. Так, гляди, и к проблемному семейному кино вернемся.

О состоянии детского кино

У российского детского кино тяжелый анамнез. На протяжении многих лет картин для поколения next практически не снимали. Можно сказать, разучились. К тому же детская аудитория сегодня оккупирована, ангажирована многомиллионным голливудским аттракционом, виртуозным и изобретательным 3-4-5D-штукарством. С пеленок, с молоком наши детки впитывают оплаченную родительскими кошельками самозабвенную любовь к Джонни Деппу, Дэниелу Рэдклиффу, Хью Джекману, Тоби Магуайру и прочим замечательным парням.

А ведь были времена, когда именно детское кино и кино о детях давало путевку в профессиональную жизнь лучшим из лучших: Тарковскому («Каток и скрипка»), Кончаловскому («Мальчик и голубь»), Данелии и Таланкину («Сережа»), Митте («Звонят, откройте дверь»), Климову («Жених» и «Добро пожаловать...»), Асановой («Не болит голова у дятла»). Впрочем, какие же это «детские фильмы»? Это многослойное кино со своей эстетикой, философией, обращенное к самой широкой аудитории, разговаривающее на «ты» с современностью. Ведь за что гнобили и «убивали» «Айболит-66» Быкова? За аллюзии, которые считывало взрослое поколение в подчеркнуто условной сказке с тряпичным морем. «Это даже хорошо, — распевали герои, — что сейчас нам плохо!» И песенку добрейшего из «ветеринаров» в исполнении Олега Ефремова подхватывала страна. По сути, это и было не детсадовское, но подлинно семейное кино, с матрицы которого люди разных возрастов по сей день считывают важную эмоциональную, содержательную информацию.

Сегодня молодые амбициозные творцы отказываются идти «в песочницу», предпочитая незамутненное авторство. А может, и боятся, памятуя знаменитое Чуковско-Быковское: «Кино для детей должно быть таким же, как и для взрослых, только лучше». Да и продюсеры отказываются снимать детское кино, которое априори обязано быть занимательным, зрелищным — следовательно, недешевым (одни компьютерные эффекты требуют бешеных вложений). При этом «отбить» вложения невероятно сложно, потому что и наше доблестное ТВ «детскую продукцию» не привечает: рекламу в ней по закону не разместишь, а для нашего «ящика» реклама — идол, в неустанном молении которому давно все лбы разбиты. Да и у аудитории нет привычки ходить на отечественное «детско-семейное» в кинотеатр. Не приучены. Опасаются (и, как правило, справедливо). В общем, замкнутый круг. Только недавно этот лед недоверия начал трещать благодаря прежде всего мультипликационной богатыриаде студии «Мельница».

Не будем забывать и о контексте. Маломощные отечественные фильмы в кинотеатре конкурируют с космически продвинутыми коммерческими тяжеловесами. Почти параллельно с «…хорошими деточками» в прокат вышла очередная часть хоббитовской трилогии Питера Джексона. На ее производство уже потрачено $561 000 000. Это один из самых дорогих проектов в истории кино, по сути, объемный Хоббит-ленд. В сказочном эпосе «Хоббит: Пустошь Смауга» зрителя пытаются схватить гигантские пауки, напугать орки, медведь-оборотень и необъятный дракон Смауг, таящийся под тоннами сокровищ Одинокой горы. Несколько затянутое, но зрелищное кинопутешествие в мифологию Толкиена, где смешаются в общем карнавале гномы, эльфы, люди, — кажется, достигает ощущения физического присутствия. Во всяком случае, мой юный сосед в 3D-очках пытался дотянуться до бабочки, которая «зримо» слетев с экрана, кружилась практически над нами. Ну как, скажите, конкурировать с этой мощнейшей машинерией, с распростертой во времени и пространстве выставкой достижений новейших технологий?

И тем не менее считаю необходимым поддерживать храбрость одиночных пловцов, с большим или меньшим успехом пытающихся достичь берегов универсального многосмыслового отечественного семейного кино. Без сюсюканья, соплей и притворства преобразить реальность фантазией, нащупывать интонацию и стиль в повествовании о человеке, еще не укрытом коростой цинизма, не растворенном в социуме. Всматриваться в героя, озадачиться постижением его тайны. Детство — столь же многомерный многокрасочный, драматичный период жизни, как и любой другой. «Это просто определенный срез в целостном понятии мироздания». Так говорил Ролан Быков, а он точно понимал, про что говорит.