Милосердие - штука заразительная

Всю эту неделю вертится на языке одна фраза. Не помню, кем сказанная, не помню, где прочитанная: «Милосердие – штука заразительная!»

Кажется, совсем недавно, в прошлый четверг Путин объявил, что милует Ходорковского, буквально за день до этого депутаты приняли амнистию, ту самую, которую мы все уже окрестили «куцей». Да, это не та широкомасштабная амнистия, которую написали в СПЧ, это не та амнистия, которая могла бы исправить судебные ошибки и рагрузить тюремную систему. Да, это не та амнистия, которая была бы достойна 20-летия Конституции.

Но даже по этой «недоамнистии» на свободу выходят люди. Десятки и сотни людей.

Вот вышли Маша Алехина и Надя Толоконникова, вышел еле живой Володя Акименков, Леонид Ковязин. Все эти люди вышли из клеток и они на свободе. Есть радость. Но она очень горькая. Ощущение вины за то, что не удалось добиться освобождения всех тех, кто страдает за протестные акции, за то, что «вышли на площадь». Ощущение вины за то, что не удалось пробить стену.

В воскресенье я видела Стеллу Антон - маму Дениса Луцкевича. Он по-прежнему в СИЗО. Журналисты и писатели подписывали новогодние открытки «узникам Болотной», говорили красивые слова, называли их героями. А я смотрела на Стеллу Антон и представляла себе, что думает эта женщина.

Я представляла себе, что думают родители Алексея Полиховича, что думают другие близкие всех тех 13 «узников Болотной», которые до сих пор сидят в клетках.

Они думают: «Почему эти ребята на свободе, а мой сын - нет? (Во всяком случае, будь я на их месте, я бы думала ровно так) Он также не виноват, как и те, кого освободили!»

И Стелла Антон и Алексей Полихович и Ольга Гущина, если они думают так, они тысячу раз правы.

Поэтому надо что-то сделать, чтобы ОНИ, те самые, чье имя нельзя называть всуе, поняли, что делать добро – легко и приятно, что милосердие – заразительная вещь.

И если люди в мантиях до сих пор не разгадали тот сигнал, что послал им Путин, мне хочется им помочь: «Он говорит вам: «Судьи, прокуроры - станьте чуть-чуть добрее, я разрешаю».

Услышат ли?

Медиа-эффект от освобождения Ходорковского , Маши Алехиной и Нади Толоконниковой трудно переоценить. Надо отдать должное Путину, он все рассчитал суперправильно.

Может быть, ему наконец понравится быть милосердным царем?

И он, наконец, поймет, то, что в последнее время мы все повторяли, как мантру: «Быть милосердным – не значит быть слабым».