Безработица росла в 2013 году вместе с теневым сектором

Безработица в РФ в 2013 году впервые за последние годы перестала снижаться. Кроме этого, впервые за последние годы рост занятости в теневом секторе не уменьшал числа безработных в России. До этого года практически все факторы, возрождавшие в стране полную занятость, действовали в одном направлении. В 2014 году безусловный заработок уже никому не гарантирован.

Эксперты в конце года еще расходились в итоговой оценке уровня безработицы 2013 года — оценки располагались в диапазоне от 5,7% до 6% экономически активного населения. Однако уже сейчас совершенно точно можно сказать, что в течение всего года ее показатели росли хоть и не очень значительно, но превышают аналогичные по итогам 2012 года. Рост уровня безработицы, пусть даже и совершенно непоказательный (и не имеющий значимых социальных последствий), происходил в 2013 году впервые за последние несколько лет — с пиковых значений 2009 года он каждый год неуклонно снижался.

В принципе эта ситуация на рынке труда неудивительна и тривиальна: она явно отражает общее ухудшение экономической ситуации в стране и стагнацию промышленного сектора. Мало того, трехлетние прогнозы безработицы в трехлетнем трудовом балансе Минтруда, опубликованном в декабре 2013 года, говорят о том, что правительство не видит в происходящем существенной угрозы: за уровень 6% она, по этим прогнозам, все равно не выйдет и этот уровень все равно останется одним из самых низких в мире. Для Москвы и ряда городов-миллионников безработица, по сути, продолжит оставаться несуществующим явлением, географически центры российской безработицы — это и поставщики внутренней трудовой миграции в мегаполисы, это Поволжье, депрессивные регионы Центральной России и Северный Кавказ.

Разумеется, существенный промышленный спад может разом поменять ситуацию с безработицей. Однако есть более важное обстоятельство: в уходящем году, скорее всего, также увеличился и объем работающих в теневом секторе. Для России в отличие от остальных стран совпадение трендов в этих областях необычно — за последние пять лет однонаправленное движение таких показателей не отмечалось. В 2013 году в теневом секторе, вероятно, работало около 14-14,5 млн россиян, что составляет примерно 19% общей численности занятых. С 2003 года (с этого момента ведется статистика) большее число людей было вовлечено в теневую экономику только в 2008 году (19,5%). После этого пикового значения начался спад, который достиг нижней точки в 2010 году, и с 2011 года число занятых "в тени" стало расти. В 2012 году доля "неформалов" достигла 14 млн человек, и нет оснований предполагать, что восходящий тренд в этом году переломился.

Переход сотрудников "в тень" уже после посткризисного восстановления экономики явно отражает и вынужденное сокращение рабочих мест работодателями на фоне стагнации (отчасти — из-за ранее раздутых штатов, отчасти — из-за снижения в 2013 году прибылей), и увеличение административной и налоговой нагрузки, а в 2013 году никаких значимых перемен по этим направлениям не произошло. "В тени" работает в большей степени городское, чем сельское население, основные виды "неформального" заработка — в сельском хозяйстве, торговле и строительстве. В двух последних областях, по данным экспертов, в будущем году также возможен прирост занятых.

Одновременный медленный рост безработицы и теневого сектора в случае продолжения тренда в 2014 году может быть опасным. Во многом устойчивый баланс двух секторов экономики при стабильной безработице — важнейший из элементов неофициального "общественного договора": учитывая, что в рамках программы "создания 25 млн высококвалифицированных рабочих мест" Белый дом в 2013 году де-факто снял ограничения на сокращение избыточной занятости, прогнозировать развитие ситуации на рынке труда с 2014 года на деле почти невозможно. Может быть, 2013-й стал последним годом, в который входящие факторы, сокращавшие безработицу в РФ вплоть до возрождения политики полной занятости, работали в одном направлении.

Анастасия Мануйлова, Дмитрий Бутрин

Рабочий полдень заканчивается