Оригинал материала
Ваши письма, 1 января 2014
Что я скажу этому любующемуся собой человеку? Кому как, дорогой. Кто-то мечтает об ароматно-опасных борделях, а кто-то истово служит всякой и всяческой чистоте, до изнеможения наслаждается стерильностью, творит для себя всё новые и новые гигиенические заветы Моисея, - и ему тоже: с одной стороны хорошо, а с другой – тяжело на душе оттого, что не все вокруг поклоняются стерильности так самозабвенно, как он. Всякой твари по паре в этом не лучшем из миров.
Прислали фотографии того, что слишком громко было названо Ходынкой по-севастопольски. Перед Новым годом в Севастополе для установления рекорда Украины приготовили салат-оливье весом четыреста шестнадцать килограммов. Получить порцию мог всяк желающий. Было холодно, шёл дождь. Это не помешало жителям всех возрастов устроить давку. К счастью, в ней никто серьёзно не пострадал. На снимках я не заметил ни одного измождённого лица, много молодых и весёлых, больше, между прочим, женских. Раздавали салат матросы с помоста, где была установлена салатница в виде челна. Вот к этому челну и устремлялись, не боясь ни быть затоптанными, ни затоптать кого-то, жители города-героя. Города-героя – это не моё ехидство, Так – в письме, оно интересно озаглавлено: «К вашему сведению». Да, город-герой, города-герои… Удачная, надо признать, выдумка советской пропаганды. Кроме прочего, означала она не что иное, как халяву для избранных городов. Какую-никакую, но халяву. Дать им несколько больше, чем другим, асфальта, стройматериалов, водопроводного оборудования, «Москвичей» (машин) для ветеранов.
«У баптистки Вали умирает муж Ваня, - следующее письмо. - Ваня был родом из Прилук. А там по сей день положено голосить по умершему. На похороны Вани приехала его родная сестра. Сошлись также братья и сестры из местной баптистской общины. Так как собралась вся улица, то в их распоряжении оказалось много невинного в религиозном смысле народа. Вот они разбрелись и тихонько каждый кого поймал, того и евангелизирует. А пресвитер читает главную проповедь неподалеку от покойного. А сестра Вани гроб обняла и голосит. Пресвитер оборачивается к ней и говорит: "Женщина, что вы тут голосите, как сумасшедшая, слову Божию мешаете? Прекратите сейчас же, я вам говорю, а то вас выведут". Женщина оторопела, и её таки увели, потому что она едва не упала в обморок от возмущения. Она потихоньку уехала. С Валей и не попрощалась. А Валя очень довольна осталась, как прошло мероприятие. Особенно ей проповедь понравилась. Привожу её слова: «Ну, что? Я теперь вдова. Мне положены дополнительные услуги». – «От кого услуги, Валя?». – «Те, что в Библии прописаны. Вдовы и сироты - на особом счету. Я свои права знаю».
Как вам это письмо, дорогие слушатели «Свободы»? Вот что бывает, когда сталкиваются обычаи, особенно религиозные. Уехала, не попрощавшись. В известном смысле все обычаи религиозны. В том именно смысле, что имеют большую силу над людьми… Такие события позволяют нам прикасаться к далёкому прошлому. Они нам представляют его в натуре, так сказать, во всей красе. Машина времени… Что такое эта нетерпимость баптистского проповедника к женщине, которая вздумала голосить над гробом? Что такое эта его рьяность, этот гнев, это хамство? Это есть отношение стародавнего христианства к язычеству. Беспощадность поистине большевистская, сталинская. Голосящая над гробом женщина – это язычество в чистом виде. А хмурый, настырный зануда-начётчик, который провозглашает Слово Божье где надо и не надо, и так, словно он и есть это Слово, - это фанатик, который говорит себе: какой ты христианин, если не хватаешься хотя бы за дубину, если нет под рукой ножа, при виде язычника? Это, друзья, христианство без тормозов. Человечеству пришлось немало претерпеть, прежде чем оно изготовило их. Но если за тормозами не следить, не чистить, не смазывать их, тогда и начинается то, о чём написано в письме, а также то, что войдёт в анналы под словом «двушечка». А баптистка Валя, которая радуется, что теперь Бог станет оказывать ей особые услуги как вдовице, поскольку об этом говорится в писании, которого она не читала, но постоянно слушает из уст своего пресвитера, - никакая она не христианка, и язычница никакая. И это очень интересно. Одни ходят к православным попам, другие – к баптистским и прочим начётчикам, а остаются, как ни в чём не бывало, людьми своего времени, своей породы – совковой породы. Халявщиками называет их современный русский язык. Халявщица она, эта вдовица Валя - простодушная и вместе с тем себе на уме халявщица. Окажись она в Севастополе, когда там раздавали салат оливье, она была бы в той толпе, что рвалась к дармовщине, не глядя ни под ноги, ни по сторонам, - там бы она была и кричала: «Пустите меня, я вдовица!». Это их подлинная религия – халява.
Пишет Анатолий Головатый из Черкасс: «Простая учительница английского языка из винницкой школы купила брендовую сумку Луи Виттон за десять тысяч шестьсот гривен в кредит. Это больше тысячи евро, шесть её зарплат без учёта процентов банка. «Похожую носила премьер Юлия Тимошенко. Я и себе захотела, хотя и мечтать не могла, — рассказывает Галина. — Сначала хотела одолжить деньги у подруги и мамы. Призналась, на что. Мама неделю со мной не говорила. А подруга сказала, что я больная на голову. Потом я узнала, что сумку можно взять в кредит… Первые дни я с ней даже спалА. Мужу назвалА цЕну втрое ниже. В школе сразу не поверили, что это настоящий "Луи Виттон". Щупали, заглядывали. Неделю назад ко мне подошла коллега, тихонько попросила мою сумочку на вечер - шикануть перед знакомыми. Я сказала, чтобы заплатила за аренду двести гривен. Коллега скривилась, но деньги дала. Теперь уже имею четыре заказа на месяц. Может, куплю еще одну, чтобы давать напрокат. Кредит планирую погасить за десять месяцев». Поняли, Анатолий Иванович? – пишет пан Головатый. – Теперь ознакомьтесь с тем, как обсуждалась эта история на одном из украинских сайтов. «Дурдом», - так он называется». Прочитаю некоторые отзывы. «Для девяноста процентов понты – это всё. Машину дорогую – в кредит, а на бензин нема». Следующий: «Ещё свадьба на четыреста человек на занятые деньги». Следующий: «Да, зная наш народец, вполне верю. У меня подруга с крутым ай-фоном за последние гроши, преподаватель. "Бо перед студентами невдобно". Следующий: «Чегой-то вспомнилась молодость. "Всё пропьём, но флот не опозорим!". Следующий: «Настоящая женщина. Захотелось - и купила». Следующий: «Не уверена она в себе, ей нужны какие-то доказательства или компенсации. В Украине это всегда называлось: коня кують, а жаба й собі лапу підставляє». Следующий: «У нас каждая вторая собака в метро с луивиттоном ездит. Для таких вещей надо вращаться в определенной среде, где это хотя бы оценят, а так - глас вопиющего». Следующий: «А на фуй та сумочка їй ващє? Моя жінка з рюкзаком ходить, хоча доход в неї в місяць, як в тієї дурної кози за рік-два». Следующий: «Ну, Господи, лишь бы на пользу. Может, сумка была ей крайне необходима, мало ли какие бзики бывают у женщин. Она же никого не убила, не ограбила, пусть порадуется хотя бы таким нехитрым способом». –Следующий: «Некоторые люди на деньги, которых у них нет, покупают себе вещи, которые им и на фиг не нужны, чтобы понравиться людям, которых они терпеть не могут».
Я доволен, что появился повод лишний раз изложить свою теорию о пользе потребительства, консьюмеризма, как говорят на Западе, вещизма, как в советское время негодующе выражались молодёжные газеты, учившие своих читателей жить высшими интересами, ставить на первое место духовное, а не материальное и даже не телесное (отчего в Советском Союзе и не было секса, как все знают). Да, сначала скажу, под каким из прозвучавших сейчас отзывов я бы подписался с наибольшим удовольствием. «Настоящая женщина. Захотелось - и купила». Наука говорит, что вещизм удовлетворяет две фундаметнальные душевные потребности человека. Первая – это потребность в разноообразии. Разнообразие в жизни необходимо, как воздух, чтобы не закиснуть. Покупка новых вещей, обновление гардероба, жилища, причёски – это самые простые способы. Дальше идут более сложные: перемена работы, спутника жизни, места жительства. Вторая потребность – самоутверждение. Важно, чтобы тебя ценили, отдавали тебе должное, завидовали тебе. Жить на зависть людям – это для многих высшее и незаменимое удовольствие. Над этим смеются самодостаточные натуры. Та женщина, что зарабатывает на пять таких сумочек в месяц, почему она до сих пор не купила себе ни одной и никогда не купит, а ходит и будет спокойно ходить с копеечным рюкзачком? Потому что она знает, сколько зарабатывает. И ей этого достаточно, чтобы чувствовать себя хорошо. Ей до лампочки, что о ней с её рюкзачком скажут окружающие. Есть и другие - те, что каждой ниткой на себе желают подчёркнуть свою крутость. Богатые дешёвки, Бог им судья. Правда, хорошее определение? Богатые-то богатые, а по существу – дешёвки. Особый случай был в Советском Союзе. Я, например, зарабатывал сравнительно хорошо, очень даже хорошо, но два десятка лет ходил в одном пальто за семьдесят рублей. Мой тесть, старый большевик, однажды выразил своё недоумение по этому поводу. Я ответил ему так: «В стране, которую вы нам устроили, Анатолий Ефимович, покупать что-либо – профессия, а у меня другая профессия, я не могу совмещать две». Итак, потребительство многим людям улучшает настроение и даже самочувствие, говорит наука и практика. А моя собственная теория идёт дальше и глубже, что само собою разумеется, поскольку она моя. Своим безудержным потребительством человек двигает производство, финансирует научно-технический прогресс, который когда-нибудь позволит человечеству вырваться во Вселенную. Так что когда вы, дорогая слушательница, сходите с ума и покупаете себе втридорога чёрт знает что, лишь бы блеснуть в обществе, вы не только показываете свою суетность, но делаете нечто в высшей степени полезное: вносите свой вклад, тем более ценный, что непосильный, в освоение Вселенной, куда устремятся, придёт время, полчища таких, как вы, поскольку на Земле им станет тесно и не совсем уютно, а главное – появится мода: жить вне земного тяготения.
Следующее письмо: «Зашла богобоязненная соседка Нина, огорчается и радуется, радуется и огорчается: «Ну, Конец света отменили, видно, ещё не по грехам нашим Конец света, не заслужили мы еще Второго пришествия и Страшного суда. А и хорошо, что Конец отменился. А то ведь нас не наставили, как надо его встречать, как готовиться. Это же величайшее событие в истории человечества! Конец света! Это ж надо и встретить, и проводить, чтоб никто не обиделся. Вот на Святой вечер двенадцать блюд надо готовить. Хоть убейся, а сготовь. И кутю, и борщ с грибами, и грибы такие, и грибы сякие, и капусточку квашеную, коржики маковые, и, и, и… А на Рождество – семь блюд. Хорошо. Мы соблюдаем. Научили нас - мы и соблюдаем. А на Конец света что варить и печь? Что, я спрашиваю? Надо же подготовить людей, разъяснить. Завтра пойду к батюшке, спрошу. Он не скажет - к другому пойду, пусть другой скажет. И ты, Люда, в интернете глянь, может, там что-то есть». Вот, Анатолий Иванович, ушла эта Нина, а я сижу и не знаю, то ли смеяться, то ли плакать, то ли смеяться сквозь слёзы. С таким народом вошли мы в двадцать первый век, мечтаем о демократии. Будет, конечно, будет она, демократически избранная Государственная дума. Как вы думаете, сколько блюд готовить на Конец света она предпишет? С уважением Л.Горчакова». Ох, госпожа Горчакова, в Конгрессе Соединённых Штатов Америки нет ни Железняка, ни Горячевой с Лаховой, о его законах не скажешь, что они принимаются в сумасшедшем доме – нормальные, человечные и грамотные законы, и однако же предусмотрительных граждан, создавших запасы ко дню Конца света, там оказалось не меньше, чем в России, никак не меньше.
Из письма школьного словесника, каких остались единицы: «Достоевский в своё время задавался вопросом, почему народ-богоносец постоянно ругается матом. Это же сатанизм по церковным догмам! В других странах могут ругаться матом, а вот богоносцы на нём разговаривают. 0бъяснение нашли такое: влияние монгольского ига. Мне хорошо известны нравы монголов древности, они и сейчас матом не ругаются. В эпоху Чингисхана всякие половые отклонения карались смертью, а ведь мат и есть их перечисление. К тому же, мат обнаружили в домонгольских берестяных грамотах. Всё намного проще, чем в затейливых версиях Достоевского. О чём думают, то и на языке. Такова и есть душа богоносцев. Чёрная она и грязная. 0дин генерал изложил мне теорию, что мат помогает русским воевать, это их оружие. А ведь и вправду так», - говорится в письме. Остаётся вопрос, помогает ли мат жить. По моим наблюдениям, помогает, и сильно, но жить не совсем по-человечески, что в известном смысле всё-таки лучше, чем вовсе не жить. Пока длится жизнь, остаётся надежда на её постепенное очеловечивание.
Пишет Антон Ерёменко: «В одной из своих передач вы обсуждали прилагательное «русский». По поводу этого прилагательного и его аналогов в других европейских языках - маленькое примечание. Немцы называют русских, в отличие от себя самих, как раз существительным: der Russe, die Russin - соответственно в мужском и женском роде. Прилагательное russisch используется только в собственной грамматической категории, в том числе для обозначения русского языка. Зная вашу любовь к этно-филологическим изюминкам, дарю еще парочку. Уверен - пригодится, чтобы ввернуть при случае. Пруссия – историческое государство, а по-русски прусак - черный таракан. На это немцы отвечают русским редкостной филологической взаимностью. В их языке слово "Russe" – это тоже таракан. Кроме того, der Russ (вот так, с обрезанным окончанием) в Баварии - пиво пополам с лимонадом, хотя логичнее было бы, конечно, применить это обозначение к пиву с водкой, которой смесью в молодые годы баловался и автор этих строк, дабы по полной использовать высокую удельную (относительно цены) убойную силу этого дивного напитка. В той же Баварии есть "русский факел" (russische Fakel, в немецком языке именно женского рода): пенёк диаметром от полуметра. Сверху в нём делается крестообразный распил в глубину, туда заливается бензин (думаю, разведенный машинным маслом) и поджигается. Давая тепло и свет, сгорает вместе с пеньком очень аккуратно, время от времени надо только подливать горючее. Антон Еременко».
Спасибо за письмо, Антон. Может быть, пиво с лимонадом в одной кружке напоминает немцам русский квас, поэтому они и дали этому пойлу название der Russ. Будь моя воля, я бы запретил это издевательство как над пивом, так и над лимонадом. А пиво с водкой в одной ёмкости подлежит не только запрету, но и вечному проклятию. Такое неуважение и к пиву, и к водке не заслуживает прощения. А то, что русские называют таракана прусаком, а немцы – русаком, связано, по-моему, всего-навсего с тем, что у обоих слов один корень: рус. Сказалось, наверное, и то, что и прусак, и русак – оба русые, а у прусака ко всему - рыжие усы. Ну, как не назвать таракана прусаком!
Беру следующее письмо: «Уважаемый Анатолий Иванович, какое-то письмо освежило в вашей необъятной памяти Шестьдесят Шестой сонет Шекспира. Так, может быть, вам известен и наиболее интересный из современных переводов этого шедевра? В любом случае многим вашим слушателям, я уверен, будет интересно его послушать в свете их отношений с российской действительностью. Прочитайте его, будьте добры!». Пожалуй, сделаю это. Автор перевода – Сергей Шабуцкий. Точнее, это не перевод, а перепев, стихотворение на тему Шеспира.
Когда ж я сдохну! До того достало,
Что бабки оседают у жлобов,
Что старики аскают по вокзалам,
Что "православный" значит "бей жидов".
Что побратались мент и бандюган,
Что колесят шестерки в "шестисотых",
Что в загс приходят по любви к деньгам,
Что лег народ с восторгом под сексота.
Что делают бестселлер из говна,
Что недоучка лепит монументы,
Что музыкант играет паханам,
Что учит жить быдляк интеллигента.
Другой бы сдох к пятнадцати годам –
А я вам пережить меня не дам.
«Уважаемый Анатолий Иванович! Так будет ли Путин после объявленного, наконец, развода с первой женой венчаться со второй?», - такой вопрос содержится в следующем письме, а что в нём дальше, читать вслух не буду. Скажу только, что там ещё говорится, что для любого человека в России, будь он за Путина или против, совершенно очевидно, что сие зависит только от Путина, но никак не от церкви с её правилами и служителями – обвенчают, кого угодно, где угодно и как угодно. Что ещё можно сказать? Когда мы принимаемся обсуждать \это событие, мы невольно выносим за скобки всё, что действительно имеет значение, а это всё связано с одним, с главным: перед нами правитель, для которого не существуют ни законы, ни приличия. Что тут может изменить его развод? За годы правления этого человека мы не услышали от него ни одного слова правды. Мы убедились, что ближе всего ему язык уголовной среды, только этим языком он и пользуется со смаком, а вместе с языком усвоены и соответствующие повадки в государственных делах. И вот развёлся. Что сказать? Только то, по-моему, что вот развёлся правитель, для которого не существуют ни законы, ни приличия. Всё было ложь в тебе…
Специально для Лаховой и Горячевой – чтобы поддержать их в борьбе за высокую нравственность – наш слушатель Моисеев прислал то ли рассказик, то ли быль Бориса Сечкина, «убедительно прошу, - пишет, - огласить это перед микрофоном радио «Свобода», что я и делаю Слушайте: «Иллюзионист Давид Копперфилд известен также своими романами с манекенщицами, звездами кино и телевидения. При этом он весьма нескромно, не по-джентльменски в прессе и на телевидении обсуждает сексуальные способности своих партнерш, обозначая их постельные игры эфмеизмом "танец" — "когда я танцевал с...", "в танце она слегка вяловята..." и т.п. Случилось так, что одной из пассий Копперфилда стала наша иммигрантка, и в интервью он довольно скептически отозвался о ее, е... хореографических способностях. В отличие от своих американских коллег, обычно предпочитающих не комментировать заявления Копперфилда, наша иммигрантка тут же послала возмущенное письмо в газету, которое я привожу в обратном переводе с английского: "Это я не умею танцевать?! Я с четырнадцати лет была ведущей солисткой в России (спросите любого в Одессе), станцеваля ряд запоминающихся партий в Италии, и здесь, в Штатах, веду напряженную концертную деятельность, включая гастроли. А вот ему, между прочим, прежде чет критиковать профессиональных танцовщиц, не мешало бы подучиться танцевать самому. Мало того, что он танцует только один танец, так и тот медленный, и он не знает в нем ни одного пируэта. Но это еще что! Не успевает он сделать первые несколько па, как тут же идет на коду. Где разработка, где полифония?! Партнерша не успевает даже понять мелодию, не говоря уже о контрапунктах. Давид, хочешь танцевать, выучи хотя бы один метражный танец, если не хватает дыхания на полную сюиту".
Этим рассказиком Бориса Сечкина наш слушатель Моисеев рассчитывает воодушевить депутаток Лахову и Горячеву на продолжение их усилий по воспитанию русского народа в духе высокой нравственности и патриотизма. Не знаю, почему он не указал Мизулину. Я же в который раз подумал об одной любопытной разнице между этими женщинами и теми, с кем они воюют, кого они считают предателями отечества. Лахова с Горячевой могут всё, кроме одного: они не способны посмеяться над своими врагами. Серьёзные женщины. Самые серьёзные из современных русских женщин. Путинизм вообще не способен над кем-либо и чем-либо посмеяться так, чтобы у всех тоже растянулись рты. Ни посмеяться, ни пошутить, ни просто улыбнуться… Возьмите любого из путинских мастеров слова. Может ли он в защиту путинзма высмеять кого-нибудь так, чтобы всем стало смешно? Вот то-то же. Какое ещё нужно доказательство, что за ним нет ни правды, ни, между прочим, силы?
В связи с тем, что восстановлено звании Героя Труда, вплоть до того, что удостоенным будут водружать в местах их рождения бюсты, на радио «Свобода» прислали большой список под названием: «Имена советской эпохи». Мысль такая: может быть, Путин восстановит и этот список или хотя бы наиболее патриотическую часть его, или просто сам обычай создавать эпохальные имена. Скажет, что это тоже в целом оправдывало себя, и восстановит. Если уж устраивать в России гламурный, то есть, лощёный, сталинизм, так устраивать. Приведу несколько из тех имён, что мне особенно понравились. Автодо́р - от сокращённого названия «Общества содействия развитию автомобилизма и улучшению дорог». Ве́ктор - от лозунга «Великий коммунизм торжествует». Винун, что значит «Владимир Ильич не умрет никогда». Вист - от словосочетания «великая историческая сила труда». Вот замечательное имя: Выдезнар, что значит «Выше держи знамя революции». Очень мне нравится имя Главспирт - от «Главного управления спиртовой и ликёро-водочной промышленности». Ну, Дележ – это сразу понятно: «Дело Ленина живёт». Ди́зель – так себе имя, а Догна́т-Перегна́т и Догна́тий-Перегна́тий – это да. В тридцатые годы был лозунг «Догнать и перегнать мир капитализма». Известны имена близнецов: Догнат и Перегнат. Вот мило звучит: Кукуцаполь – от хрущёвского лозунга: „Кукуруза - царица полей“. Кукуцаполь Никитович – по-моему, звучит. Хрущёва, кто не знает, звали Никитой. Да, Кукуцаполь Никитович. А вот вам Лестабер - по первым буквам фамилий Ленин, Сталин, Берия. Ну, Лунио – ничего особенного: «Ленин умер, но идеи остались». Одвар - это Особая дальневосточная армия. Следующее советское имя я сначала хотел оставить без расшифровки, чтобы слушатели поломали головы: Перкосрак, но скажу во избежание незаслуженных упрёков. Это - от слов: первая космическая ракета. Перкосрак Догнат-Перегнатович. Это вам не выдумки Гоголя, Салтыкова-Щедрина, Достоевского или Чехова. Это – жизнь, история России. Как и Смерш - смерть шпионам или Тролед - Троцкий Лев Давидович. Тролед Кукуцапольевич Лестабер. Ничего… Это вам не Шаэс, что значит всего-навсего шагающий экскаватор. А закончу свою выборку из большого списка присланных на радио «Свобода» советских имён Ясликом. Яслик это «Я - с Лениным и Крупской». Крупская была супругой Ленина. Яслик Шаэтович Дизель. Неплохо, но такого человека вряд ли назначили бы на руководящую должность, особенно туда, где надо работать с лЮдьми. Был такой товарищ Кириленко, член Политбюро, высшего советского руководства, собеседование с ним должны были проходить кандидаты на должности первых руководителей областей. Всех он наставлял этими словами: «Надо работать с лЮдьми. С лЮдьми надо работать!». А с тем, что восстановление звания «Герой труда», есть очередная глупость, я, опять же, не согласен. Идёт борьба. Путинизм стремится устоять во что бы то ни стало. Он опирается при этом на русско-советские остатки в народе. На что ему ещё прикажете опираться? Он делает как раз то, на что нацеливал его товарищ Кириленко: работает с лЮдьми. Думает он и о завтрашнем дне – о своём завтрашнем дне. И мысль та же: продержаться столько, сколько получится, насколько хватит этих остатков, а хватить их может надолго.
Засим слушайте очередной сюжетец от одного из моих батюшек – так я называю священников, которые иногда и неизменно радуют меня своими письмами. «Здравствуйте, Анатолий Иванович! Без обиняков и с радостью к вам аз грешный… Она звонит мне частенько. Молодая еще, яркая такая, вся из себя, врывается в мой серый, затхлый, куцый монашеский мирок: «Отец Питирим, это вы? Это я, Инесса!» И начинается половодье слов. Я знаю, что она общественница по защите животных, только о них и может говорить, вся в движении, инициативах, теребит власти. «Блажен, иже и скоты милует», - это о ней. Раз звонит мне накануне Входа Господня в Иерусалим: «Батюшка, скажите, у меня есть близкий друг, можно придти с ним святить вербу на вечерню?» Я говорю: «Ну, конечно, приходите в веселии и простоте сердца и не сомневайтесь!». Вечерня Входа Господня на нашем приходе всегда великолепна и премноголюдна. Много людей, и полные подсвечники, столпы-снопы искр! Стоит гул многих полуголосов. Но вот я краем уха уловил в притворе особый шум. Затем - скулеж собаки, которую бьют. Думаю, какая то бродячая собака заскочила. Ну, выгнали, да и ладно. Бывает. Вечером опять напористый звонок телефона: «Это опять я, Инесса!» Чую, вся в слезах. «Ой, почему же вы мне не разъяснили, что с собакой приходить в церковь нельзя? Толпа ваших церковных баб меня и моего друга просто обкусали. Я плачу до сих пор». Ну, я нашел какие-то слова, извинился. Так осуществился ее приход в церковь. Сейчас она наша прихожанка, сложности первых шагов позади. И слава Богу! «Путь в тысячу ли начинается с первого шага», - говаривал Лао Цзы», - здесь конец письма. Я вот подумал: неужели и эта женщина станет когда-нибудь церковной бабкой? Одно место в этом письме: о великолепии и премноголюдье, о полных подсвечниках, о столпах-снопах искр сразу вызвало в памяти описания церковных служб в русской классике: и те, что у Чехова в «Архиерее» и «Святой ночи», и то, что у Бунина в «Чистом понедельнике», и в «Лете Господнем» Ивана Шмелёва, и, конечно, в пастернаковских «Вакханалиях»:
Город. Зимнее небо.
Тьма. Пролеты ворот.
У Бориса и Глеба
Свет, и служба идет.
Вот интересное письмо: «Обратите внимание на схожесть появляющихся в последние десятилетия воспоминаний «ветеранов» различных войн, от второй мировой до чеченской или иракской, а также спецслужб, «тайных» подразделений, мафии и прочих, претендующих на документальность произведений. Первичными оказываются выдумки из художественных и полухудожественных произведений, из развлекательной литературы всякого рода. Авторы боевиков, например, изобрели на потеху публике «стрельбу по-македонски», то есть, с двух рук. Писатель Богомолов посмотрел один такой боевик и приписал в книге «В августе 1944-го» это умение советским армейским разведчикам. Потом находку подзабыли, пока не появился компьютерный монтаж. Тут «убийственную» технику стрельбы во всей красе продемонстрировала истребляющая зомби Лара Крофт. Сразу же появились новые «воспоминания» и «документальные свидетельства». Умение стрелять «по-македонски», например, приписали известному бандиту Солонику. В Европе прочли японские комиксы про ниндзя – и сразу выяснилось, что в тайных учебках спецназа давно в обязательном порядке учат метать ножи и звездочки-сюрикены. В реальности и ножи, и звездочки действительно бросали: самураи - в средние века во время боёв на мечах, чтобы отвлечь противника. Авторы фэнтези наделили своих героев умением «видеть не глазами», и вот те на, оказывается, что доблестных десантников давно учат целиться мышцами. В современном же реальном мире есть, как известно, циркачи, бросающие ножи и попадающие в стену в сантиметре от головы или иного органа красотки, есть и «самородки», способные стрелять с закрытыми глазами... Только все это не имеет ни малейшего отношения ни к военному делу, ни даже к спецслужбам».
Вместе с автором этого письма дарю всем желающим студентам тему для занятного исследования. Может получиться неплохая курсовая или даже дипломная работа: «Влияние развлекательной художественной литературы и кино на мемуаристику». Можно взять любую эпоху, любую войну или революцию. Прочитать десяток-другой художественных произведений о войне с Наполеоном, написанных по свежим следам, а потом посмотреть, как эта продукция отразилась на воспоминаниях участников войны. Не случайно в числе материалов, которые принимаются во внимание историками, на последнем месте стоят воспоминания участников событий. А на первом месте – документ. А можно ж ещё и французскую сторону взять, французскую художественную литературу о походе Наполеона в Россию. Посмотреть, как подействовала она на воспоминания наполеоновских офицеров (солдаты тогда мемуаров не писали – в общем, как и в наше время). Один немец сделал когда-то целую книгу о выдумках мемуаристов. «Остроумие на лестнице», - так она называется. Человек удостоился разговора с каким-нибудь царём, министром, полководцем, что-то там лепетал или мычал, а когда вышел, то на лестнице в голову ему пришли слова, которые следовало бы сказать важному лицу, да не сказал. «Дурак вы, ваше превосходительство!». Или: «Миша, ты не прав!». Проходит день-два – и он уже уверен, что таки сказал эти слова, и под конец жизни передаёт их потомкам в толстой книге своих воспоминаний.
Прислали рассуждения одного известного российского богача. Он давно покинул Москву, обретается в лесу со всем семейством, выращивает скот, овощи, увлечённо рассказывает при всяком случае, какие люди дураки, что живут в городах, особенно в больших. Читаю: «Почти каждую неделю бываю в Москве заезжаю по разным делам во всякие офисные здания и всегда вижу на входе холуев славянской внешности... В основном, молодые и средних лет мужики, здоровые и румяные. Неужели всем нам непонятно, что их место в поле? Что они занимают драгоценные рабочие места, которые по праву принадлежат старикам и старушкам - на входе вахтерами сидеть.
При этом все они являются патриотами и жалобно скулят, что Россию заселяют таджики и узбеки, что им дают земли и работу. Всю эту русскую чоповскую сволочь надо гнать поганой метлой с их бездельных мест - им же лучше будет… Предлагаю законодательно запретить работать на дверях и на проходных лицам моложе шестидесяти лет. Предлагаю всем мужикам, потерявшим такую позорную "работу", выделять бесплатно от тридцати га земли и стройматериалы для постройки сараев для скотины – пусть трудятся, богатеют и детям своим добрый пример подают а то вырастут такими же ленивыми уродами, как папы. Из-за них, гадов, наша земля таджиками наполняется. Ментов и чоповцев в России более трех миллионов, а сколько еще айтишников, менеджеров, секретарей, юристов, артистов, научных сотрудников и прочих миллионов бездельников, прожигающих свою жизнь в городах… Ну, и, конечно, надо вводить порку. Ленится мужик, не хочет возделывать землю, не желает содержать семью, заботиться о детях и лелеять жену - пороть эту сволочь на конюшне по-отечески, только польза будет. И за всякие мелкие преступления тоже пороть, а то еще и в тюрьмах больше миллиона мужиков дурака валяет, в основном, не за хрен собачий», - так пишет этот современный мужиковствующий барин. Потеет у самовара в посконной рубахе и смазных сапогах, прихлёбывает чай из блюдечка на растопыренной клешне (это, правда, по-купечески, не по-барски) и рассуждает, а жена в сарафане, подперев кулачком румяную щёку, слушает. Потом он идёт к компьютеру и кое-что из того, что ей наговорил, записывает для вразумления отечества.
А вот прислали рассуждение настоящего мужика, оно было записано в одном из сталинских лагерей. Читаю: «Не уважаю я Александра Второго. Добрый был царь, но вред народу принес великий. Нельзя было сразу отменять крепостное право: все зло от этого… Мужик-то он разный. Из ста мужиков – треть лентяев, треть неумеек егозливых, треть старателей неразворотливых, а умников да хозяев разворотливых на сотню только три-четыре наберется. Вот и надо было сначала умных и хозяйственных освобождать, потом старателей, а уж потом, когда поумнеют да от лени избавятся, и другие трети освобождать. Интеллигенция тоже виновата: со своей колокольни на свободу смотрит. Думают, умники, что мужику нужна такая же свобода, как и им. А свобода-то, она и для мужиков тоже разная, у каждого своя. Одному свобода на печи спать день-деньской, другому свобода хозяйство благоустраивать без помех, третьему свобода – это возможность отбирать да захватывать, что у кого заработано добра, эта свобода самая опасная. Вот как мужиков-то освободили, пьянство началось поголовное, разбой, леность, безобразие: хочешь работай, хочешь не работай. Заставлять некому – свободу дали. Пей да гуляй. Отец сказывал про это. Он сам крепостной был, но не одобрял царя за такое освобождение. Вот и сейчас-то умных мужиков власти извели, и добро у них отобранное лентяи извели», - закрыть кавычки. Этого мыслителя давно нет на свете, а тот, у которого руки чешутся выпороть кого-нибудь на своей конюшне под Москвой, жив и процветает, но души родственные. Полная уверенность, что всё могло бы сделаться (или может сделаться) так, как им хотелось бы, как они предлагают, как им рисуется. В таких случаях я вспоминаю, как знают постоянные слушатели «Свободы», свою мать. Послушав мои соображения о том, как надо устроить страну и мир, чтобы всё было по уму и справедливости, она спокойно говорила: «По-твоему не будет», - и шла обряжаться по хозяйству, а у меня пропадала всякая охота продолжать. Даже колхозы распались не по-моему. Я не мог представить себе, как это будет. Заедешь на полевой стан во время дождя, когда все трактористы сбились в вагончике. Если там три человека, то услышишь четыре проекта перехода от колхозного строя неизвестно к чему.
Я редко заглядываю на форумы, но за меня это делают слушатели «Свободы» и вводят меня в курс… На одном из форумов давно обсуждается заграница, заграничная жизнь, пишут те, что там живут или жили, да вернулись на родину. Вот пишет одна из таких: «В Швеции много хорошего: красивейшая природа, леса, гранит, белые грибы и озёра. Там удобно и безопасно. Чистая, вежливая, с офигительной природой и красивыми милыми городками страна… Как говорит мой муж, теперь уже бывший, который по-прежнему живет в Стокгольме, Швеция была бы прекрасной страной, если б в ней не было шведов… У шведов полностью атрофировано человеколюбие, сострадание, чувство семьи. Для них нормально отправить ребенка в детский дом, они даже не задумываются над тем, какую травму это нанесет ребенку. У большинства моих знакомых родители находились в доме престарелых, так как детям не приходит в голову им помогать. Естественно, там их не навещают. На Рождество им присылают открытку... Надо сказать, что это отношение к старикам логично. Ибо эти самые старики тридцать лет назад выкинули студента-сына или дочь из дома: живи как знаешь. И тоже были только открытки на Рождество. У меня была знакомая шведка, жила в Москве, потом вернулась в Стокгольм. Ей было двадцать два. У неё не было работы. На Рождество она пригласила меня поехать к её родителям. У них там был дворец в тридцать пять комнат, в гараже роллс-ройс и ягуар. А их дочке нечем было заплатить за комнату в общежитии… Так что семьи в Швеции нет. Разводы - самый большой процент в Европе. С друзьями еще хуже. В целом друзей нет. Есть коллеги и знакомые. Их приглашают на чашку кофе за две недели!!, - тут два восклицательных знака. - Зато лучшие друзья те, кто платит за выпивку… Выпивка - дело дорогое, поэтому за чужой счет надерётся любой… В гости иногда приходят не с тортом, а с бутылкой. Самое классное, это когда не до конца выпитую бутылку уносят с собой… Их чувства в благополучии атрофировались совсем», - пишет покинувшая Швецию русская на одном из интернетных форумов.
К чести посетителей этого форума, многие, на мой взгляд, правильно поняли и справедливо оценили эту женщину. Правда, слова могли бы быть и помягче – не обязательно говорить, например, о её совковости. Читаю из одного отклика: «Я одну такую дуру даже знаю, она после Италии нечто похожее лепетала. Италия, мол, классная страна, но итальянцы такие придурки, такие мелочные!». Спросила бы себя, пишут другие, а кто же сотворил страну, которую сама же называешь прекрасной? Кто её содержит в надлежащем виде – не шведы ли, которых ты за людей не считаешь? Во что бы превратила Швецию ты со своим мужем, которому в Швеции мешают шведы? Посмотри на свой русский подъезд, втяни в себя его запахи, вспомни, когда ты последний раз делала мокрую уборку в своей квартире! Вот в таком духе пишут… Дело не в том, дура или не дура, неряха или чистюля, или не только в этом. На дворе двадцать первый век, но это календарь так говорит. А на самом деле на дворе одновременно существуют, сосуществуют, и отнюдь не мирно, не спокойно, все века – и двадцатый со Сталиным и Гитлером, и восемнадцатый-девятнадцатый с крепостным правом, таким жестоким в России, что его называли настоящим рабством, и средние века, средние особенно – с их страшной религиозной нетерпимостью, со свирепыми, косматыми, тёмными, как муромская чаща, попами, с уверенностью тогдашних московитов, что они лучше всех на свете, что их вера, их образ жизни – единственно правильные. В Швеции эта женщина увидела то, что называется однопоколенной семьёй, а сама она из страны, где всё ещё распространена старинная многопоколенная семья, я бы сказал: всепоколенная. Все поколения - под одной крышей, даже если крыши уже раздельные. Это всего-навсего эпизод в истории, а для многих – вечная данность, они уверены, что так должно быть всегда и везде. Швеция ушла довольно далеко вперёд, там под одной крышей в прямом и переносном смысле живёт во многих случаях одно поколение – ни детей, ни родителей, ни бабок с дедками. Многопоколенная семья, она – от бедности. Люди не могли выжить, не помогая друг другу. Родители опекают, а если могут, то и содержат своих детей любого возраста, деды и бабки – внуков, а бывает, что и правнуков. Заботы каждого члена такой семьи – заботы всех. Жизнь в такой семье в большей или меньшей мере уютная (уют тёплого хлева, если позволите мне снова вспомнить прекрасное выражение французского знатока советской и русской жизни Безансона), но и неудобная, тягостная, нередко – страшная, но людям некуда деваться, и они как могут приспосабливаются к ней, и даже в порядке самообмана иногда воспевают её и ставят в пример другим народам.
Это всё не значит, что обязательно обожать быт шведов и чей бы то ни было. Не всё, что понимаешь, должно нравиться, как и не всё, что нравится, понимаешь.