Медиафрения. Неизбежность бойкота

Мысль де Голля, что Сталин не умер, а растворился в будущем, довольно точно отражает процесс воспроизводства зла и определенных типажей через поколения. Типажей не только политических, но и, например, журналистских. Причем, добрые таланты, увы, неповторимы и невоспроизводимы, а вот этот проклятый закон воспроизводства типажей касается исключительно самых мерзких представителей цеха, как будто черные хлопья их сожженных в аду душ, пронесшись через время, оседают на душах наших современников и побуждают их совершать все новые мерзости.

Минувшая неделя заставила вспомнить героя прошлого и позапрошлого века Виктора Петровича Буренина, журналиста, чье имя при жизни стало нарицательным. Его современник журналист Влас Дорошевич посвятил Буренину фельетон «Старый палач», в котором описал удивительную страсть Буренина к измазыванию грязью самых светлых и талантливых своих современников, прибегая при этом к самым подлым приемам. Список тех, кого Буренин регулярно и с видимым наслаждением обливал нечистотами, впечатляет: Чехов, Короленко, Леонид Андреев, Бунин, Блок, Брюсов, Бальмонт. Изощренное глумление Буренина над умиравшим Надсоном, по мнению современников, свело поэта в могилу.

Сегодня у Виктора Петровича Буренина в российской журналистике так много преемников, что впору проводить среди них конкурс и учреждать премию его имени в виде статуэтки, изображающей Буренина, кусающего собаку, поскольку именно в этом образе увековечил своего коллегу сатирик Дмитрий Минаев:

По Невскому бежит собака,

За ней Буренин, тих и мил…

Городовой, смотри, однако,

Чтоб он ее не укусил!

Сразу хочу предложить не включать Дмитрия Киселева в список номинантов. Во-первых, потому что конкурс с его участием станет излишне предсказуемым. Во-вторых, главный пропагандист страны достоин быть лауреатом более высокой премии, например, имени Иосифа Геббельса. А в-третьих, потому что с учетом откровенно ксенофобских материалов в последних «Вестях недели», деятельность Д. Киселева должна быть объектом внимания не медиакритики, а правоохранительных и судебных органов.

На минувшей неделе заявки на премию имени В.П. Буренина поступили от нескольких кандидатов.

Кандидаты на премию В.П. Буренина

Наиболее весомые заявки были от двух федеральных телеканалов, выпустивших, пожалуй, два наиболее подлых материала за последние несколько месяцев.

11 февраля в программе «Вести» на главном государственном телеканале страны основным сюжетом стал порномонтаж с «участием» Виктора Шендеровича, снятого скрытой камерой, после чего его изображение стало жертвой извращенной фантазии режиссера и монтажера и не менее извращенных комментариев «нашистской» блогерши Кристины Потупчик.

Эта гадость, которую ВГТРК за деньги налогоплательщиков транслировала на всю страну, стала кульминацией истерического ответа на коротенькую заметку Шендеровича на «ЕЖе», перепечатанную впоследствии на сайте «Эха Москвы». Заметка, в которой Шендерович говорит довольно банальные и очевидные (уж извините, Виктор Анатольевич) вещи, а именно, что сочинская Олимпиада и успех российских спортсменов работает на рейтинг Путина так же, как успех немецких спортсменов работал на рейтинг Гитлера на берлинской Олимпиаде 1936 года. Лидер думских «единороссов» Васильев немедленно назвал Шендеровича фашистом, ну а дальше по трубам и каналам понеслось такое содержимое, что описать его в своей колонке я не берусь – как в силу недостаточности ее, то есть моей колонки, объема, так и по гигиеническим соображениям. Повторюсь лишь, что Виктор Шендерович в этой заметке выступил в роли капитана Очевидность, поскольку, действительно, в истории есть лишь две Олимпиады, которые можно назвать «именными», то есть теми, которые связываются с именами глав государств – хозяев Игр. И это Берлинская 1936г. и Сочинская 2014 года. Гитлера в 1936 журнал «Тайм» назвал человеком года. Путин удостоился этого звания накануне Олимпиады. Никто почему-то не возмущается и не удивляется тому, что в сюжетах российских телеканалов, посвященных открытию Игр и самим соревнованиям, Путину уделяется времени больше, чем любому из спортсменов. Никто не клеймит позором журнал «Эксперт», в котором на первой полосе обложки номера, посвященного Играм, красуется надпись: «Победа Путина!»

Что же касается смонтированной порнофальшивки, которая в представлении руководителей ВГТРК, видимо, должна была стать местью Шендеровичу, причинив ему и его близким нравственные страдания, то мне видится, что результат этого шедевра может быть несколько иным. Я не знаю, что еще должны сделать современные буренины, чтобы люди, хоть немного заботящиеся о своей репутации, поняли, что нахождение на любом из федеральных пропагандистских каналов – Россия-1, Россия-24, НТВ, Первый, ТВЦ – просто несовместимо с этой самой репутацией. Вне зависимости от того, в каком качестве вы там находитесь – в качестве журналиста, эксперта или гостя.

Нет, господа, я никого ни к чему не призываю, у меня чисто исследовательский интерес. Мне интересно, что именно должно стать тем рубежом, после которого Николай Сванидзе, Ирина Хакамада, Сергей Митрохин, Леонид Гозман, Юрий Пивоваров, Евгений Ясин и другие, очень разные по взглядам, биографиям, роду занятий люди, объединенные, тем не менее, заботой о своей репутации, поняли, что в эфире этих каналов, под этими логотипами появляться нельзя? Вам надо, чтобы в следующий раз показали пленочку, снятую скрытой камерой со дна унитаза какого-нибудь оппозиционера, с целью явить его подлинное грязное нутро? Вы не хотели бы примерить на себя «журналистские» методы заплечных дел мастеров от телевидения, стать объектом такого «журналистского расследования»?

Идея бойкота витает в воздухе последние несколько лет, но сегодня она уже начинает приобретать очертания аксиомы. Вот уже лояльнейший из лояльных, тишайший из тишайших, компромисснейший из компромиссных Николай Усков пишет на «Снобе» о том, что он вынужден был уйти с ток-шоу «Право голоса» на канале ТВЦ, поскольку он больше не может участвовать в пропагандистском спектакле, в котором ведущий Роман Бабаян своими передергиваниями и хамством пытался повернуть общественное мнение в сторону вмешательства России в украинские дела и чуть ли не к аннексии Крыма. А поскольку Усков, будучи не только снобом, эстетом и метросексуалом, но и профессиональным историком-медиевистом, стремится помимо «красы ногтей» быть еще и приличным человеком, то участие в данном шоу он счел для себя невозможным.

Импульс к размежеванию и прекращению ставшей бессмысленной полемики между людьми, которые не просто говорят на разных языках, но и используют иные, несовместимые формы мысли, поступил в эти дни из противоположного лагеря, а именно от публициста «Известий» Максима Соколова. Оттолкнувшись от последних медиаскандалов («Дождь», Шендерович), Соколов, естественно, оценивает их со знаком, противоположным тому, который дается в данной колонке. Для него «Дождь» и Шендерович – это территория абсолютного зла, а Яровая с Васильевым – это воины Света, выступающие на стороне добра. Но вывод, касающийся необходимости размежевания и бессмысленности дискуссии, колумнист «Известий» делает тот же, что и автор этих строк. Максим Соколов констатирует: «В общественном мнении произошла демаркация… Люди более не могут жить вместе, прочее, увы, формальности… Надо признать, что более они (противоположные стороны – И.Я.) не могут собираться ни в еде, ни в питье, ни в молитве… У вас своя свадьба, у нас своя свадьба». И далее колумнист «Известий» предлагает людям из другого лагеря «улаживать свои внутренние дела», а своих сторонников приглашает заняться улаживанием своих внутренних дел. И это тот случай, когда, находясь с Максимом Соколовым на диаметрально противоположных ценностных и идейных позициях, я с ним в этом предложении согласен.

Другим кандидатом на премию имени В.П. Буренина стал на минувшей неделе канал НТВ, показавший 15 февраля в программе «Новые русские сенсации» волшебный сюжет с говорящим названием: «Чикатило на Майдане». Собственно, процитировав название данной «сенсации», этим можно было бы и ограничиться, поскольку все уже ясно и с программой, и с ее авторами, и с целями господина Кулистикова, который разместил это изделие на своем канале. Олимпиада оттеснила Майдан с позиции главной новости дня. Но, тем не менее, температуру в котлах ненависти и напряжение на главных антиукраинских фронтах поддерживать надо. Даже в условиях, когда ничего сверхужасного на Майдане вроде бы не происходит. Но если нет ужаса в реальной жизни, значит, его надо создать силой своей творческой фантазии. И команда Кулистикова, будто соревнуясь с мастерами Голливуда, вызывает к жизни нашего российского Фредди Крюгера – Андрея Романовича Чикатило. А поскольку самый жуткий российский маньяк вот уже 20 лет как пребывает в аду, сообразительные энтевешники решили отметить юбилей его казни, сняв сюжет о его сыне, Юрии Чикатило. А чтобы два раза не вставать, придумали историю про то, как сын маньяка, который сам, будучи рецидивистом, не очень далеко ушедшим от папеньки, но, конечно, лишенным отцовской выдумки и размаха, оказывается – ужас (!) – сторонником антироссийского выбора Украины, и, чтобы отомстить москалям за казнь отца, отправляется на Майдан.

Съемочная группа НТВ заботливо сажает младшего Чикатило в поезд в направлении Киева, а перед этим снимает, как сын маньяка «скрывается», «меняет машины и внешность», «передвигается украдкой» – и все это под бдительным присмотром нескольких камер НТВ, которые неотступно сопровождают его в поезде, в Киеве и непосредственно на Майдане. Повернувшись лицом к телеоператору, Юрий Чикатило кричит: «Слава Украине!», на камеру демонстрирует свое единение с обитателями Майдана, которые, естественно, не представляя себе, кто перед ними, будучи нормальными людьми, пожимают рецидивисту-провокатору руку, отвечают на его вопросы, угощают его куревом.

Возможно, какая-то часть аудитории НТВ после просмотра этого шедевра укрепится в своей ненависти к Майдану и будет готова поддержать российское силовое вмешательство в украинские события. Не думаю, что данный сюжет значительно увеличил эту категорию граждан в России и тем более на Украине. Для непредвзятого зрителя было очевидно, что в данном сюжете рецидивист Юрий Андреевич Чикатило, который, естественно, никоим образом не отвечает за преступления своего отца, а лишь за свои собственные, был фактически внештатным сотрудником НТВ, участвующим в игровом фильме под названием «Чикатило на Майдане». С чем, собственно, можно поздравить В.М. Кулистикова и весь творческий коллектив НТВ.

Я не могу выбрать, кто более достоин премии имени В.П. Буренина – Олег Борисович Добродеев, смонтировавший порнуху, пропущенную через Потупчик, для втаптывания в грязь своего бывшего коллеги, или Владимир Михайлович Кулистиков, снявший игровой фильм с участием сына маньяка и фактически включивший рецидивиста в съемочную группу НТВ для дискредитации Майдана. Я бы наградил обоих, ибо достойны.

Эпидемия дальтонизма

А теперь попробуем оставить в покое отечественных последователей Геббельса и Буренина, то есть территорию лжи и пропаганды и, последовав разумному совету Максима Соколова, попытаемся «уладить дела» в своем журналистском доме, то есть там, где занимаются информацией, а не пропагандой и высказывают свои мнения, а не транслируют мнения «дяди».

И здесь нам понадобится иной инструментарий, более тонкий, тут не работает черно-белый анализ, а требуется использовать всю цветовую гамму, различать оттенки цветов. Вот этого умения – различать цвета, их оттенки – на прошлой неделе как-то враз и одновременно лишились несколько талантливых публицистов.

Олег Кашин опубликовал в «Свободной прессе» эссе под названием «Банановый вопрос». Он риторически вопрошает: «Чем отличается человек, который делает вид, что он смертельно оскорблен фотографией с бананом, от человека, который делает вид, что он смертельно оскорблен опросом «Дождя»?» Правильный ответ по Кашину: ничем не отличается. И далее приговор: «Лицемер с блокадой и лицемер с бананом, это просто два лицемера, два мерзавца, которые то ли по привычке, то ли по работе, торгуют своими эмоциями, имитируют чувства, которые имитировать нельзя». Кашин объясняет: «Шутка про банан по самым умеренным стандартам русской блогосферы – обычная шутка». Конец цитаты.

Кашин прав, это обычная шутка. Такая же обычная, как свастика, нарисованная на стенах домов в российских городах. Такая же привычная, как нескончаемые антисемитские выпады в российской блогосфере. Что касается опроса «Дождя», то сотни экспертов с микроскопом изучали этот злополучный вопрос, и никому не удалось найти там не то что оскорбления памяти жертв блокады или оправдания фашизма, но и намека на что-либо подобное. В случае с «обычной шуткой» про банан – как, кстати, и со свастикой, которая тоже вроде как обычный крестик с черточками – если не работает обычная социальная интуиция, которая позволяет отличать допустимое от недопустимого, можно прибегнуть к простейшему семиотическому анализу, используя, уж простите за занудство, знаменитый треугольник Фреге: знак – вещь (денотат) – смысл (десигнат). Продолговатый желтый изогнутый овал – знак, тропический фрукт – вещь (денотат), а смысл банана, протянутого чернокожему человеку, любым человеком в мире читается однозначно: «Ты, черная обезьяна, хочешь банан?» Такой вот, извиняюсь за выражение, незамысловатый десигнат. И как бы ни включали дурака думские «единороссы», расизм Родниной был очевиден всему миру. Так же как зигование и использование стилизованной свастики имеет один смысл, фашистский, несмотря на все дуркование русских националистов про жест «от сердца к солнцу», «римских легионеров» и прочие «знаки вечного движения».

В завершение своей «банановой» колонки Кашин задает еще один риторический вопрос: «Представьте, что критики Родниной добьются своего. Ее ложь про хакеров будет разоблачена, и Роднину как оголтелого расиста лишат американской визы. Станет ли Россия от этого свободнее? Станет ли хоть что-нибудь лучше?» И предсказуемо отвечает: «Думаю, не станет».

Можно, конечно, спросить Олега Кашина, станет ли Россия свободнее от разоблачения очередного кремлежулика или от вытаскивания на свет божий еще одного диссертационного вора? Станет ли хоть что-нибудь лучше от статей самого Кашина? Я пытаюсь найти какие-то самые нейтральные слова для определения того набора полемических средств, которые использует Кашин, но ничего, кроме слов «демагогия» и «софистика», найти не могу.

Логические ошибки, уловки, самая распространенная из которых – подмена тезиса или «уловка чучело», содержатся в каждом втором публицистическом материале, в том числе и наиболее популярных авторов. Юлия Латынина, критикуя Виктора Шендеровича за тот самый «олимпийский» текст, который сделал его персоной февраля, совершает классическую подмену: сначала вместо сравнения Сочинской и Берлинской олимпиад, которое было у Шендеровича, подставляет сравнение путинского и гитлеровского режимов, а потом это, ею же самой подставленное сравнение, критикует.

Я выбрал для разбора дел в нашем журналистском доме текст Олега Кашина потому что он, этот журналист, представляется явлением достаточно типическим. Это один из ярких представителей того первого «несоветского» поколения российских журналистов, которые в 1991 году учились еще в младших классах, политическая социализация которых пришлась уже на постсоветские годы, а журналистская деятельность началась в нулевые. Мы, совки, ждали этого непоротого, не знавшего главлитовской цензуры поколения журналистов. И вот они пришли. С языковой стилистикой и методами полемики, принятой в социальных сетях. С постмодернистскими представлениями о текучести и принципиальной относительности любых норм и готовностью за год трижды поменять позицию по любому вопросу.

С причудливыми представлениями о недавней истории. В той же колонке Кашин пишет, что «Гагарина и Высоцкого, если бы они не умерли, гораздо проще представить единороссовскими депутатами, попечителями сомнительных фондов и друзьями сомнительных бизнесменов, нежели русскими Махатмами Ганди и Вацлавами Гавелами». В его, Кашина, голове вся советская элита – это один сплошной Кобзон. А как же Юрский, Ахеджакова, Фадеева, Любимов, Мирзоев и тысячи других, которые ни в ЕДРЕ, ни в фондах, ни с сомнительными бизнесменами? Как же Сахаров, в конце концов?

Я не ворчу и не брюзжу. Я пытаюсь понять, что произошло с профессией, в которой мастерство и техника ремесла не передались следующему поколению. Возьмите любой текст Владимира Надеина, Юрия Роста или Василия Пескова. Попробуйте найти щелочку, в которую может поместиться малейшая нестыковка, не говоря уже о логической ошибке. Плотность и связность любого их текста такая, что гвоздь не забьешь и топором не разрубишь! Конфликт поколений – это нормально. Разрыв в преемственности ремесла – это плохо. Я не вижу в журналистах кашинского поколения новых владимиров надеиных, юриев ростов и василиев песковых. Впрочем, возможно, это дефекты моего зрения. Хорошо, если так.


Коллаж ЕЖ