О насилии: разбор трех примеров из современной украинской жизни

Украина проходит через жесточайшие испытания в своей новейшей истории, которые вызывают жаркие споры. Конечно, взаимному непониманию оппонентов способствуют последствия дезинформации. Тот, кто сочувствует антикриминальному характеру украинской революции, не найдет взаимопонимания с жертвой пропаганды, поверившей, что на Майдане стоят фашисты и мародеры. Но есть и иные причины. Я хочу обсудить один важный вопрос, поляризующий тех, кто спорит о Майдане. Я сформулирую его как этическую задачу, хорошо?

Сценарий 1. Граждане N, O, P и R для достижения неких целей объединились в группу, вооружились холодным или огнестрельным оружием и применили силу против иных лиц.

Сценарий 2. Государственная структура S для достижения неких целей организовала группу гражданских лиц, вооружила их холодным или огнестрельным оружием и поддержала применение ими силы против иных лиц.

Вопрос. Существуют ли ситуации, когда оказывается допустимым применение насилия, соответствующее сценарию 1? Сценарию 2? Симметричны ли эти ситуации с этической точки зрения?

В ходе обсуждения этой задачи я столкнулся с разнообразием ответов, которое можно свести к трем группам.

Ответ № 1. Нет, никогда. Нет, никогда. Ситуации симметричны. Цель не оправдывает средства, и применение насилия вне закона недопустимо никогда.

Ответ № 2. Нет, никогда. Да, иногда. Ситуации несимметричны. Государство имеет монополию на применение насилия, и вне воли государства граждане такого права не имеют. Но если для государства (которое представляет всех граждан) или его структур необходимо применение насилия, оно должно применяться в той форме, которая позволяет эффективнее решить поставленную задачу.

Ответ № 3. Да, иногда. Нет, никогда. Ситуации несимметричны. Если цели граждан достойны и их нельзя достичь иными средствами, насилие со стороны граждан может быть оправдано. Государству право на насилие предоставлено гражданами; чтобы государство его не узурпировало, это право ограничено жесткими процедурами. Выход за рамки этих жестких процедур есть узурпация власти.

Какой вариант ответа ваш? Мой — третий. Кстати, те страны, которые живут в соответствии с ним, добились наибольших успехов и в уровне жизни, и в уровне гражданских свобод.

Можно ли доказать, что ответ № 3 — правильный? В моей системе координат — да. Сработает ли это доказательство в вашей системе — не знаю.

Обосновать, почему правильным является третий ответ, а не первый, проще на примерах. Если граждане организовались, чтобы дать отпор террористам, которые стремятся уничтожить заложников, их действия заслуживают всяческого одобрения.

Если они противостоят государству, которое узурпирует власть, их действия соответствуют праву граждан на восстание — в том случае если остановить узурпацию иными средствами было нельзя.

Если они добиваются справедливости в отношении криминальной власти во Врадиевке и иначе это сделать нельзя — они правы.

Если они противостоят государству, которое два месяца игнорирует мирный протест и ответило на требования половины граждан страны лишь садистским, внезаконным применением силы, — они правы.

Ответ № 2 соответствует расхожему принципу «начальник всегда прав». Если государство отступает от процедур, ограничивающих применение насилия, значит, оно решает свои задачи, а не защищает интересы граждан. Заканчивается это полной потерей легитимности для государства и бесправным состоянием его граждан.

Из приведенных мною примеров самым актуальным является тот, который относится к Майдану. Участники антикриминальной революции действительно применили силу. Сколько я понимаю, кадры такого применения силы хорошо знакомы российскому зрителю, интересующемуся политикой (а также зрителю восточноукраинскому, сидящему на игле российской пропагандистской машины).

Могли они обойтись без насилия и быть услышанными? Нет, и развитие событий это четко показало. Всегда ли насилие было минимально необходимым? Вероятно, нет. Применение насилия обладает своей логикой. Когда началась эскалация конфликта, чтобы остановить ее, надо обладать сверхчеловеческой сдержанностью. К счастью, мои сограждане часто демонстрировали именно это качество. А иногда, конечно, не получалось…

Но, понимаете, обсуждая эти случаи, нужно вдаваться в детали, взвешивая, действительно ли стороны могли действовать оптимальнее.

Теперь вам станет понятно мое отношение к расхожему аргументу против Майдана: попробовали бы они организовать что-то подобное в Германии или Америке, их бы тут же арестовали. Конечно. И знаете, почему? И в Германии, и в Америке политики попросту не могут игнорировать мирные протестные акции, поддерживаемые половиной населения. А чтобы наказать силовые структуры за чрезмерное применение силы, там не надо строить баррикады, там достаточно обратиться в суд. И в таких условиях, когда насилие становится избыточным для достижения вполне справедливых целей, его пресечение окажется оправданным.

А теперь я предлагаю рассмотреть второй пример — один простой случай из харьковской жизни. По сравнению с событиями в Киеве он покажется мелочью. Это было 18 февраля, в тот день, когда спецподразделения украинского государства сожгли (или, по крайней мере, не приняли мер для спасения) Дворец профсоюзов, где сгорели заживо раненые. В этот же день стало известно, что МВД использует внутренние войска как прикрытие для законного и незаконного спецназа, что привело к жертвам среди вэвэшников.

В социальных сетях распространился призыв заблокировать выезд из харьковской Академии внутренних войск МВД Украины, курсанты которой получили приказ отправиться в Киев. Кроме иных моих знакомых, туда отправились и две девушки, с которыми я работаю, каждая килограмм по 45-50 живого веса. Я собирался закончить свои дела в университете и поехать к Академии, чтобы присмотреть за ними и утащить их, если ситуация станет опасной.

Уехать я не успел. Одна из них вернулась, вторая вроде бы тоже планировала вскорости уйти с митинга. В Сети появилась информация, что курсанты никуда не поедут. Я несколько успокоился и вместе с женой (ей рожать через месяц) поехал домой.

Приехал и узнал, что успокоился преждевременно. Протестующие стояли под Академией и скандировали «Оставайтесь дома!». «Беркут» оттеснил их на другую сторону улицы. А дальше — не верите, смотрите видео — происходило следующее. На противоположной от Академии стороне улицы стояли протестующие. За спиной милиции появилось несколько десятков гражданских в желто-зеленых жилетах и с палками. Они убрали предметы, которые протестующие принесли к воротам Академии, подошли к ряду милиционеров, прошли сквозь их ряды… и стали избивать палками участников митинга. Милиция стояла и смотрела… Когда протестующих разогнали, люди в жилетах спокойно собрались и убрались восвояси.

Что это за люди в жилетах? Харьковский губернатор пояснил. Это «ангелы» из общественной организации «Украинский фронт», созданной по его инициативе. Целый ряд специфических задач в Харьковской области решается руками таких «общественников», и началось это уже давно. (Если интересно, посмотрите мою статью 2010 года. Тогда я писал о «людях в черном» или «муниципальной охране».)

Это то, что множество моих коллег видело своими глазами. После этого я верю сообщениям из Киева о том, как организованные милицией бандиты громят город и даже расстреливают граждан.

Как вы думаете, сохраняет харьковский губернатор легитимность после этих событий?

Теперь предлагаю рассмотреть один аспект киевских событий. Процитирую заявление Харьковской правозащитной группы.

«20 февраля 2014, в центре Киева фактически произошла террористическая операция Снайперы с помощью огнестрельного оружия, специально предназначенного для поражения целей на большом расстоянии, с заранее заготовленных огневых точек убили на Майдане независимости десятки невооруженных людей. Целью снайперов было именно убийство людей
События этого ужасного преступления в течение нескольких часов освещались в прямом эфире на многих телевизионных каналах, но никто из субъектов, уполномоченных на борьбу с терроризмом, не принял меры для немедленного прекращения террористической операции против граждан Украины.
Поэтому мы уверены, что это преступление могло быть совершено только спецподразделением одной из специальных служб безопасности».

По заслуживающим доверия утверждениям, эти снайперы стреляли и по правоохранителям. Якобы когда одно из спецподразделений вычислило позиции снайперов, ему запретили («с самого верха») их трогать. Майдановцы уверены, что снайперы — командировочные из России. Источники в милиции вроде бы утверждают, что это свои, «родные» спецслужбы. Дорогие российские читатели, а вам не интересно узнать, кто они на самом деле? Кое-какая информация уже появляется.

Кстати, вам интересно, как прореагировала часть российской общественности? Посмотрев новости о Киеве, залитом по приказу Януковича кровью, выходцы из Украины, ставшие российскими мастерами культуры, лановые с кобзонами, призвали Януковича применить силу. Такая, значит, культура…

Да, есть еще версия о том, что майдановцы сами организовали снайперов. Сколько я понимаю, жителей России потчуют именно этой версией. Как вы поняли, чтобы ее разбить, достаточно аргумента, который привели правозащитники. А теперь еще учтите, что снайперы находились на самых охраняемых правительственных зданиях. Что они пользовались профессиональным оружием. И наконец, последний аргумент. Фрагменты текста неизвестного автора, гуляющего по «Фейсбуку».

«Провокаторы переоделись в форму «Беркута» и обстреливают протестующих, сообщает НТВ.
Провокаторы переоделись в форму ГАИ и берут взятки.
Провокаторы переоделись в форму милиции и изнасиловали девушку во Врадиевке.

Провокатор переоделся в форму президента и правит Украиной...»

Конечно, перелом ситуации был связан с работой снайперов. По всем канонам, люди должны были разбегаться. А они шли и шли туда, где их могли убить. Особой опасности подвергались медики: снайперы стреляли по красным крестам. Новые добровольцы одевали кресты и шли вытаскивать раненых…

Янукович в это время беседовал с министрами иностранных дел трех европейских держав, не считая того времени, когда он уходил звонить Путину, а послы терпеливо ждали его возвращения. Ответственность за выход из кровопролития взяла на себя Рада (Верховный совет), силами оппозиции и части депутатов Партии регионов («партии начальства»). Единственная парламентская сила, не давшая ни одного голоса для прекращения огня, — коммунисты. Администрация президента и после этих решений пыталась двигать спецподразделениями и угрожать применением силы.

Скажите, утратил в силу описанных мной событий свою легитимность президент или нет?

Я пишу эту колонку в субботу, 22-го. Харьковский губернатор собирает съезд депутатов Юго-Востока Украины и Крыма. Якобы нас ожидают более или менее завуалированные решения об отделении части Украины. Для жителей этой части страны это — путь в никуда. Что делать?

Заканчиваю работу и иду на харьковский Майдан…

Фото ИТАР-ТАСС/ Михаил Почуев